Это скрытая реклама

Ну хочешь, я, как кошка, спину выгну
И сделаю пиаффе (*) без удил?
А хочешь – в высоту 2 метра прыгну.
Хоть я и не могу, ты говорил.

Но ты молчишь, уставившись на стену,
А тренеру сказал, что в эту ночь.
Сломал хлысты и бич через колено.
Как будто это может нам помочь!

Ещё твои слова «Продать бы срочно.
Мой бизнес рухнул так, что хоть в петлю.»
Подслушала случайно, не нарочно.
Подслушивать я, в общем, не люблю.

Всё, уходи, пока, прощай, до завтра.
Не утешай, я в одиночку по грущу.
И на тебя обижусь так внезапно.
Махну хвостом. Вздохну. И всё прощу.

                         Монолог проданной лошади (Избранное)
                                            Автор: horse_2001

(*) пиаффе - Piaffe (выездка). Выездковое движение, при котором лошадь идёт очень собранной и ритмичной рысью, на месте или почти на месте. Центр тяжести лошади должен быть больше направлен к задней части, при этом задние конечности слегка опущены и сильно сгибаются в суставах задних ног. Передняя часть лошади очень подвижна, свободна и легка, с большим сгибанием в суставах передних ног, и лошадь остаётся лёгкой в руке. Лошадь должна сохранять чёткий и равномерный ритм, демонстрировать большой импульс и в идеале должна иметь момент приостановки между падениями ног. Как и во всей выездке, лошадь должна выступать спокойно и оставаться на месте с округлой спиной.

Хочу сказать, что я сильно разочарована прокатом лошадей и всем, что с этим связано! Было время, когда по молодости, из-за жизни в городе и из-за тоски по лошадям..., я прибегала к услугам проката. Но очень быстро устала от этого, потому что прокат не давал ничего ни уму, ни сердцу.

Взять лошадь на 1 час - мало, не успеваешь получить удовольствия. Потому, что весь этот час у Вас пройдёт в борьбе с этой самой лошадью. Лошадь Вас видит впервые, разумеется, не испытывает к Вам никаких чувств, а возможно даже испытывает раздражение при виде ещё одного туриста... И всячески старается Вам насолить. А Вы тратите целый час на то, чтобы доказать ей, кто тут хозин... Фигня, а не катание!

Если взять лошадь на два часа - немного лучше. Вы потратите первый час на борьбу с лошадью, а во второй час у Вас есть шанс насладиться катанием. Если только в Вас ещё останутся силы чем-то наслаждаться после проведенной борьбы.

А ещё во время проката из головы не выходят ДЕНЬГИ, которые ты заплатил за удовольствие. Эти мысли о деньгах, и что твое время скоро выйдет, - это ложка дегтя в бочку мёда Вашего удовольствия. Всё-таки в отношения человека и лошади не должны вмешиваться деньги и ограничения времени. Для общения двух друзей время должно быть НЕ ОГРАНИЧЕННО!

Конечно, можно брать в прокате одну и ту же лошадь чаще, чтобы у вас с ней сложились ОТНОШЕНИЯ... Но, как Вы понимаете, это удовольствие не всем по-карману...

Поэтому:

Я пришла к выводу, что прокат - это фигня и сплошное разочарование. Нужно иметь СВОЮ лошадь! Только со СВОЕЙ лошадью сбудутся мечты. Только своя лошадь заставит Вас забыть о скуке, потому, что каждый новый день станет открытием. И потом: лошади, - они как собаки: принадлежат только одному хозяину. Их нельзя пускать по рукам, как в прокате, это очень сильно их разочаровывает в жизни и портит их характер. Никому же не придёт в голову давать собаку напрокат! Потому, что это не будет работать! С лошадьми всё то же самое. Я это чувствовала в прокате.

Когда занимаешься со СВОЕЙ лошадью, то довольно скоро у Вас с ней складываются приятельские отношения. Это намного приятнее психологически, чем борьба с лошадью, как в прокате.

Ещё в прокате есть такой термин, как "конская девка". Конюшни обычно привлекают девушек - подростков. И им объясняют там, как нужно уметь ЗАСТАВИТЬ лошадь подчиняться, иногда и с помощью болевых приёмов. И они подчиняют себе лошадей. Это всё, что они умеют: применять грубую силу. У них даже появляются грубые манеры речи, они грубо кричат на коней, иногда с нецензурными выражениями. И в целом "конская девка" - это такая вульгарная особа, которая уверена, что она "мачо". Так что я не вижу даже для молодежи никакой пользы от пребывания на этих конюшнях. Их там всё равно хорошему не научат!

Лучше заведите лошадь СВОЮ!

                                                                                                                                                                                                  Прокат лошадей
                                                                                                                                                                                 Автор: Наталья Аглицкая

***

Двое стояли под фонарями,
Стояли молча в объятьях друг друга.
Они всё пытались сказать глазами,
Дрожа от холода, счастья, испуга.
Минуты тянулись, летели мимо,
А они стояли, обнявшись крепче,
И носами тёрлись игриво и мило,
Закрыв глаза, чтобы было легче.
Дыханье обжигало на морозе кожу –
Лишь они и дыханье на целом свете…
Он коснулся губами её губ осторожно,
И она забыла даже про ветер.
Может быть, вечность то длилось мгновенье –
Знали об этом они только двое,
Переживая второе рожденье
Под фонарями и снегом стоя.

                                                                        Двое стояли под фонарями...
                                                                           Автор: Мария Меньшова

Маленький принц проведал пару галактик, но так и не нашёл друзей.

Наконец он решил, что пора посетить новую вселенную, как вдруг увидел едва различимый красный огонёк на одной из улиц большого города синей планеты.

Неспешно он приблизился и разглядел рубиновый фонарь, под которым стояла женщина.

Маленький принц был потрясён тем, что на ней почти не было одежды в такой ветреный день.

Дама выглядела жалко.

- Простите, вам не холодно?

Женщина сначала попросту не заметила маленького мальчика, но и позже на вопрос не ответила, только скромно отвела глаза.

- Что вы здесь делаете?
- Послушай, у меня нет времени, я работаю.
- Вы зажигаете и гасите эти красивые фонари? Это ваша работа?
- Я проститутка.
- Что делают проститутки?

Маленький принц впервые услышал это слово.

Смущённая женщина переминалась с ноги на ногу, достав сигарету, подкурила.

После нескольких затяжек, наконец, произнесла:

- Ты ещё здесь?

Маленький принц не ответил, продолжая удивлённо разглядывать проститутку.

- Ладно, слушай: я продаю своё тело разным мужчинам!
- Как вы его продаёте? Я не понимаю.

Маленький принц был встревожен.

Проститутка сделала глубокий вдох и продолжила объяснения.

- Я продаю своё тело, то есть любовь за деньги. Этим зарабатываю на жизнь. Теперь уходи. Я жду клиента.
- Ты хочешь стать другом этих мужчин?

Спросил маленький принц, вспомнив разговор с лисом.

- Не знаю, что ты имеешь в виду. У меня нет никаких обязательств. Просто такая работа.
- Этот фонарь похож на маяк.

Маленький принц улыбнулся.

Внезапно женщина присела, облокотившись на фонарный столб, и заплакала.

- Что случилось?

Проститутка долго молчала. Маленький принц подошёл к ней и погладил по голове.

- Спасибо, прошептала проститутка сквозь слёзы.
- Ты в ответе за тех, кого приручила, произнёс Маленький принц, затем взял в свои руки ладонь проститутки, оставил ей лепесток и ушёл.

                                                                                                                                                                                    Красный фонарь
                                                                                                                                                                                Автор: Ольга Бланкар

В ночь по высокой траве ( © )

Что же прячешь в ночи ,
О чём думаешь и молчишь,
Может, сердце щемИт одинокое,,
Может, годы свои считаешь,
Только в зеркало посмотри, -
Красоты своей не понимаешь,
Ты же знаешь,
Взгляд твой пронзительный,
Кого хочешь сведёт с ума,
И, зачем тебе говорю,
Ты прекрасно ,
Видишь  сама...
По ночам лучше спать,
Дорогая,
И, не взбалтывать горечь кофе,
Ты ведь, знаешь,
Что вредно без сна,
Будешь выглядеть очень плохо.

                                                                Женщина и ночь (отрывок)
                                                                Автор: Надежда Тушенцова

Он вошёл в зал в самый разгар страстей.

Шла арабская картина.

Жирный, старый и некрасивый богатей проявлял интерес к новой певичке кабаре, вынужденной зарабатывать здесь «хлеб насущный».

... Шурка сразу узнала Бурова на входе.

Следила за ним, как он пробирался по залу, как, согнувшись, чтоб не попасть в луч света от проекции, искал в рядах свободное место, но в темноте не нашёл и направился к пустому первому ряду.

Уселся там, и Шурка уже не отводила глаз от его сухой и одинокой фигуры...

Фильм закончился.

Народ неторопливо покидал зал, и Шурка видела, как над всеми медленно проплыла голова участкового.

На улице она протолкалась вперёд и пошла следом за ним.

Кто-то окликнул её, кажется Надежка, но Шурка не ответила.

Шла некоторое время шагах в пяти от участкового, затем поравнялась. Он никак не реагировал на её присутствие.

Шли молча.

Шурка посматривала на него, видела, как он о чём-то думал, собирал морщины на лбу и вроде старался что-то скрыть в себе.

— Я опоздал к началу фильма, — сказал он, — и пришёл, когда этот молодой... Ахмед, кажется, уже ушёл из дому.
— Его выгнал отец, — объяснила Шурка. — Он полюбил бедную, а отец выгнал.
— A-а... Понятно.

Буров замолчал. Молчала и Шурка.

Участковый шагал широко и твёрдо, глядя перед собой, — он чувствовал на себе её взгляд, и на щеках его проступили рубцы от сжатых скул.

— Темно, — произнёс он. — Ночи у вас тёмные... Ещё и двенадцати нет, а уже темно. А у нас на севере сейчас белые ночи... Газету можно читать, светло так.

Шурка шла рядом. Их обогнала пара и долго поворачивала назад головы.

— И земля у вас другая, — произнёс Буров тихо, вроде с тоской. -- Дождь пройдёт, и так развезёт, что не вылезешь.

Особенно на мотоцикле. Как но маслу едешь... Колеса крутятся, крутятся, а всё одно не выбраться... Чернозём.

— Я вам нравлюсь? вдруг спросила Шурка.

Он остановился. Смотрел па неё.

—- Нравитесь.

Шурка сначала опешила, потом засмеялась.

— Это я в шутку... Не обращайте внимания.

Буров не сводил с неё глаз.

— Могу в точности повторить: нравитесь.

И зашагал дальше.

Шурка смотрела ему вслед, потом бросилась догонять.

Притихшая шла рядом. Село осталось позади.

В степи темно, и овраги чернеют, как будто там выплеснули что-то густое и вязкое.

Спустились в лощину, и от реки длинным языком поплыл туман.

— А вы мне тоже нравитесь, — сказала Шурка.

Буров молчал.

— Нравитесь, — повторила она таким тоном, что, дескать, есть такое дело и ничего тут не попишешь.

Буров шёл по-прежнему прямой и вытянутый, с приподнятой головой, как будто было впереди что-то такое, что завораживало его, звало к себе.

Шурка остановилась

— Эй! — крикнула она ему. — Эй!

Участковый обернулся, смотрел на неё. Потом сделал шаг, второй. К ней...

И тут Шурка рванулась с места, летела к нему, распластавшись, не чуяла под собой земли, а он схватил её в свои крепкие широкие объятия, потом взял её лицо сухими ладонями и стал целовать.

Шурка теряла рассудок, хотела что-то сказать участковому, оттолкнуть, но обхватила его за плечи и больше уже не отпускала.

Шурка домой шла огородами. Упавшая на высокую траву роса замочила ноги, платье.

Когда выходила из виноградника, сняла туфли, чтоб не топать, и тут увидела сидящих под домом всех своих детей.

— Мама! — показала на неё пальчиком Аришка и сползла с Зининых коленей.

Шурка кинулась к ним, подхватила на руки Аришку и стала часто целовать её.

— Зина, вы что?.. Что ж вы не спите? — заговорила она растерянно. — Рано ведь...

Лицо Зинаиды набухло, она не смотрела на мать, и по её щекам поползли слёзы.

— Её ждёшь, ждёшь, а она куда-то ходит, — сквозь плач заговорила она. — Уже и думать не знаем что, а она ходит... Всю ночь тут сидишь, а её нет.

Аришка, глядя на неё, тоже вдруг раскрыла рот и заревела.

А Женька сидел на скамеечке и странно сосредоточенно стрелял из пистолета.

— Ну что вы!.. Зина... Ариша... Господи, что ж вы? Ж еня... — металась Шурка. — Я ведь...

Она присела рядом с Зинаидой, прижала к себе Аришку, а другой рукой притянула Женьку.

— Всё, — сказала она. — Ну, всё... Хватит!
                                                                                                                            -- из киносценария Виктора Мережко - «Здравствуй и прощай»

А главное: Вот всем же вокруг так весело

Когда на улицах соль
И солнце село на мель —
Есть станция Шарль - де - Голль
И поезд на Сан - Мишель.

Всего-то — купить билет
И ехать 50 минут.
Ну как так?  Мне тыща лет,
А я не бывала тут!

Короткий, как жизнь, подъём.
На свет выхожу — а там
Обглодан насквозь огнём
Скелет кита — Нотрэ-Дам.

Запутана улиц сеть.
Теряется путь — и суть.
Здесь хочется тучкой висеть
И в Сене сонной тонуть.

Точёный, как Марс, жандарм
И листьев опавших шторм.
Во встречных мужчинах — шарм.
В домах — благородство форм.

Стаканчик кофе – глясе,
Бриош(*)  — и день без забот.
Бегом на вокзал Орсэ —
Дега, Писарро, Кайботт!!!

                                                    Увидеть Париж и умереть ( отрывок)
                                                                   Автор: Натик Борисова
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Бриош — и день без забот - Бриошь (фр. brioche) — сдобное хлебобулочное изделие французского происхождения. Характеризуется высоким содержанием сливочного масла и яиц, что придаёт готовому изделию нежную, воздушную текстуру и богатый вкус, а также характерный золотистый цвет.
________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Официальный трейлер "Париж - мариж (2024)"

Часть 3. Глава 32 ( Фрагмент )

Пред самым только отъездом Николай поцеловался с ним и сказал, вдруг странно серьёзно взглянув на брата:

― Всё-таки не поминай меня лихом, Костя! ― И голос его дрогнул.

Это были единственные слова, которые были сказаны искренно.

Левин понял, что под этими словами подразумевалось: «ты видишь и знаешь, что я плох, и, может быть, мы больше не увидимся».

Левин понял это, и слёзы брызнули у него из глаз.

Он ещё раз поцеловал брата, но ничего не мог и не умел сказать ему.

На третий день после отъезда брата и Левин уехал за границу.

Встретившись на железной дороге с Щербацким, двоюродным братом Кити, Левин очень удивил его своею мрачностью.

― Что с тобой? ― спросил его Щербацкий.
― Да ничего, так, весёлого на свете мало.

― Как мало? вот поедем со мной в Париж вместо какого-то Мюлуза. Посмòтрите, как весело!
― Нет, уж я кончил. Мне умирать пора.

― Вот так штука! — смеясь сказал Щербацкий. ― Я только приготовился начинать.
― Да я и так думал недавно, но теперь я знаю, что скоро умру.

Левин говорил то, что он истинно думал в это последнее время.

Он во всём видел только смерть или приближение к ней.

Но затеянное им дело тем более занимало его.

Надо же было как - нибудь доживать жизнь, пока не пришла смерть.

Темнота покрывала для него всё; но именно вследствие этой темноты он чувствовал, что единственною руководительною нитью в этой темноте было его дело, и он из последних сил ухватился и держался за него.

                                                                                                                                   — из романа Льва Николаевича Толстого - «Анна Каренина»

( кадр из фильма «Париж - мариж» 2024 )

Один козёл загораживающий вид ( © )

Любит Петя наш подсказки,
Дня без них не проживёт:
Встанет у доски с указкой
И подсказку ждать начнёт.

Научился специально
Он ушами шевелить,
Чтобы шёпот с самых дальних
Парт последних уловить.

Не уча уроков, Петя
Припеваючи живёт.
Но однажды с Петей этим
Что - нибудь произойдёт!

                                                     Подсказки (отрывок)
                                                                Автор: 777

Глава 1. ( Фрагмент )

Человек, на которого она положила глаз, оказался репортёром «Зеркала мира» Романом Крупицыным.

Крупицын не считал себя ни циничным, ни безнравственным.

Просто со временем поверх первой, уязвимой, у него наросла вторая кожа — толстая, как у бегемота.

И с тех пор ко многим вещам он сделался совершенно нечувствительным.

Так, например.

Роман придумал хитрый способ добиться привилегированного положения среди коллег и изготовил для себя яркий бэджик, напечатав на нём крупными буквами:

«Я — ГЛУХОНЕМОЙ».

Люди стали относиться к нему совсем иначе — более внимательно.

Они повсюду пропускали его, оказывали помощь, и единственное, что нужно было делать Крупицыну, — это молчать.

Вот и сейчас, попав в первый ряд журналистов и снимая Сандру Барр, он откровенно радовался своей выдумке.

Ай да молодец Рома, ай да умница!

Лайма не видела бэджик, потому что подошла сзади.

По прихоти судьбы именно Крупицына избрала она своей жертвой.

Зная, что мужчины мгновенно реагируют на оскорбления, подтолкнула его локтем и негромко сказала:

— Эй, козёл! Загораживаешь вид.

Козёл замер, но не обернулся и через секунду с удвоенным усердием принялся щёлкать затвором.

— Я к тебе обращаюсь, козёл! — продолжала упорствовать Лайма, удивляясь, что жертва не купилась на первый же выпад.

Подумала и добавила: — Вонючий козёл!

Поскольку бритый не отвечал, Лайма слегка повысила голос:

— Отвратительный лохматый козёл.

В ту же секунду в ухе у неё прозвучал умоляющий голос Корнеева:

— Давай же, давай! Чего ты тянешь?!

Лайма придвинулась к бритому типу так близко, что он не мог не почувствовать её дыхания на своей шее.

Глубоко вдохнула и выпалила:

— Ты! Хрен с ушами!

По правде сказать, Крупицын только утром вернулся из командировки, но уже успел побывать в редакции и получить новое задание — последнее перед отпуском.

Ближайшую неделю он собирался провести в Париже.

Уже мечтая о том, как прокатится на пароходике по Сене, и, если повезёт, с очаровательной француженкой…

И вовсе не был готов к тому, что его обзовут хреном с ушами.

Многих мужчин одним «козлом» можно довести до умоисступления.

Но этот оказался твёрдым орешком. Как назло!

Конечно, Лайме следовало передвинуться вправо или влево и выбрать новую жертву, но её здорово разобрало.

— Ах ты, гад косорылый! — совершенно искренне возмутилась она, — Скотина непрошибаемая! Ну, погоди у меня!

Круницын твёрдо решил, что, когда всё закончится, он догонит эту тётку и убьёт. Задушит. Уронит на пол и затопчет ногами.

— Ты, что, заснула?! — прошипел Корнеев. Его голос был таким отчётливым, что казалось — он сам залез ей в ухо.

И тут Лайма неожиданно вспомнила, что видела в своей сумочке зажигалку Шаталова.

Извлекла её на свет божий, прокрутила колёсико до максимума и, выбив длинный язык огня, снизу подожгла бритому пиджак.

Пиджак загорелся мгновенно и сразу же страшно завонял. А дым от него пошёл, как от подбитого самолёта.

— Ха! — воскликнула Лайма, потому что всё получилось просто отлично: окружающие, все, как один, повернули к ним головы, заволновались, заговорили.

Охранники Сандры Барр тоже повернулись и уставились на «глухонемого».

В тот же миг «глухонемой» взвился в воздух, задубасил руками по собственному заду, разверз пасть и завопил страшным голосом:

— А-а-а!!! Мать твою!!! Убью, гадина!!!

Трепетную Сандру Барр немедленно заслонили мощные тренированные торсы.

В глазах Майка Фергюссона разгоралось фанатичное любопытство.

Крупицын прыгнул на Лайму, твёрдо решив задушить её, и они вдвоём покатились по полу.

Толпа отхлынула, подбирая ноги.

— Что случилось? — испуганно воскликнула какая-то женщина.
— Глухонемые дерутся, — авторитетно заявил мужчина с любительской камерой.

— Какие глухонемые?! — возразили ему. — Слышишь, как мужик матерится?
— Выходит, этот подлец напал на глухонемую женщину!

Новость мгновенно распространилась окрест.

Подбежавшие охранники схватили за шкирку малинового от натуги Крупицына, а Лайма на четвереньках побежала прочь.

                                                                                     -- из иронического детектива Галины Куликовой - «Блондинка за левым углом»
           
( кадр из фильма «Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика» 1967 )

Под загаром Нефертити

Белый полдень, жар несносный,
Мох, песок, шелюг (*) да сосны...
     Но от сосен тени нет,

Облака легки, высоки,
Солнце в бледной поволоке —
     Всюду знойный белый свет.

Там, за хижиной помора,
За песками косогора,
    Голой мачты виден шест...

Но и море гладью млечной,
Серебристой, бесконечной,
     Простирается окрест.

А на отмели песчаной
Спит помор, от солнца пьяный,
     Тонко плачется комар,

И на икрах обнажённых,
Летним зноем обожжённых,
     Блещет бронзовый загар.

                                                            Поморье
                                                  Автор: И. А. Бунин.
______________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Мох, песок, шелюг - Шелюга - Кустарниковое растение, разновидность ивы, хорошо растущая на песчаных почвах.
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________

Нефертити ( Фрагмент )

Наконец я решился.

Отринул сомнения и вооружился уверенностью. Я шёл в солярий.

Вы спросите, чего я стеснялся?

Как же чего…

Стеснялся я многого: неопытности в деле ухода за собой, стеснялся прослыть педиком, короче, просто стеснялся.

Так почему же я всё - таки шёл в салон красоты, где находился солярий?

Мне не хотелось быть бледным.

Смущала ли меня эта бледность?

Нет, бледность меня не смущала, бледность смущала мою маму.

При каждой встрече мама спрашивала:

«Почему ты такой бледный? Ты плохо питаешься! Ты не спишь по ночам! Ты совсем не следишь за здоровьем!»

Я больше не мог слышать эти упрёки, но прекратить с ней общаться тоже не мог.

Я люблю маму.

Поразмыслив, я решил слегка подзагореть в солярии.

Совсем чуть - чуть, только чтобы прикрыть бледность.

Сильно загорать было нельзя, мама не одобряла загар.

Если меня заносило на пляж или мои скулы темнели под городским солнцем, мама сразу же принималась упрекать меня в том, что я желаю заработать онкологию и тем самым свести её в могилу.

Солярий, который мама называла «солярисом», в её пантеоне зла приравнивался к солнцу и бледности.

Я остановился перед сверкающими дверями салона красоты, потоптался немного, дёрнул дверь на себя, прочёл надпись «от себя», толкнул дверь и оказался внутри.

Повсюду царили роскошь и благоухание.

Стены мерцали цветом тусклого серебра, в зеркалах, обрамлённых золочёной резьбой, проплывали таинственные отражения, хрустальные люстры струили приглушённый таинственный свет.

По этому чертогу порхали кокетливые нимфы в белом.

За стойкой портье, больше похожей на колесницу царицы Нефертити, горделиво стояла девушка безупречных форм и размеров, качественно выкрашенная под платиновую блондинку.

Девушка взглянула на меня с царственной иронией, не лишённой, однако, некоторой благосклонности.

– Я вас слушаю, молодой человек, – молвила Нефертити со своей колесницы.
– Я… э - э - э… у вас солярий есть? – просипел я.

– Вертикальный, горизонтальный, с орошением ароматическими маслами, – донеслось с колесницы.

– А чем отличается эээ… вертикальный от горизонтального?
– В вертикальном вы стоите и можете свободно двигаться, а в горизонтальном – лежите, и в точках соприкосновения тела с лампами загар может лечь неровно. Например, на ягодицах.

Последнее слово Нефертити произнесла с явным удовольствием.

Внутри меня всё перевернулось.

Я покраснел, представил себе упругий зад этой крашеной царственной особы, покраснел ещё больше, потупился, увидел отпечатки моих кед на сверкающем полу и смутился окончательно.

Взяв себя в руки, я поднял глаза.

Мне в лоб смотрели два полушария цвета кофе с молоком.

Полушария едва не выкатывались из кружевных чашек бюстгальтера, натягивающего белую рубашку.

Видимо, Нефертити расстегнула лишнюю пуговку, пока я пялился себе под ноги.

Египетская царица издевалась над смущённым неофитом.

Я огляделся как-то дико, грохнул о стойку ладонью с пятисотрублёвой бумажкой и рявкнул:

– На все!
– На все получится двадцать минут, вы пережаритесь, – насмешливо пропела царица.

– Не пережарюсь.
– Вам будет плохо.

«Что настоящему мужику двадцать минут солярия!» – подумал я, лихо развернулся и пошёл.

– Я же вам не сказала, куда идти, – молвила Нефертити. – Вон в ту дверь.

Я двинулся в указанную сторону.

                                                            — из сборника рассказов Александра Снегирёва - «Я намерен хорошо провести этот вечер»

Теперь ты с псом

Ажурный зонтик, кружевная шляпка,
Шлейф платья летнего струился по песку.
Вы шли вдоль берега у моря... Зябко
Волна прибоем тешилась... Тоску
Лицо её печально выражало,
И нежный локон падал на висок.
А рядом чудо белое бежало...
Рука держала тонкий поводок.

                                                     По мотивам рассказа А. П. Чехова Дама с собачкой (отрывок)
                                                                                        Автор: Татьяна Хатина

В соседней квартире тоскливо завыла собака, и Надя вдруг решилась.

Просто ударила, чтобы больше не медлить.

Стекло покрылось паутиной трещин.

Ещё удар, и мир взорвался оглушительным звоном, будто раскололись небеса. Собака, испугавшись, громко залаяла.

Ещё несколько собак из других квартир забрехали в поддержку.

Стекло серебряным дождиком посыпалось из деревянной рамы.

Вниз, на улицу, упало совсем немного, всё осыпалось внутрь.

Пол соседского балкона теперь усыпан осколками.

А это значит, что если она попытается перелезть, то изрежет себе ноги.

Надя обругала себя. Но что сделано, то сделано, надо как-то выкручиваться.

Она перехватила молоток и рукояткой пододвинула к себе крупный осколок, оставшийся в раме, затем, изогнувшись, подцепила его большим и указательным пальцами левой руки, потянула вверх и бросила на улицу.

Вернулась в прихожую, где у неё в относительном порядке хранилась обувь.

Ботинки, туфли и сапоги стояли дружным строем у стены и напоминали обувь стыдливо вжавшихся в стену невидимок.

Она выбрала ботинки с самой толстой подошвой, с неудовольствием оценила их тяжесть, надела и потопала на балкон, по пути захватив прорезиненный коврик для ног и стул с кухни.

Коврик она без труда перебросила к соседям и с некоторым удовлетворением услышала, как осколки стекла звякнули под его тяжестью.

Потом поставила стул у открытого окна и решительно забралась на него. Стул скрипнул.

Надя наклонилась и посмотрела в окно. Лучше бы она этого не делала.

С высоты шестого этажа только что выброшенные вещи казались крошечными: кукольные вещички, не по размеру даже детям.

Надя ощутила слабость в ногах.

Она представила себя там, внизу, мёртвой, такой же выброшенной вещью, как остальные.

Ей рисовалась картина благообразной смерти: изящная поза, волосы хорошо лежат, о трагедии говорит только кокетливая струйка крови из носа.

Только ничего красивого в смерти нет.

Разбитое тело будет выглядеть как сломанная кукла, брошенная наигравшимся ребёнком и застывшая в самой нелепой позе.

Надя сделала шаг. Массивный ботинок опустился на раму.

Маленький шаг для Надежды, огромный прыжок для… никого?

Надя ухватилась обеими руками за верхнюю часть рамы и, сгорбившись, медленно - медленно повернулась.

Теперь её спина и то, что ниже, застыли над семиэтажной бездной. Всё, что оставалось сделать, – шагнуть вправо и спуститься к соседям.

Невидимая собака и сочувствующие ей продолжали надрываться и мешали концентрации.

Надя с испугом и раздражением подумала: не прервать ли эту дурацкую спасательную операцию, пока не поздно?

Но было поздно: она уже шатнулась вправо, нога нетвёрдо опустилась на соседское окно.

Надя судорожно вцепилась в раму обеими руками и перебросила вторую ногу.

Что-то подобное она видела в фильме «Матрица».

Там Нео спасался от злых агентов похожим способом, только мобильный по пути выронил. Она же в страхе могла выронить только сегодняшний завтрак.

Надя сама не поняла, как это у неё получилось.

Она неуклюже села на раму и поставила ноги на коврик, прикрывавший осколки. Она смогла!

За стеклянной дверью балкона бесновалась соседская собака.

Надя смотрела на неё и чувствовала, что не может вдохнуть, так она перепугалась за эти несколько секунд. Сердце колотилось в груди, вот - вот выскочит.

Надя попыталась сказать что-то утешительное собаке через стекло, но с трудом выдавила из себя что-то вроде жалобного писка.

Собака за дверью дрожала от возбуждения и переминалась на задних лапах, передними царапая балконную дверь.

Это походило на экзотический танец, который уместнее смотрелся бы под южным небом на берегу ласкового моря.

Надя хорошо знала соседскую собаку: дружелюбного белого лабрадора по кличке Ричи, которого заботливые хозяева чересчур раскормили.

С того момента, как владельцы собаки исчезли, прошло не так уж много времени, но Наде показалось, что пёс уже несколько уменьшился в талии.

Ещё она с досадой заметила тёмные пятна на боках и животе зверя: видимо, он нагадил и извалялся в собственных какашках.

Надя аккуратно встала, бегло оглядела соседский балкон и с завистью отметила царивший там порядок.

Находили же люди время, чтобы прибраться! Им что, заняться нечем было?

Правда, Надя привнесла на чужую территорию чуточку своего фирменного стиля: теперь на балконе полным - полно битого стекла.

Надя осмотрела себя: не поранилась ли? Всё на удивление в порядке, ни царапины.

И тут Надю будто ударило громом. Какая же она тупица! Как она откроет дверь?

Ей бы нужно разбить стекло и повернуть ручку, а у неё ни инструментов, ни палки, ничего!

Как ей выжить в новом мире, если у неё не хватает мозгов подумать на два шага вперёд? От бессилия захотелось плакать.

Надя прошлась по чужому балкону в надежде найти что-то увесистое, но насколько её собственный балкон был захламлён, настолько этот был пуст и стерилен.

Что делать? Разбить стекло кулаком? Лезть обратно за каким - нибудь инструментом?

В отчаянии Надя толкнула дверь, за которой бесновался Ричи. Надя ни на что не рассчитывала, но дверь скрипнула и подалась вперёд.

Изумлённый Ричи отпрыгнул назад на задних лапах и в замешательстве опустился на четвереньки.

Надя, не веря в свой успех, открыла дверь шире, и большой пёс с громким лаем прыгнул на неё. Надя едва устояла на ногах: пёс не уступал ей по габаритам.

Пёс выл, скулил, лаял, стонал, царапался и клацал зубами.

Надя как могла аккуратно отстранила его и протиснулась в квартиру. Квартира представляла собой довольно жалкое зрелище.

Пёс, оставшийся в одиночестве, затосковал и гасил свою печаль во всём, до чего мог дотянуться.

И если балкон оказался вне зоны поражения, то всё остальное помещение было искусано, изгрызено, разорвано в клочья.

Надя подумала, что так квартира могла выглядеть после студенческой вечеринки: повсюду клочки туалетной бумаги, одежда на полу в беспорядке, подушки распотрошены, пух и перья лежат на поверхностях. И запах просто ужасный.

Воздух с открытого балкона чуть улучшил ситуацию, но воняло невообразимо.

Надя поспешила на кухню, чтобы накормить зверя, лавируя между кучками кала, которые зверь оставил тут и там.

Оказалось, что зверь умеет неплохо заботиться о себе сам: посреди кухни лежал большой пакет с кормом, из его раненного бока во все стороны разлетелись коричневые кругляши.

Миска с водой пустовала. Надя решила помочь хотя бы этим: у мойки стояла наполовину пустая (или полная?) пятилитровая бутыль с водой.

Пёс мешал: он примчался за Надей на кухню, одновременно пытался съесть корм с пола, укусить Надю и кружиться волчком на месте. Надя наполнила миску водой, и пёс в несколько хлебков её осушил.

Ещё миска – с тем же результатом. И ещё. Надя опустилась на стул: а что делать теперь?

У неё что, появилась собака? Но у неё никогда не было собак, и она не знает, что с ними делать.

                                                                         — из романа Александра Кондратьева - «Одинокая женщина не желает знакомиться»

В кэллекшен

Вот бабочка. Она черна, как ночь.
Черты лица — чернильницы короче.
Вот бестолочь! Зачем её волочь?!
Сачком пыльцу сбивать? Туманить  очи?

Ворованное платье надрывать,
чтоб обнажить и утащить в темницу,
где тайно и срамно короновать
и уложить в стеклянную гробницу.

От умницы, блистающей, как сталь,
оставить только семечко льняное
да туловище узкое. Так встарь
блюли  воображение больное.

Потом валялись в комнатной пыли
в унынии. Или в пылу, лихача,
из всех углов вселенной волокли
сокровища  — и бормоча, и плача:

шелестокрылых прибыло полку
из далей луговых,  из плюшевых волокон,
из космоса, где, лёжа на боку,
вращается, как шар капустный, кокон...

                                                                              из стихотворного цикла "Страсть коллекционера"
                                                                                                  АВТОР: ЛИДИЯ ГРИГОРЬЕВА

Кража в музее. 2008. США. (Трейлер, комедия, криминал, рейтинг- 6,2)

Падающий вечер ( Фрагмент )

Много лет назад я пережил один странный вечер.

Моя жизнь не богата событиями, а те немногие, самые выразительные, которые мне запомнились, я выжал по максимуму в своих книгах.

И всё же осталось несколько, о которых, по разным мотивам, я не мог написать, потому что только теоретически «всё на продажу»,

а когда ты в реальности писатель, тысячи скрупул и тормозов вынуждают тебя опускать тот или иной факт, по видимости незначительный, но такой, который (и тому доказательство как раз твои скрупулы) может быть туннелем к уязвимым стратам твоего «я».

Мы — не социальный интерфейс под названием «моя личность»:

что-то, кроющееся позади неё, сущность несравнимо более объёмная, то и дело контролирует, формирует, цензурирует наши мысли и поступки.

В тот мой парижский день я пошёл в Центр Помпиду на большую выставку Андре Бретона (*), под маркой которой, на самом деле, была развёрнута целая сюрреалистическая панорама, какую редко доведётся встретить в одном месте.

Я был вместе с друзьями, у которых жил, — молодая пара как нельзя более разнородная: две расы, две религии и два направления в искусстве, но, главное, две совершенно контрастных физиономии.

Я смотрел на её отражение в каком - нибудь Дельво (**), и мне казалось, что она оттуда и совершенно естественно окружена голыми белокурыми женщинами, ожидающими (кого?) на безлюдной станции.

Она была такая же, за исключением короткой, под корень на затылке, стрижки.

И, конечно, одежды — в первую очередь, замечательной мужской рубашки чёрного цвета, в которой я видел её чуть ли не всю неделю, что гостил у них.

Как эта румынка из Сибиу нашла себе алжирца, с которым жила, понятия не имею.

У меня-то нашлась общая знакомая, тоже музыкантша, именно с ней.

Её бербер (***) гордился своим происхождением и подчёркивал его ношением неизменной бархатной шапочки в вишнёвых разводах на голубой атласной подкладке.

Как и его подруга, он был экстравагантен, невозмутим и несколько ленив…

Трудно сказать, на что они жили.

Вряд ли на актёрский заработок — да он и не притворялся, — не думаю, чтобы «Отелло», где он был в главной роли, единственной, в которой я его видел, так уж часто играли в те дни в Париже…

Из всей выставки в памяти осталась только одна картина.

Я, наверное, псих: иногда я так влюбляюсь в какую - нибудь картину, что мне буквально хочется пойти на кражу со взломом и забрать её из музея.

Так вот, это был «Le soir qui tombe» («Падающий вечер») Магритта: разбитое окно, длинные осколки, стоящие стоймя, и отражающееся в них под разным углом закатное солнце…

                                                      — из сборника рассказов румынского писателя Мирчи Кэртэреску - « За что мы любим женщин »
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) на большую выставку Андре Бретона - Андре Бретон (19 февраля 1896 — 28 сентября 1966) —  французский писатель, поэт, теоретик искусства и основоположник сюрреализма. Также он был левым общественным деятелем.

(**) Я смотрел на её отражение в каком - нибудь Дельво - Поль Дельво (фр. Paul Delvaux) — бельгийский художник, видный представитель сюрреализма. Поль Дельво часто изображает женщин голыми или полуобнажёнными. Женщины на его картинах представлены в мистической и загадочной атмосфере, создают ощущение таинственности и иллюзии.

(***) Её бербер - Берберы — общее название коренных жителей Северной Африки от западных границ Египта (оазис Сива) на востоке до Атлантического океана на западе и от реки Нигер на юге до Средиземного моря на севере. Название «берберы» дано европейцами по аналогии с «варварами» из-за непонятности их языка. Сами берберы называют своих мужчин «амазиг», женщин — «тамазиг», а весь народ — «имазиг», что значит «свободные люди» или «благородные люди».
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( картина французского художника Теодора Шассерио «Отелло и Дездемона в Венеции» )

В хожденьях за тёплым морем

Весна вскрыла Волгу, лёд трещит по швам,
Прощайте, родные, молитесь богам.
Две ладьи у пристани трутся боками,
Набиты под завязку воском и мехами.
Я не вольный странник, я не пилигрим,
Я купец, что долгом чёрным одержим.
Взял товар в кредит я, подписал листы,
Теперь за мною сожжены мосты.

Князь Михаил дал грамоту в дорогу,
Но грамота не молится ни чёрту, ни богу.
С нами плывет Хасан - бек, посол Ширвана,
Под его охраной проскочим, как спьяну.
Но сердце ноет, как старые раны,
В глазах жены — слёзы, в душе — туманы.
Если не продам я этот груз в Орде —
Сгнить мне в яме, в долговой беде.

                                                                А. Никитин Хождение за три моря Часть 1. Долг (отрывок)
                                                                                                  Автор: А. Панафидин

! встречается нецензурное выражение !

Негр вернулся с практики одним из первых.

Пить было не с кем, абитуриентов «строить» не хотелось.

Посидев с полчаса в комнате, разогнав пыль и разложив учебники, негр вспотел и решил сходить помыться.

Не знаю уж по какой причине, но во время вступительных экзаменов в нашей общаге менялся график пользования душем.

В смысле – душ у нас был один на всех, но девушки мылись по чётным дням, а мужики – по нечётным.

Абитура купалась, соответственно, в обратном порядке.

Себастьян, естественно, про всё это забыл, а читать объявление, приклеенное на двери подвала, ему было совсем лениво.

Свет горел только в раздевалке душевой.

В самой душевой если что-то когда-то и горело, то это было давно и неправда.

Впрочем, Себастьяну уже стало всё равно до таких мелких неудобств. Вымыться он мог и в темноте.

Шумела оставленная включённой очередным разбазаривателем народной собственности душевая колонка.

Он встал под неё и напевая по-португальски, начал намыливать хозяйственным мылом свою курчавую голову…

В коридоре раздались женские голоса, хлопнула дверь раздевалки.

- Ой, девки, одна кабинка занята, Таня, ты подождёшь?
- Зачем, вместе помоемся. Не, какие джинсы здоровые…
- Это наверное та кобыла из 417 комнаты, поступает. Вчера мимо меня по лестнице пролетела, меня чуть не сдуло.

Себастьян женщин не боялся и от женщин не бегал.

Более того, пользовался у них заслуженным успехом.

Но в такую ситуацию не попадал ни разу.

Инстинкты взяли своё и он затих под струями воды, как воин, ожидающий, пока голодный лев пройдёт мимо…

По мокрому кафелю душевой прошлёпали женские ноги, послышался шум воды в соседних кабинках.

Что-то тёплое, белое и мягкое ткнулось в негра чуть повыше поджарых чёрных ягодиц.

Себастьян повернулся…

Ольга потом рассказывала:

- Представляешь, ко мне из темноты открывается рот и говорит:

«Места же хватит, можно и вместе вымыться!»

Девушка упала в обморок. Остальные – завизжали и кинулись прочь.

Негр вытащил обмякшее тело в раздевалку, накрыл зачем-то своей майкой и стал приводить в чувство.

Нацепить на себя хоть что - нибудь он не догадался. В таком виде его и застала комендантша…

Вечером вернулись мы, Себастьян сидел у нас в 414-ой и пил горькую.

Губы его нервно дёргались, левое веко дрожало.

- Ну и чо мне теперь делать? – периодически спрашивал он. – Отчислят на хер…

- Не бери в голову, Себа! – прервал его я . – Кончай жрать, иди к Ольге (дело в том, что девушка, которую негр напугал, была нашей с Витей однокурсницей), извинись, проставься. Всё нормально будет…

- Она…такая белая! – не выдержал Себастьян. – Чо подумают?!

- Что надо, то и подумают. Вперёд! – мы сунули негру бутылку самогона, проводили до двери 501-ой комнаты, постучали и втолкнули его внутрь….

На свадьбе, которая состоялась через полгода, Тёма Носов, задумчиво засосав стакан коньяка, сказал:

- Собака Павлова на марше… Импринтинг (*), бля! – и тут же огрёб по морде от Вити Митина, потому - что хорошей свадьбы без драки не бывает.

… Иногда я открываю свой письменный стол и достаю конверт.

В нём – загранпаспорт и бессрочная виза в Гвинею - Бисау.

И фотография – Себастьян и Ольга на фоне огромного двухэтажного дома в окружении четверых детей – не иссиня - чёрных с фиолетовым отблеском, как баклажан.

Не коричневато - чёрных, как засохший сурик на старой крыше.

Рыжих, как Ольга и пепельно - чёрных, как недавно одетый и недолго ношенный запылённый кирзовый сапог.

Наверное, когда - нибудь я все же съезжу к ним в гости.
                                                                                                                                                                  Три истории про негра (отрывок)
                                                                                                                                                                       Автор: Евгений Плотников
_________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) - Собака Павлова на марше… Импринтинг - Импринтинг (от английского imprinting — «запечатление») — это механизм быстрого запечатления в памяти образов, моделей поведения или впечатлений, которые человек получил в критически важный период жизни. С точки зрения психологии, импринтинг — это форма обучения, при которой в определённый чувствительный или критический период жизни человек формирует устойчивую связь с объектом, стимулом или поведением. Этот процесс происходит автоматически, быстро и часто необратимо, влияя на дальнейшее поведение и социальные взаимодействия.
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из фильма «Хождение по мукам» 1977 )

Здесь лишь терпимость иностранных фильмов

Ты, на заре проснувшись, сделай милость,
Ещё хоть миг с собой наедине
Побудь и вспомни всё, что ночью снилось:
Смеялся или плакал ты во сне!

И глянь в окно: какая там погода,
Туманна ли округа иль светла?
Метёт ли снег до края небосвода
Иль катятся дождинки вдоль стекла?

И если в этот час не бьёт тревога,
Вдали обвалом сакли не снесло,
Не торопись и дьяволом с порога
Не прыгай, милый, в горское седло.

Не торопись, как деды завещали,
И всякий раз, с обычаем в ладу,
До каменной околицы вначале
Веди коня лихого в поводу.

                                                                 Не торопись (отрывок)
                                       Автор: Расул Гамзатов; Перевод: Яков Козловский

кино семейное. Блинкер и ядовитые отходы. Blinker en de Blixvaten (2008) отрывок без перевода

Их обычно изображали в виде юных, прекрасных, застенчивых дев, любивших уединение; они чаще всего являлись в разных одеждах, соответствовавших тем искусствам либо наукам, которым покровительствовали.

                                                                                                                                                                                                Lemprière. Under «Musae» (*)

ОНО сознавало, что погружено в пронизанную светом бесконечную дымку, как бы парит в ней, словно божество, альфа и омега сущего, над океаном лёгких облаков, и смотрит вниз;

потом, после неопределённо долгого перерыва, уже не испытывая такого блаженства, ОНО восприняло чуть слышимые звуки, размытые тени где-то на периферии сознания…

Это резко уменьшило ощущение бесконечности пространства, витания в эмпиреях, создав впечатление чего-то гораздо более тесного, вовсе не такого вместительного и дружелюбного.

Оттуда, словно в неотвратимом стремительном падении, ОНО услышало, как тихие звуки нарастают, обращаясь в голоса, увидело, что размытые тени фокусируются, превращаясь в лица.

Будто в неизвестном иностранном фильме – ничто не казалось знакомым: ни язык, ни место действия, ни состав исполнителей.

Образы и эмблемы проплывали, то сливаясь на миг, то разделяясь вновь, как мириады амёб в озерной воде, в деловитой, но бесцельной суете.

Эти сочетания форм и ощущений, соединения морфем и фонем (**) возвращались теперь, как алгебраические формулы школьных дней, когда-то бессмысленно заученные наизусть и навсегда отложившиеся в мозгу, хотя к чему их можно было бы теперь применить, зачем они вообще существуют – давным - давно накрепко забыто.

ОНО явно обладало сознанием, но не обладало ни местоимением – тем, что позволяет отличить одну личность от другой, ни временем, что позволяет отличить настоящее от прошлого и будущего.

Ещё некоторое время блаженное ощущение превосходства, сознание, что каким-то образом удалось взобраться на самый верх некоего нагромождения, сосуществовало с этим чувством безличности.

Но вскоре и это ощущение было жесточайшим образом рассеяно неумолимым демоном реальности.

Головоломный психологический кувырок, и ОНО оказалось вынужденным сделать неминуемый вывод, что вместо величественного парения в стратосфере, на ложе из ямбических пятистиший, ОНО на самом деле лежит на спине в обыкновенной кровати.

Над головой – настенная лампа: аккуратный прямоугольник, перламутрово - белый пластмассовый плафон.

Свет. Ночь.

Небольшая серая комната – светло - серая, такого цвета бывают крылья у серебристой чайки.

Лимб, где никогда ничего не происходит, терпимое ничто.

Если бы не две женщины, пристально глядящие сверху вниз – на него.

Безмолвный упрёк на том лице, что поближе и потребовательнее; ОНО вынуждено волей - неволей сделать ещё один вывод: по какой-то причине именно ОНО оказалось в центре их внимания и даже стало чем-то вроде «Я».

Лицо улыбнулось, склонилось, на нём появилось выражение сочувственно - скептической встревоженности, чуть окрашенной подозрением, – а не симуляция ли всё это?
                                                                                                                       — из романа английского писателя Джона Фаулза - «Мантисса»
_________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Lemprière. Under «Musae» — Ламприер. Из статьи «Музы». Имеется в виду «Классический словарь Ламприера» (Lemprière’s Classical Dictionary) . Дж. Ламприер (1765? – 1824) – английский учёный, библиограф, составитель энциклопедического словаря имён, встречавшихся в мифах Древней Греции и упоминавшихся в произведениях древнегреческих и римских авторов. Примечание  редактора.

(**) соединения морфем и фонем - Морфема и фонема — это единицы языка, которые выполняют разные функции и имеют различные характеристики.
Морфема — это минимальная значимая часть слова, неделимая на более мелкие единицы без потери смысла. Она обладает определённым грамматическим или лексическим значением, которое проявляется только в составе слова.
Фонема — это минимальная звуковая единица языка, которая служит для различения звуковых оболочек морфем и слов. Она не имеет самостоятельного лексического или грамматического значения, но помогает различать значения более крупных единиц.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из фильма «Блинкер и ядовитые отходы» 2008 )