Технические процессы театра «Вторые подмостки»

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Это интересно?

Сообщений 61 страница 90 из 94

61

«Мэрилин Монро Продакшнс» ( © )

Ты стоишь на балконе, в руках сигарета,
Томной ночью не ждёшь за порогом гостей.
И внимаешь всю боль восходящего света,
Что утопит тебя в океане страстей.

Пол усыпан в белье кружевного оттенка,
И в вине, что разлито неделю назад.
В зазеркалье виднелась худая шатенка,
Что пыталась увидеть багряный закат.

Рисовала на стенах губной помадой,
Выводя композиции прожитых дней,
Для неё очень важно быть чей-то наградой,
Среди изощрённых, пустых новостей.

Фантомные боли терзали до хруста,
Скрипели внутри, как старинный паркет.
Её идеал красоты, и искусства,
Живёт в одиночестве сотни лет.

Заиндевевший глоток свободы,
Немой отпечаток надежды, и грёз.
И ей не понять дифирамбы, и оды,
Среди упоенных от боли слёз.

                                                       С тишиною слов (избранное)
                                                              Автор: Юрий Буравков

Кошка на раскалённой крыше — Русский трейлер (субтитры) (2018)

Исчезновения - появления ( Фрагмент )

Телефон звонит не умолкая, опять спрашивают Мэрилин, Эми в ответ только удивляется.

Нет, она понятия не имеет, где может быть Мэрилин.

Боб Хоуп требует, чтобы та немедленно связалась с ним, речь идёт о её участии в рождественском концерте в Корее, но не тут-то было.

Эми кладёт трубку, и они с Мэрилин прыскают со смеху, словно ученицы колледжа, разыгравшие учителя.

Однако долго прятаться Мэрилин не собирается.

Милтон Грин, оформив и подписав необходимые документы, организовал в Нью - Йорке небольшую пресс  -конференцию, на которой Мэрилин появилась в накидке из белого горностая и сообщила о создании собственной компании «Мэрилин Монро Продакшнс», объявив Милтона Грина её вице - президентом.

Она хочет изменить репертуар, сыграть Грушеньку, героиню романа «Братья Карамазовы» Достоевского.

«Как пишется это имя?» — язвительно спрашивает один из журналистов.

Новая жизнь набирает обороты.

Манхэттен поразил Монро.

После родного знойного Лос - Анджелеса, разлёгшегося на берегу океана, вертикальная архитектура Нью - Йорка, устремлённая к небу, завораживает её.

На одной из фотографий Мэрилин стоит, облокотившись о перила балкона отеля «Глад - стоун», на фоне гигантских небоскрёбов её фигурка смотрится особенно одиноко и эротично:

Мэрилин словно окутана альковной тайной.

После первого занятия в Актёрской студии, учёба там — её заветная мечта, Мэрилин переполняет ощущение молодости и собственной привлекательности, сменившее вечное тревожное ожидание.

По правде говоря, она больше похожа на «Женщину у окна» Матисса, чем на американок — застывших механических кукол — с картин Эдварда Хоппера.

Щедрость Милтона Грина по отношению к Мэрилин несколько ошарашивает.

Вначале он размещает её в отеле «Глад - стоун» на Пятьдесят второй авеню, потом устраивает в трёхкомнатных апартаментах в «Уолдорф Астория Тауэрс», которые раньше снимала актриса Леонора Корбетт, и берёт на себя другие её расходы: содержание матери, пятьсот долларов за услуги косметологов плюс оплата пяти сеансов в неделю у психоаналитика.

Он направил Мэрилин к своему личному психотерапевту, доктору Маргарет Хоэнберг, что в общем-то противоречит врачебной этике, но не смущает Мэрилин.

Revolving doors — крутящиеся двери при входе в вестибюль «Уолдорф» буквально завораживают Мэрилин.

Трумен Капоте об этих дверях говорил:

«Именно так я представляю себе любовь: человек оказывается в одиночестве между двумя стеклянными перегородками. Мы ходим друг за другом по кругу, но не можем быть вместе».

Милтон за баснословные деньги нанимает агента по рекламе Артура Джейкобса и выделяет Мэрилин три тысячи долларов на новый гардероб.

Ему даже приходится заложить свой дом в ипотеку...

Мэрилин думает, что это — подарок, до тех пор, пока Грин не объясняет ей, что действует в интересах компании.

Он советует Мэрилин взять с собой в походы по магазинам Эми, обладавшую безупречным вкусом.

Эми с продавщицами чуть в обморок не упали, увидев в примерочной, что Мэрилин без трусов, а та очень ценила свой естественный запах, пресловутый «odor di femina», запах женщины, сводивший Дон Жуана с ума.

Разве что ещё душилась «Шанель № 5».

Милтона часто спрашивали, какие косметические салоны посещает Мэрилин, всем любопытствующим он отвечал:

«Никакие... Мэрилин сделала косметический салон из своей квартиры, три - четыре раза в неделю к ней приходит личный парикмахер, педикюрши и маникюрши тоже...  Она знает все новинки и хитрости макияжа». 

В марте пятьдесят пятого года Мэрилин согласилась поработать билетёршей на премьере «Кошки на раскалённой крыше», новой пьесы Теннесси Уильямса, с которым Казан подписал договор о съёмках одноименного фильма.

Потом на благотворительной вечеринке в Медисон - Сквер - Гарден по просьбе Майка Тодда она предстала перед публикой в легкомысленном наряде верхом на розовом слоне.

Во время представления Мэрилин проявила чудеса героизма: английская булавка расстегнулась и впилась ей в левую ягодицу, но Мэрилин и виду не показала.

Она, словно царица Савская, выехала на слоне на арену, и двадцати пятитысячный зал взорвался аплодисментами.

«В детстве меня никогда не водили в цирк», — лепетала она.

                                                                                                                                из книги Клода Делэ - «Мэрилин Монро. Нелюбимая»

( Художник  Эдвард Хоппер. Картина  «Automat» 1927 )

Это интересно?

0

62

Чтобы потом не объяснять почему папа на крыше живёт ( © ? )

Всяк сверчок знай свой шесток.
Мир бездушен, мир жесток.
Зри, букашка, вдаль и вблизь,
век живи и век учись.

И тогда, даст Бог, поймёшь –
лбом стены не прошибёшь.
Затаись в углу как мышь.
Меньше знаешь, крепче спишь.

Всяк сверчок знай свой шесток.
Мир бездушен, мир жесток.
Насекомый тяжек нрав,
кто сильнее, тот и прав.

                                                             Сверчок
                                             Автор: Группа товарищей

Табель о рангах.

Автор: Аркадий Гайдар

Раньше было проще.

Упомянутый табель ясно указывал чиновнику его место в запутанной канцелярии Российской империи.

Каждый сверчок знал свой шесток.

И с этого исторического шестка он или «покорнейше» свиристел, обращаясь к особам, восседавшим выше него, или громоподобно рыкал на тех, кои волею судеб занимали нижние ступени иерархической лестницы.

Ставший теперь нарицательным именем, достопримечательный титулярный советник, имея необходимость обратиться к высокой особе, начинал приблизительно так:

«Ваше Высокопревосходительство! Имею честь покорнейше просить соизволить обратить благосклонное внимание» и т.д.

Если письмо писалось не к превосходительству, а просто к благородию, то можно было с успехом, не нарушая правил чинопочитания, пропустить из упомянутого обращения слова «покорнейше», «соизволить», а также можно было похерить и «честь».

Благородие — не велика шишка, обойдётся и без «чести».

Если же обращение адресовалось к лицу маленькому, незначительному, то соответственно этому менялся и тон письма.

Например:

«Городовому Гапкину.

Их высокоблагородие приказали предупредить: если от тебя будет и впредь разить водкой и луком, а от сапог твоих колёсным дёгтем, то он турнёт тебя, мерзавца, всыпав предварительно суток двадцать ареста».

Коротко и ясно. И на сём понятном языке хорошо и спокойно пересвистывались титулованные насекомые со своих насиженных шестков.

«Табель о рангах» ныне уничтожен, но сами чиновники живучи и, следовательно, чиновничьи традиции — тоже.

Правда, хитрый чиновник не растерялся и составил, так сказать, неписаный табель.

Скажем, председатель губисполкома — это вроде губернатора. Военный комиссар — воинский начальник. Председатель горсовета — глава городской управы.

Завгубсоцстрахом — попечитель богоугодных заведений. Завженотделом... гм... это, конечно, труднее.

Ну, скажем, дама - патронесса — председательница общества призрения одиноких женщин и т.д.

И, руководствуясь указанной классификацией, советские чиновники свято блюдут иерархические обычаи.

Подумать только, сколько голов задумывается над тем, как составить бумажку: «прошу» или «предлагаю», «приказал» или «распорядился», «к выполнению» или «к руководству».

И часто, отыскивая форму наиболее подходящего обращения, эти чиновники забывают о сути и смысле бумаги, соблюдая лишь, чтобы сама формула строго соответствовала достоинству переписывающихся учреждений или лиц.

Что получается, когда кто - либо, не искушённый в тонкостях чинопочитания, допустит промах, с достаточной ясностью показывает следующий факт.

Обыкновенный и не слишком учёный рабочий, председатель месткома транспортников No 9 составил корявую, но дельную бумажку и направил её начальнику разъезда Шелекса.

Он указывал, что почта и газеты, адресованные в местком, выдаются начальником кому попало и поэтому часто пропадают.

Причём предместкома неосторожно «предложил» начальнику выдавать корреспонденцию только лицам, снабжённым соответствующими удостоверениями.

Гнев и ужас охватили изумлённого начальника. Нарушены все правила субординации.

Попраны устои неписаного табеля о рангах.

Подан пагубный пример для общественной нравственности. Открыто пахнет духом анархии и безначалия — ему, титулярному начальнику разъезда, «предлагают»!

Имеет ли право местком предлагать, в то время, когда в силу своего незнатного происхождения он может только «покорнейше просить»?!

И рьяный начальник, не входя в деловое обсуждение вопроса, даёт достойный ответ забывшимся месткомовцам.

Вот дословно его резолюция, торопливо написанная ядовитым жалом оскорблённого пера:

«Предлагать вы можете:

1. только своей жене.
2. своим подчинённым, если у вас таковые имеются...»

Засим следует точка и подпись с росчерком.

За подписью же следует наше недоумение: почему начальник оказался столь мягким, что ограничился только отповедью?

Надо было привлечь местком к суду за оскорбление, надо было раз навсегда отбить охоту у неискушённых людей обходить законы канцелярских традиций.

Надо было, чтоб «действительные тайные» и «действительные явные» бюрократы воспрянули духом и почувствовали, что их корпоративная честь находится не только под охраной неписаных, но и писаных законов.

В конце концов, можно внести соответствующие дополнения в уголовный кодекс.

Чтобы каждый рождённый «просить» не имел права «предлагать».

Чтобы беспартийный, например, не смел хитро подписаться в конце письма «с коммунистическим приветом».

Надо разделить приветы на категории: 1) простые, 2) гражданские, 3) товарищеские, 4) коммунистические.

Разбить просьбы на: 1) простые, 2) почтительные, 3) покорнейшие.

И надо строго регламентировать, кто и каким обращением имеет право пользоваться. Тогда не будет недоразумений и головоломок.

Если неудобно будет провести это в законодательном порядке под видом положения «о советском чинопочитании», то можно попробовать протащить под маркой рационализации и стандартизации канцелярских взаимоотношений.

                                                                           --  областная газета «Волна» («Правда Севера».) Архангельск, 1929, 3 января

( кадр из фильма «Однажды в... Голливуде» 2019 )

Это интересно?

0

63

Прошу дополнительных указаний

Ответственность - сильное слово,
Способность ответить за всё.
Что сделано. Это не ново,
Открытье отнюдь не моё.

Способность ответить за дело,
Не свойственна многим ,поверь.
Натура людская хотела,
Всегда жизнь прожить без потерь.

А многие просто мечтают,
Найти себе то ремесло.
Где мало за что отвечают,
Где пошлостью всё заросло.

С момента паденья Адама,
Вошла безответственность в нас.
И эта коварная дама,
По жизни проходит не раз.

Приводит она к осужденью,
Попыткам вину с себя снять.
И дружит с лукавством и ленью,
Так как же её изживать?

                                                        Ответственность (отрывок)
                                                              Автор: Сергей Мартусов

Глава четвёртая

Великая Отечественная война переменила всё, но и она не сумела нарушить блистательный ход карьеры генерала Власова.

22 июня 1941 года в 3 часа 00 минут генерал - майор Власов получил приказ о приведении войск в полную боевую готовность.

24 июня его 4-му механизированному корпусу был отдан приказ: разгромить прорвавшуюся в районе Немировки немецкую группировку.

Приказ этот запоздал.

24 июня главная угроза исходила уже не из района Немировки.

Танковые колонны немцев нанесли удар в направлении Луцк – Дубно, угрожая расчленить войска фронта.

По приказу генерал - полковника М.П. Кирпоноса 4-й и 15-й корпуса три дня вели ожесточённые бои, пытаясь прорвать оборону противника.

Это им не удалось, и 1 июля начался отвод войск.

3 июля корпус генерал - майора Власова был переброшен в район Бердичева, чтобы не допустить прорыва немцев к Житомиру.

Здесь сосредотачивалась довольно значительная группировка советских войск (4-й, 15-й, 16-й, 36-й, 37-й механизированные корпуса, 5-й кавалерийский корпус, 49-я стрелковая дивизия), но контрудар так и не состоялся.

Скоро корпус Власова был отведён в район Киева.

17 июля Андрея Андреевича Власова вызвал в Киев Семён Иванович Будённый.

Вспоминая все эти события через два года, Власов в своём «Открытом письме» «Почему я стал на путь борьбы с большевизмом» даст своим действиям достаточно высокую оценку:

«Мой корпус в Перемышле и Львове принял на себя удар, выдержал его и был готов перейти в наступление, но мои предложения были отвергнуты. Нерешительное, развращённое комиссарским контролем и растерянностью управление фронтом привело Красную армию к ряду тяжёлых поражений.

Я отводил войска к Киеву. Там я принял командование 37-й армией и трудный пост начальника гарнизона города Киева…».

«Когда мы с Кирпоносом подбирали кандидатуру на должность командующего 37-й армией, которую мы формировали для обороны Киева, – пишет в своих воспоминаниях Н.С. Хрущёв, – управление кадров Киевского военного округа рекомендовало нам назначить Власова».

Никите Сергеевичу почему-то запомнилось, что Власов вышел к Киеву «безлошадным».

«Пришёл, – пишет он, – небезызвестный Власов с кнутом, без войск».

Тут Хрущёв явно путает своего читателя, и путает отнюдь не случайно.

Обстановка в Киеве была суровой, необходимо было мгновенно принимать ответственные решения, и при этом любой промах мог стать для Хрущёва роковым.

Как истинный партиец, Хрущёв не собирался брать на себя ответственность за назначение Власова. Он позвонил товарищу Маленкову, ведавшему кадровыми вопросами в Центральном Комитете.

– Какую рекомендацию ты мог бы дать на генерала Власова?
– Ты не можешь себе представить, что творится вокруг, – ответил товарищ Маленков, не хуже Хрущёва чувствовавший партийную ответственность. – Вся наша работа остановилась. У меня здесь нет ни одного человека, чтобы тебе помочь. Поступай так, как считаешь нужным, и бери на себя всю ответственность.

«Мне не оставалось ничего иного, как положиться на рекомендации, полученные от других военных, – сокрушенно признавался Никита Сергеевич. – Опираясь на них, мы с Кирпоносом решили этот вопрос положительно, назначив Власова командующим.

Власов взялся за дело решительно и энергично.

Он сколотил свою армию из отступающих и вырвавшихся из немецкого окружения частей и на деле доказал, что мы сделали правильный выбор.

Он всегда спокойно держался под огнём, обеспечивал твёрдое и разумное руководство обороной Киева.

Он выполнил свой долг и не позволил немцам взять Киев фронтальной атакой с ходу.

И когда Киев в конце концов пал, то это произошло в результате обхода и сосредоточения немецких войск значительно восточное города. А не потому, что Власов не обеспечил жёсткой обороны».

Разумеется, Хрущёв был вынужден защищать Власова, но, похоже, что Власов и в самом деле не совершил никаких ошибок при обороне Киева.

Как известно, 10 августа 1941 года 37-я армия предприняла контрудар на рубеже Шуляны – Мышеловка – Корчеватое и успешно держала оборону до 15 сентября, пока танковые клинья немцев не соединились в районе Лохвицы и четыре армии (5-я, 21-я, 26-я, 37-я) не оказались в котле.

17 сентября 1941 года Военный совет 37-й армии телеграфировал:
_________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

«37-я армия в оперативном окружении.

На западном берегу оборона Киевского укрепленного района 16 сентября сего года в результате наступления противника южнее Фастова прорвана, резерв исчерпан, бой продолжается. На восточном берегу, на фронте Русаково, Сваровье, Нижняя Дубыня части, оказывая сопротивление, отходят на Бровары.

На юге ударом в направлении Кобрино, Борисполь, Правец противник прорвал оборону разных мелких отрядов и народного ополчения.

Угроза переправ Киеву с востока.

Части в течение двадцатидневных боев малочисленны, сильно утомлены, нуждаются в отдыхе и большом свежем подкреплении.

Связи с соседями нет. Фронт с перерывами. Восточный берег без сильных резервов не удержать.

                                                                                                                                                                                                                Прошу указаний».
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Телеграмма была адресована главнокомандующему Юго - Западного направления, но отправлена окружным – прямой связи со штабом фронта не было! – путём через Москву.

Только 18 сентября М.П. Кирпонос получил телеграмму и отдал приказ о выходе армий из окружения.

21-я армия должна была нанести удар в направлении Ромны. 2-й Кавалерийский корпус наносил удар навстречу ей с востока. 5-я Армия должна была идти следом за 21-й, нанося удар на Лохвицу. 26-й Армии предстояло прорываться в направлении Лубны.

Власову приказали выходить из окружения следом за 5-й армией в направлении Яготин – Пирятин.

В 37-й армии – штаб фронта тоже держал связь с армией через Москву! – этого приказа так и не получили, и только в ночь на 19 сентября главные силы начали сниматься с позиций.

Впрочем, если бы и получили приказ в 37-й армии вовремя, едва ли отступление оказалось бы успешней.

Рассчитанный с точностью часового механизма план отхода войск не учитывал только одного обстоятельства – немцев.

Они – такая неожиданность! – не собирались выпускать из кольца окружённые армии.

Пробиваться пришлось с кровопролитными боями.

20 сентября в бою погибли командующий фронтом М.П. Кирпонос, член Военного совета М.А. Бурмистренко, начальник штаба фронта В.И. Тупиков.

В письме «Почему я стал на путь борьбы с большевизмом» А.А. Власов скажет:

«В трудных условиях моя армия справилась с обороной Киева и два месяца успешно защищала столицу Украины. Однако неизлечимые болезни Красной армии сделали своё дело. Фронт был прорван на участке соседних армий. Киев был окружён. По приказу верховного командования я был должен оставить укреплённый район».

Это было первое окружение для Власова.

Из этого окружения он сумел выйти.

                    -- из книги Николая Коняева - «Генерал из трясины. Судьба и история Андрея Власова. Анатомия предательства»

( кадр из фильма «В бой идут одни „старики“» 1973 )

Это интересно?

0

64

И Заинька во всём этом ужасе

И не случайно герои путаются в улицах Ленина ( © )

Только заинька
Был паинька:
Не мяукал
И не хрюкал —
Под капустою лежал,
По-заячьи лопотал
И зверюшек неразумных
Уговаривал:

«Кому велено чирикать —
Не мурлыкайте!
Кому велено мурлыкать —
Не чирикайте!

                                         Путаница (отрывок)
                                       Автор: Корней Чуковский

"Не отрекаются любя" - Юлия Юняева (песня из к/ф "Ирония судьбы или с лёгким паром")

(*) Песня "Не отрекаются любя" не звучит в фильме  "Ирония судьбы или с лёгким паром" (ОЛЛИ)

Ирония судьбы - фильм о смерти ? (Фрагмент)

Трансформация и Смерть

В бане происходит традиционная для комедии положений подмена героя, Женю отправляют в Ленинград.

Немало эзотериков считают Санкт - Петербург (Ленинград) «городом смерти».

После блокады в Великую Отечественную войну даже Ленинград и есть город смерти.

Город, названный в честь человека, чьё тело до сих пор лежит в Мавзолее в Москве, то есть, не умерло (терафим), также с полным правом можно назвать городом смерти.

И не случайно герои путаются в улицах Ленина.

Учитывая осведомлённость Петра Первого в масонских тайнах, а также символистику смерти, которой полон город, примем это как рабочую версию.

В таком случае, героиня Барбары Брыльской – сама Смерть. Нонсенс?

Вполне возможно, что версия надуманна.

Но обратите внимание на великолепные песни, которые, тем не менее, грустные.

Даже слишком для новогодней картины.

Например, «Я спросил у ясеня…»

Ясень – дерево непростое, некоторые авторы считают, что именно ясень соединяет царство живых и мёртвых.

«Была тебе любимая – стала мне жена». Тоже интересная строчка.

Больше похожа на плач героя из царства Аида, чем на размышления живого персонажа.

Не менее занимательны партии героини Брыльской - Надежды.

Например, о зеркале. В новогоднюю ночь многие пытаются гадать на зеркале.

Но, если героиня Брыльской – сама Смерть, суть песни совсем  другом:

Смерть смотрит в зеркало (в наш мир, в мир живых), отпуская жертву «на все четыре стороны».

Следовательно, время герою умирать ещё не пришло, и Смерть ничего не может с этим поделать, хотя имеются и вОроны, и, повторюсь, море - корабли.

Обратите внимание, что имя героини – Надежда.

Если это Смерть, следовательно, герой, сбежав от тягот жизни (или от тяжких мыслей), рвётся покончить жизнь самоубийством.

Иначе откуда бы взялись вороны, корабли и прочая символика в песне о зеркале?

«Мне кажется, что вы больны не мной…» не менее заунывна.

Смерть – Надежда

Песня «На Тихорецкую» буквально напичкана потусторонними символами: поезд (переезд), Тихорецкая (покой, река Лета), матрос (Харон?), «платочки белые – глаза ПЕЧАЛЬНЫЕ».

Белое – печальное, также  символы смерти - трансформации.

Далее сюжет развивается по схеме «но как вы спелись!» а древнегреческий подтекст недвусмысленно указывает и герой с именем Ипполит.

Если домыслить, что Ипполит – символ коня чёрного, смерть от тоски, картина сама по себе похожа на ритуальную.

Особенно после того, как в финале мама Лукашина видит его и новую возлюбленную, замечает, как они похожи.

Милая, смешная и наивная, отлично разыгранная история исчезает.

На самом деле, фильм о тяжкой безысходности интеллигента, ввергнутого в глубочайшую депрессию Системой.

Он сначала ищет утешения в любви, в работе, затем в друзьях, в бане, в тихих семейных или телесных радостях.

Он бы и хотел уйти от тоски, но – не может. До такой степени, что выбирает Смерть, стремится к ней.

И – не получает желаемого. Точнее, получает, но не совсем.

Перед нами трагедия умного и хорошего человека, который не вписывается в Систему со своим творчеством и не может «как все».

Это не жизнь. Доведя комедию положений до абсурда, Рязанов довёл до абсурда и тренд Системы на унификацию всего и вся.

Случайность подтекста

Несомненно, Эльдар Рязанов не задумывал фильм именно так. Мешанина символов и мотивов говорит в пользу этой версии.

Но, видимо, тяжкие переживания режиссёра не могли не отобразиться в картине.

Возможно, позже режиссер осознал, почувствовал, ЧТО именно снял, поэтому не пришёл в восторг от идеи снять сиквел.

                                                                                                                                      Ирония судьбы - фильм о смерти? (отрывок)
                                                                                                                                                     Автор: Лилия Брудницкая

( кадр из фильма «Ирония судьбы, или С лёгким паром!» 1975 )

Это интересно?

0

65

И светила луна. И страдала Медея. ( © )

Уже не можешь без этого голоса?
думал так – что с раза будет?
Собираешь с подушки её волосы…
Она рано - под утро уходит.

Пытаешься случайно встретиться,
А она кошкой зло шутит.
Имя её на языке вертится…
Ну да, что с раза то будет?

Она такая бывает милая,
Почти твоя уже, домашняя.
Потом неделю немой могилой,
Клянёт даты вчерашние.

А ты ждёшь уже, когда она вспомнит,
или кошкой придёт ластИться.
Тянет к себе она как магнит….
Только  бы тебе не влюбится…

                                                             Уже не можешь без этого голоса?
                                                                   Автор: Екатерина Щенникова

Театр ( Фрагмент )

Занавес опускался, а я всё стоял, очарованный сном наяву, сном, которого я никогда не видал, но всегда ждал его, жду и по сей день.

Люди кричали, толкали меня, уходили и снова возвращались, а я всё стоял.

И когда спектакль кончился, стали гасить огонь, мне стало грустно.

Не верилось, что эта жизнь прекратилась.

У меня затекли руки и ноги. Помню, что я шатался, когда вышел на улицу.

Я понял, что театр – это несравнимо интереснее балагана Яшки Мамонова.

Было странно видеть, что на улице день и бронзовый Державин освещён заходящим солнцем.

Я снова воротился в театр и купил билет на вечернее представление.

Вечером давали «Медею».

Её играла Пальчикова, Язона Стрельский.

У меня было удобное место. Я мог сидеть облокотясь о барьер.

Снова, не отрывая глаз, я смотрел на сцену, где светила взятая с неба луна, страдала Медея, убегая с детьми, метался красавец Язон.

Я смотрел на всё это буквально разинув рот.

И вдруг, уже в антракте, заметил, что у меня текут изо рта слюни. Это очень смутило меня.

Я осторожно поглядел на соседей – видели они? Кажется, не видали.

– Надо закрывать рот, – сказал я себе.

Но когда занавес снова поднялся, губы против воли моей опять распустились. Тогда я прикрыл рот рукою.

Театр свёл меня с ума, сделал почти невменяемым.

Возвращаясь домой по пустынным улицам, видя, точно сквозь сон, как редкие фонари подмигивают друг другу, я останавливался на тротуарах, вспоминал великолепные речи актёров и декламировал, подражая мимике и жестам каждого.

– Царица я, но – женщина и мать! – возглашал я в ночной тишине, к удивлению сонных сторожей.

Случалось, что хмурый прохожий останавливался предо мной и спрашивал:

– В чём дело?

Сконфуженный, я убегал от него, а он, глядя вслед мне, наверное, думал: пьян мальчишка!

Дома я рассказывал матери о том, что видел.

Меня мучило желание передать ей хоть малую частицу радости, наполнявшей моё сердце.

Я говорил о Медее, Язоне, Катерине из «Грозы», об удивительной красоте людей в театре, передавал их речи, но я чувствовал, что всё это не занимает мать, непонятно ей.

– Так, так, – тихонько откликалась она, думая о своём.

Мне особенно хотелось рассказать ей о любви, главном стержне, вокруг которого вращалась вся приподнятая театральная жизнь.

Но об этом говорить было почему-то неловко, да я и не в силах был рассказать об этом просто и понятно.

Я сам не понимал, почему в театре о любви говорят так красиво, возвышенно и чисто, а в Суконной слободе любовь – грязное, похабное дело, возбуждающее злые насмешки?

На сцене любовь вызывает подвиги, а на нашей улице мордобой.

Что же – есть две любви? Одна считается высшим счастьем жизни, а другая – распутством и грехом?

Разумеется, я в это время не очень задумывался над этим противоречием, но, конечно, я не мог не видеть его. Уж очень оно било меня по глазам и по душе.

При всём желании открыть для матери мир, очаровавший меня, я не мог сделать этого.

И, наконец, я сам не понимал простейшего: почему – Язон, а не Яков, Медея, а не Марья? Где творится всё это, кто эти люди? Что такое «золотое руно», Колхида?

– Так, так, – говорила мать. – А всё - таки не надо бы тебе по театрам ходить. Опять отобьёшься от работы. Отец и то всё говорит, что ты ничего не делаешь. Я тебя, конечно, прикрываю, а ведь правда, что бездельник ты!

Я действительно ничего не делал и учился плохо.

Когда я спрашивал отца, можно ли идти в театр, он не пускал меня. Он говорил:

– В дворники надо идти, Скважина, в дворники, а не в театр! Дворником надо быть, и будет у тебя кусок хлеба, скотина! А что в театре хорошего? Ты вот не захотел мастеровым быть и сгниёшь в тюрьме. Мастеровые вон как живут: сыты, одеты, обуты…

Я видел мастеровых по большей части оборванными, босыми, полуголодными и пьяными и не верил отцу.

– Ведь я же работаю, переписываю бумаги, – говорил я. – Уж сколько написал!

Он грозил мне:

– Кончишь учиться, я тебя впрягу в дело! Так и знай, лоботряс!

                          — из мемуаров оперного и камерного певца Фёдора Ивановича Шаляпина - «Правдивая история моей жизни»

( кадр из фильма «Шаляпин» 2023 )

Это интересно?

0

66

Шутка такая (©)

Н. Турбиной

На свободу, на воздух,
Сквозь забвения лес
Звал всю жизнь тебя к Звёздам
Этот голос с небес.

После славы забвенье
Первый враг из врагов.
Зря ты резала вены –
Смерти нет у стихов.

Было время – любили,
А теперь ты изгой.
Годы зло пошутили,
Посмеясь над тобой
.

Время датами вертит
И метёт как метла.
Есть иллюзия смерти.
Ты – живей, чем была.

Нет ни рая, ни ада
И врага, что  поверг.
Лишь поэт может падать
Не на Землю, а вверх.

Не в забвенье, не в небыль,
И, конечно, не вниз  -
Ты возносишься в небо,
Где продолжится жизнь.

                                               Было время - любили, а теперь ты изгой
                                                                  Автор: С. Захаров

Сон первый. Света Кривцова, 22 года, С. -Петербург ( Фрагмент )

.. идти по городу, по улице — страшно.

Наркоманы всего боятся.

Если на улице какой - нибудь человек случайно подойдёт к наркоману, попросит, допустим, прикурить, тот вспотеет от ужаса.

А уж при виде милиционера… Да многих наркоманов можно сразу узнать: вертит головой во все стороны…

От этого, от страха, и совершаются часто немыслимые жестокости.

У нас одного заподозрили, что он ментам стучит, и «опустили».

Ну это самое страшное наказание у уголовников — сделать мужика «петухом», то есть изнасиловать.

А они все, почти все мои последние знакомые, были уголовниками чистыми, по два - три раза в зону «сходили».

Не знаю точно, доказали или нет, что заподозренный и вправду стучит, но заманили его на хату, оглушили и начали насиловать.

При мне.

Меня тошнит, кричу:

«Отпустите меня, я смотреть не могу!» — а мне сказали: «Сиди!» Попробуй ослушайся.

Сидела. Смотрела.

А у того парня, которого «опускали», была девчонка, он вместе с ней пришёл.

Так она убежала от ужаса на кухню и открыла газ. Я её потом откачивала.

А ещё самое страшное, что со всеми случается, — это когда глюки находят, то есть галлюцинации, крыша начинает съезжать, то есть с ума сходишь.

Часто специально делают, чтобы крыша поехала.

Допустим, укололся он, впал в кайф, а тут телефон звонит.

Он снимает трубку и слышит: «Это я, твоя смерть!» 

Шутка такая.

А у него уже крыша поехала, всюду чудится смерть.

Или одного парня у нас запугали, что вот - вот менты придут, он и простоял неподвижно восемь часов у дверного глазка, пока не свалился.

Ну а третий сам с ума сошёл.

Всё ему мерещилось, что он заболел какой-то страшной болезнью, раздевался, подходил к зеркалу, нас подзывал и говорил:

«Посмотрите, насквозь же видно, вот она, болезнь!»

Мы его жалели, три дня не давали колоться, чтобы очнулся. Но он так и не очухался, увезли в психушку.

У меня, конечно, тоже крыша ехала, не раз.

Один раз инопланетянин приходил.

Открываю глаза, а он стоит и смотрит, белый.

И осторожно так прикасается к колену, у меня колено из-под одеяла высовывалось.

Я сразу и отключилась. Очнулась, всё помню, смотрю на колено, а оно красное…

                                                                           - из книги Сергея Баймухаметова - «Сны золотые. Исповеди наркоманов»

Это интересно?

0

67

Извлекая звуки или Так каждый в чём - то ... археолог

По глубже если каждого "копнуть",
Во всех из нас проснётся археолог.
Кто хочет золота найти чуть - чуть!
Об этом бредит он ещё с пелёнок!
Кто рыщет в поисках корня  Жень - Шень,
Желая на всю жизнь "омолодиться".
Но, как бы  не храбрился "старый пень",
Настанет время и ему остепениться!
А кто-то ищет "рай" свой в шалаше,
Чтоб с милым ночь побыть наедине.
Но, утром станет грустно девичьей душе...
Рассвет напомнит о грядущем дне !!!
Мужчина ночью, вынырнул из-за угла,
Скачками, быстро, к дому побежал!
Адамова одежда лишь на нём была!
Он в чужой женщине "изюминку" искал!!!

                                                                                         Археолог
                                                                               Автор: Виктор Чашин

Встреча с сельским подпольем ( Фрагмент )

Осенью 1977 года меня срочно вызвали в дирекцию Института истории АН МССР.

Необходимо было в сжатые сроки раскопать одиночный курган в Центральной Молдавии.

Находился он у села Бурсучены, в стороне от современного шоссе Кишинев – Бельцы, с которым село соединялось лишь разбитой грунтовой дорогой.

Весной и осенью дорогу размывало, и на этот период Бурсучены оказывались отрезанными от «большой земли».

По этой причине здесь сохранилась своя традиционная жизнь, далёкая от ценностей социализма и скрытая от посторонних глаз.

Так продолжалось десятилетиями, пока в середине 70-х годов не решили провести сюда асфальт.

Составили проект, выделили деньги, в том числе и на курган, стоявший прямо на пути строящейся трассы.

Но, как это часто бывало, об археологах забыли и вспомнили только тогда, когда полотно дороги подошло вплотную к курганной насыпи.

Деньги на его исследование были заложены небольшие, поэтому на раскопки отправили меня – самого молодого в те годы археолога в Академии наук Молдавии.

Этот довольно крупный курган, стоявший на возвышенности на окраине села, оказался буквально заполнен древними погребениями.

Стоило снять с помощью бульдозера лишь небольшой слой насыпи, как в очередной раз появлялось перегнившее дерево, обмазанное белой глиной, – верный признак древнего захоронения.

Мало того, возле него находилось забытое средневековое кладбище, частично снесённое строителями.

Поэтому в отвалах вдоль строящейся дороги и возле кургана валялось множество человеческих костей, которые никто не убирал.

Рабочих это нисколько не смущало, но, как я понял позднее, такое циничное отношение к останкам вызвало скрытое недовольство местных жителей.

Приезд в глухое село группы молодых бородатых мужчин не остался незамеченным.

Когда мы подъехали к правлению колхоза, нас сразу же окружила толпа чумазых детей, которые смотрели на нас с любопытством посетителей зоопарка.

Было понятно, что таких людей они в своей жизни ещё не видели.

Да и мы со многими явлениями сельской жизни столкнулись впервые.

Среди молдавского населения Бурсучен было много цыган, которые не работали, но вполне сносно жили за счёт игры на многочисленных свадьбах.

Однажды, отлучившись по делам с раскопок, увидел по возвращению лишь экспедиционную машину на кургане.

Из закрытого тентом кузова раздавалась изумительной красоты игра на скрипке.

Народная мелодия вырывалась из машины и улетала в небо, обволакивая окружающие холмы и виноградники романтическим и любовным настроением.

Поистине местные цыгане были замечательными музыкантами, достойными самых престижных концертных залов.

Оказалось, что они вернулись с очередной свадьбы и, закупив дорогого шампанского, приехали к нам в гости.

Работа была приостановлена, но я нисколько об этом не пожалел, слушая на вершине древней насыпи рыдания и восторг старой скрипки…

                                                                               -- из книги Евгения Ярового - «Из жизни археолога. Байки, заметки, размышления»

Это интересно?

0

68

Эскортницы и ещё раз "Эскортницы"

Убежать от судьбы я мечтала,
Шла за мною она по пятам,
Моё сердце в груди не пылало,
Не стремилось к сожжённым мостам.

Мне хотелось чего-то земного,
С серебристою россыпью звёзд,
Если счастья, пожалуй, немного,
И судьбой незатронутый мост.

По нему я пройду от начала,
Этот путь называется жизнь,
В ней себя никогда не теряла,
И внушала всегда не влюбись.

Но однажды любовь за летела,
В мою настежь, раскрытую дверь,
И судьба прошептала несмело,
В этот раз постарайся, поверь.

Та любовь не была постоянной,
Свои чувства дарила другим,
А моя судьба, как ни странно,
Постоянством гордилась своим.

Наконец всё само разрешилось,
Надоела судьбе моей боль,
Навсегда она в стенах закрылась,
Не узнав, что такое любовь.

                                                               Убежать от судьбы
                                                               Автор: София Шенец

! Звучат нецензурные выражения !

Тайны СССР Гл. 1 ч. 3 - 1 (Фрагмент)

Официальная версия событий на основе свидетельства Г. И. Семёнова

Организацию покушения на Володарского взяла на себя боевая группа эсеров под руководством Григория Семёнова.

Он отклонил все варианты, связанные с осуществлением теракта возле правительственных учреждений - у "Астории" и возле Смольного, где вероятность успеха была крайне мала.

Семёнов лично вручил бывшему рабочему - маляру, а теперь члену террористической группы боевику Сергееву браунинг и несколько гранат.

Накануне он начинил пули отравляющим ядом кураре. (Чувствуется рука мастера!!!! Без кураре ну никак было не обойтись - автор).

По решению Семёнова устранить Володарского должен был только рабочий.

Сергеев, как никто другой, подходил для исполнения воли ЦК ПСР / Партия социалистов - революционеров /.

С начала июня Володарский зачастил на Обуховский завод.

Об этом Семёнову сразу же доложила его служба наружного наблюдения.

Поездки комиссара по печати на крупнейшее предприятие были вызваны начавшимися выборами в Петроградский Совет.

Чуть ли не каждый день автомобиль Володарского видели у проходной Обуховки.

20 июня 1918 года около четырёх часов дня он на автомобиле "Бенц" N 2628 собрался ехать на Обуховку на очередной митинг.

Однако сначала Володарский поехал в редакцию "Красной газеты" на Галерную улицу, а потом на обед в Смольный.

Потом заскочил в трамвайный парк на Васильевском острове и в Василеостровский районный Совет.

Затем ему пришлось срочно вернуться в Смольный - там Володарский узнал, что на товарной станции Николаевского вокзала чрезвычайно опасная ситуация.

Возник стихийный митинг, рабочие взбунтовались, требуют изгнания большевиков из Советов.

Моисей Маркович поехал на Николаевский вокзал, но митингующие говорить ему не дали, требуя приезда председателя Петроградского Совета Зиновьева.

С трудом выбравшись из разъярённой толпы, Володарский поехал в Смольный с намерением срочно разыскать Г.Е. Зиновьева.

Однако выяснилось, что тот находится на митинге на Обуховском заводе.

Володарский срочно направился туда, но недалеко от завода его автомобиль внезапно остановился.

Выяснилось, что из-за непредвиденных поездок кончился бензин.

По роковому стечению обстоятельств это произошло всего в 100 - 150 метрах от места, где уже в течение пяти часов находился в ожидании Володарского террорист Сергеев.

Когда часы показали семь вечера, уставший ждать Сергеев понял, что комиссар по каким-то причинам отменил поездку на завод.

Он уже хотел возвращаться домой, когда показался автомобиль Володарского и вдруг заглох в ста метрах от террориста, изумлённо застывшего за часовней, у дома номер 13 в Прямом переулке.

Помедлив какое-то мгновение, террорист решительно вышел из тени и направился к автомобилю.

Шофёр Г.П. Юргенс стоял к нему спиной, копаясь в моторе, и не мог видеть незнакомца.

Его заметил Володарский и нетерпеливо сделал несколько шагов навстречу.

Хотел, наверное, спросить, есть ли поблизости учреждение, откуда можно было бы позвонить по телефону.

Едва Володарский открыл рот, как незнакомец быстро сунул руку в карман пиджака и выхватил браунинг с заранее взведённым курком.

Грохнул выстрел, затем ещё один выстрел, ещё...

Наверное, Сергеев сильно волновался, а может, сказалось долгое ожидание, но все пули, начиненные ядом кураре, прошли мимо цели.

Володарский, бросив портфель, засунул руку в карман, чтобы достать револьвер.

Ему удалось выхватить свой пистолет, но произвести выстрел он не успел.

Террорист оказался проворнее. Приблизившись к комиссару, он всадил ему в грудь все оставшиеся в обойме пули.

Володарский сделал шаг в сторону застывшего у автомобиля водителя и как подкошённый упал на землю.

Несколько случайных прохожих бросились вдогонку за террористом. Однако их быстро остудила граната, брошенная убегавшим.

Примерно через три минуты Володарский был уже мёртв.

Минут через пять подъехала автомашина с Зиновьевым, возвращавшимся с митинга на Обуховском заводе.

Из его машины взяли немного бензина, повезли Володарского в больницу, но было уже слишком поздно.

                                                                                                                                               Тайны СССР Гл. 1 ч. 3-1 (отрывок)
                                                                                                                                                        Автор: Владимир Бровко

Это интересно?

0

69

Мы расстанемся на лето

Мы расстаёмся с тобою на лето.
Кто знает, может, любовь пройдёт?
А может, в сердце она воспрянет
И сладкой песенкой нам запоёт?

Мы расстаёмся с тобою на лето,
Но - умоляю - не надо слов.
Я ненавижу, презираю прощаться!
Будто хоронишь свою любовь.

Мы расстаёмся. Увидимся, может,
А так, по плану, нескоро ещё!
Мне даже кажется: словно вечность
Я без тебя буду. Боже мой!

Кто знает, может быть, наша встреча
Была последней и роковой.
Быть может, я подыщу другого,
А, может, будешь и ты с другой?!

Мы расстаёмся с тобой на лето.
Но, как бы ни было, не прощай!
До свиданья! - скажи чуть слышно,
Но только больше не обещай.

                                                                     Мы расстаёмся с тобой на лето
                                                                                      Автор: July

Татьяна Анциферова - Лето без тебя. (1975, музыка и слова Виктора Резникова)

Месть. Марина и Юрочка ( Фрагмент)

Как живётся вам с другою,
Проще ведь? – Удар весла!
Линией береговою
Скоро ль память отошла
Обо мне, плавучем острове…

Я вспоминал эти строки Марины Цветаевой в тот исчезнувший во времени вечер, когда шёл к нему.

В те дни в журнале «Новый мир» была напечатана «Повесть о Сонечке», и телефоны в Москве были буквально раскалены.

Интеллигентные люди, которые тогда имели привычку читать «Новый мир», звонили друг другу…

Помню, как я читал повесть – пугающее извержение любви, казавшееся столь странным в семидесятых – в пуританское, «торжественно - глухое» время.

И всё вспоминал, как в чьих-то мемуарах прочёл забавное:

Марина (тогда ещё для всех – Марина, ей шестнадцать) лежит в Коктебеле на раскалённом пляже.

Там часто находили сердолики с тайным розово - голубым огнём…

И Марина кокетливо говорит поэту Волошину:

– Я полюблю того, кто принесёт мне самый прекрасный камень.
– О нет, всё будет иначе, девочка, – печально отвечает Волошин. – Ты сначала его полюбишь, потом он принесёт тебе булыжник, вложит в руку, и ты скажешь:
«Какой прекрасный камень!»

Это и стало странным эпиграфом к жизни Марины.

Её любовь пугала. Мужчины боятся чрезмерности любви.

Она заблудилась в нашем опасном и скучном столетии.

В «Повести о Сонечке» есть очаровательная фраза – как хорошо было жить в XVIII веке, когда женщины думали не об идеях – о поцелуях.

И восхитительное описание плача женщины, плача – священного обряда: глаза - виноградины, блестят слезами, они излучают такой жар, что слёзы эти не успевают вылиться из глаз.

Сила страсти столь пламенна, что слёзы иссыхают уже там – в глазах - виноградинах…

И, исчерпав все возможности описать этот плач, Марина заключает: она плакала по-моцартовски.

Божественность Плача Женщины… Божественность Женщины… «Повесть о Сонечке» – мечта о Галантном веке:

Плащ Казановы, плащ Лозэна,
Антуанетты домино…

                                                                                             Истории про любовь. Рассказ "Месть. Марина и Юрочка" (отрывок)
                                                                                                                            Автор: Эдвард Радзинский

Это интересно?

0

70

Ходил крестьянин за конями

Ходят кони над рекою,
Ищут кони водопою,
А к речке не идут -
Больно берег крут...

Ни ложбиночки пологой,
Ни тропиночки убогой.
А как же коням быть?
Кони хочут пить...

Вот и прыгнул конь буланый
С этой кручи окаянной.
А синяя река –
Больно глубока.

                                               «Ходят кони» (отрывок)
                                                      Автор:  Юлия Ким

Постыдная фамилия

Его фамилия происходит от стыдного слова «распута».

Трогательные попытки исследователей Распутина образовать его фамилию от «распутицы» или «распутья» особого доверия не вызывают.

«Распутин… происходит от нарицательного «распута» – безнравственный, непутёвый» (В. Никонов, «Словарь русских фамилий»).

«Распута» – беспутный, непутёвый, распутный человек. Иногда служило мужским личным именем.

При Иване Грозном на Белом озере жил крестьянин Василий Кирьянов, давший своим сыновьям имена «Распута и Беспута» (Ю. Федосюк, «Русские фамилии»)

Это весьма сомнительное для «святого человека» значение фамилии и станет причиной того, что царь попытается её поменять.

Рос он невзрачным, тщедушным юношей, но уже тогда завораживал странным гипнотическим взглядом.

И была в нём какая-то нежная мечтательность, вызывавшая насмешки грубых сверстников и притягивавшая девушек (по показаниям односельчан, его не раз заставали с молодыми девками и не раз били).

Собирая по крохам биографию молодого Распутина, я нашёл в газете «Новое время» за 1912 год статью известного журналиста М. Меньшикова о своей беседе с Распутиным.

В ней – воистину поэтический рассказ самого «старца» о своём отрочестве:

«В 15 лет в моём селе, когда солнышко сильно грело и птицы пели райские песни… мечтал я о Боге… Душа моя рвалась вдаль… я плакал и сам не знал, откуда слёзы и зачем они…

Так прошла моя юность… в каком-то созерцании, в каком-то сне. И потом, когда жизнь коснулась меня… я бежал куда - нибудь в угол и тайно молился»…

Из дневника хозяйки знаменитого петербургского салона, генеральши Богданович:

«26 февраля 1912. Обедал с нами Меньшиков… сказал, что видел Распутина… что он верующий, искренний и прочее».

«Радость страдания» ( Фрагмент )

В бумагах Чрезвычайной комиссии есть показания односельчан Распутина о его греховной юности:

«Отец посылает его… за сеном и хлебом в Тюмень, вёрст за 80, а возвращается он пешком, идёт эти 80 вёрст без денег, и побитый, и пьяный, и порой без лошадей».

В этом невзрачном молодом крестьянине жила опасная сила, находившая выход в пьянстве и драках.

Тесно ему было от этой звериной силушки, как от тяжкого бремени…

«Неудовлетворён я был, – рассказывал Распутин Меньшикову, – на многое ответа не находил и начал я попивать».

Пьянство было нормой крестьянской жизни.

Пил отец, таким же становился и сам Григорий.

Теперь всё чаще нежная мечтательность, за которую звали его презрительно «Гришкой - дураком», сменялась страшным буйством.

И уже другой односельчанин описывает «Гришку буйного, наглого, с разгульной натурой», который «дрался не только с посторонними, но и с родителем».

«А всё - таки в сердце помышлял… как люди спасаются», – рассказывал Распутин в своём «Житии».

И это, видимо, было правдой. Тупая жизнь односельчан – крестьянский труд от зари до зари, прерываемый пьянством, – какая это жизнь…

Тогда что же такое жизнь? Он не знает. И продолжается пьянство.

Денег на загулы не хватало, начались опасные дела… Его односельчанин Картавцев показывал на допросе:

«Я поймал Григория на краже у меня остожья… Разрубив остожье, он сложил всё на телегу и хотел увезти. Но я поймал его и хотел заставить везти краденое в волость… Он хотел бежать и желал было ударить меня топором. Но я в свою очередь ударил его колом и так сильно, что у него из носа и рта потекла кровь ручьём…

Сначала я думал, что убил его, но он стал шевелиться. И я повёз его в волостное правление. Он не хотел идти… но я ударил его несколько раз кулаком по лицу, после чего он сам пошёл в волость… После побоев сделался он каким-то странным и глуповатым».

«Ударил колом… потекла кровь ручьём», драки кровавые, беспощадные – в Сибири привычное дело.

Распутин был телосложения отнюдь не богатырского, но, как мы увидим далее, обладал необыкновенной физической силой.

Так что побои пожилого односельчанина вряд ли произвели на него особое впечатление. Недаром, как описывает Картавцев, он тотчас продолжил воровские дела:

«Вскоре после кражи жердей у меня с выгона была похищена пара лошадей… Лошадей караулил я сам и видел, что к ним подъезжал Распутин со своими товарищами… но я не придал этому значения… Через несколько часов после этого я обнаружил пропажу лошадей».

Лихие товарищи уехали в город продавать лошадей. Распутин же, по словам Картавцева, почему-то не поехал с ними, вернулся домой.

Что-то и вправду произошло с Григорием во время побоев. И объяснением Картавцева – «сделался он каким-то странным и глуповатым» – тут не обойтись.

Не смог понять простоватый мужичок тёмной, сложной натуры Распутина.

Видно, когда удар колом грозил погубить его, когда кровь залила лицо, Григорий испытал нечто…

Избитый юноша ощутил в своей душе странную радость, то, что сам он потом назовёт «радостью смирения, радостью страдания, поношения»…

«Поношение – душе радость», – объяснял он через много лет Жуковской.

Вот почему так покорно пошёл Гришка на расправу в волостное правление. И потому после второй кражи не поехал в город продавать лошадей.

Может быть, с этого момента начинается его преображение. И односельчане, судя по всему, почувствовали перемену.

Недаром после кражи лошадей, когда решался вопрос о высылке Распутина и его товарищей за порочное поведение в Восточную Сибирь, «по приговору общества выслали товарищей, а он уцелел»…

                                                                                                         -- из книги Эдварда Радзинского -  «Распутин. Жизнь и смерть»

Это интересно?

0

71

Вот билет на балет. На трамвай билета нет. ( © )

Мы ходили на балет,
Что там видели... Буфет...
Простояли до звонка.
Ой, а очередь не та!
В дверь направо - туалет...
Где тут ложа? Ложи - нет.
Пока бегали толпой,
Перерыв настал другой.
И по новой ждал буфет,
Из буфета в туалет...
Но успели до звонка...
Что же видим... Вот так, да!
В яме лысый дирижёр,
Наглый, словно, прокурор
Тычет палкой, машет ей...
- Эй, товарищ, не наглей!
В бубен бьют, труба трубит,
Видно действо предстоит.
Принц в лосинах, прыг да скок,
Бедный, выдержать, как смог,
То шпагат, то па-де-де...
Чувствую, что быть беде...
Вот толпа девиц плывёт,
Пыль столбом с собой несёт...
Прыг да скок и прыг да прыг...
Принц-то к этому привык.

                                                   Балет или культурное мероприятие (отрывок)
                                                                       Автор: Дёмина Наталья

«Катарина, или Дочь разбойника»: балет со сцены Красноярского театра оперы и балета в кино

В машине нас трое. Я – за рулём.

На заднем сиденье – два московских гостя, мои старые и добрые знакомые, весьма известные и авторитетные в своих кругах искусствоведы.

Отъехали от Московского вокзала.

По старой, уже укоренившейся привычке, москвичи затеяли между собой лёгкую шутливую пикировку на извечную тему противостояния Москвы и Петербурга.

В этот раз предметом шуток стало полное, по их мнению, стирание разницы в культурном уровне жителей двух столиц.

Начатая друзьями дискуссия была, явно, адресована мне и приглашала к участию в обсуждении этой злободневной, на их взгляд, темы.

Я молча улыбался, изредка поглядывая на них в зеркало заднего вида.

У меня повода для спора не было.

Мериться всем, включая культурный уровень, - черта москвичей. Нам же, петербуржцам, и так всё ясно.

Свернули с Невского.

Улицы сужены припаркованными автомобилями.

Едем медленно. Пешеходов мало.

Замечаю на тротуаре стройную молодую женщину, уже занёсшую ногу над пешеходным переходом и вопросительно поглядывающую в нашу сторону:   

пропустит - не пропустит.

Останавливаю машину и, слегка наклонившись вперёд, делаю широкий жест рукой: прошу!

Женщина кивнула и легко шагнула на «зебру».

Поравнявшись с автомобилем, она остановилась, повернулась к нам лицом, сделала грациозный сценический реверанс и летящей походкой побежала дальше.

В интерьерах улицы Зодчего Росси сцена выглядела потрясающе.

Я склонил голову в полупоклоне, проводил петербургскую фею взглядом и тронул машину.

В салоне какое-то время царила мёртвая тишина, которую нарушил восторженный выдох доктора искусствоведения:

- Ну ни х… себе…!!!

Его коллега контуженно молчал.

Я с трудом сдержался, чтобы не показать переполнявших меня восторженных чувств.

И вместо этого неопределённо пожал плечами и сделал вид, что, дескать, обычное дело… Петербург…

До пункта назначения ехали в полной тишине.

Начатую дискуссию московские гости не продолжали. Тема была исчерпана.

Я не стал говорить моим пассажирам, что пешеходный переход был у здания Академии Русского балета имени Вагановой.

Ну,… просто не стал… Не захотел.

                                                                                                                                                                                        Пешеходный переход
                                                                                                                                                                                      Автор: Виктор Федотов

( Балерина Тамара Туманова )

Это интересно?

0

72

Мудрый человек говорит: - «Садись назад»

Не могу сидеть на месте - тянет в дальние края.
Посмотреть хочу, представьте, на бескрайние поля.

                                                                                         -- Автор: Домосед. Стихотворение "Автостоп" (Цитата)

Это был УАЗ - «буханка» (знаете, такой «микроавтобус - внедорожник»).

На передних сиденьях – два здоровенных мужика.

Прям здоровенных. Сидят такие задумчивые. Небритые. Руки по локоть в каком-то мазуте.

Я начал было объяснять, кто я и куда, но тот, что был пассажиром, как-то сразу меня оборвал и холодно буркнул:

«Садись назад».

Стоит ли объяснять, что один только вид этих угрюмых людей навевал тревогу.

Ну, а в салоне их уазика мой мандраж только усилился.

Хотя ту ржавую будку и салоном-то не назовёшь.

В ней не было ничего, кроме одного старого кресла и груды металлолома на полу.

Окон тоже не было, поэтому внутри царил полумрак, лишь немного света попадало с лобового стекла.

В такой неуютной обстановке мы проехали около километра. Все молчали.

Едва село Кожевниково скрылось из вида, как вдруг мужики резко свернули с главной дороги на какую-то примыкающую просеку (вокруг сибирский лес).

Что? Куда? Зачем???

Никаких комментариев с их стороны.

Углубившись в лес метров на 30, водитель остановился, заглушил двигатель и скомандовал пассажиру:

– Давай, Серёга. Только по-быстрому.

И вот этот здоровенный небритый мужик по имени Серёга вышел из машины, открыл дверь салона и пристально на меня посмотрел…

Сами можете представить, что я пережил в те секунды. Страхом это даже не назовёшь.

Животный ужас, от которого каждая клеточка организма приняла боевую готовность.

Я бросил взгляд на кучу железа на полу и в панике начал искать взглядом какую - нибудь металлическую трубу или что-то типа того.

И слава небесам, что я ничего не нашёл, не схватил и не закричал:

«Не подходи, с*ка!».

Потому что Серёга этот просто кинул на пол салона свою кофту, захлопнул дверь и пошёл к ближайшему дереву, чтобы (я прошу прощения) справить малую нужду…

Блин! Они что, только ради этого в лес свернули? Всего-то?!

Когда выезжали обратно на дорогу, Серёга этот развернулся на своём сиденье всем корпусом ко мне, расплылся в широченной улыбке и добро так:

– Ну, давай! Рассказывай!

В общем, мужиком он оказался весёлым, просто описанная выше причина мешала ему быть чуть - чуть поулыбчивее в первые минуты знакомства.

И это был урок номер два: первое впечатление ошибочно. У страха глаза велики.

Встречают по одёжке…

В общем, народные пословицы давно уже всё сформулировали, мне оставалось всего лишь убеждаться в их мудрости.

                                        Побег из Курятника: #1. Автостопом Реальные истории из путешествий автостопом по России (отрывок)
                                                                                              Автор: Азиз Кенжебаевич Ахмедов

Это интересно?

0

73

Это не водка. Это коктейли. Это другое.

— Ну что, уволила вас старуха?
— Она не старуха!

                                         -- Персонажи: секретарь Верочка; сотрудник Новосельцев. Х/Ф «Служебный роман» 1977 (Цитата)

Старики управляют миром,
Суетятся, как злые мыши,
Им по справке, выданной МИДом,
От семидесяти и выше.

Откружили в боях и в вальсах,
Отмолили годам продленье,
И в сведённых подагрой пальцах
Держат крепко бразды правленья.

По утрам их терзает кашель,
И поводят глазами шало
Над тарелками с манной кашей
Президенты Земного Шара!

Старики управляют миром,
Где обличья подобны маскам,
Пахнут вёсны — яичным мылом,
Пахнут зимы — камфарным маслом.

                                                                    Неоконченая песня (отрывок)
                                                                          Автор: Александр Галич

Глава V ( Фрагмент)

В педагогике есть положение, что для детей, не способных ещё к отвлечённым понятиям, воспитатель составляет олицетворение нравственного закона, и потому необходимо доверие ребенка к воспитателю.

Но обязанность воспитателя, — продолжает потом педагогика, — состоит в том, чтобы как можно скорее сделать себя ненужным для ребёнка, приучивши его понимать нравственный закон в его истинной сущности, независимо от авторитета воспитателя.

Этого последнего правила боятся, как пожара и разбоя, все обитатели, «тёмного царства», и все стараются действовать совершенно в противоположном духе.

«Слушай старика, — старик дурно не посоветует,» — говорит даже лучший из них — Русаков, и тоже не признаёт прав образования, которое научает человека самого, без чужих советов, различать, что хорошо и что дурно.

От этого и выходит, что чувство законности только и выражается в чувстве послушания да терпения, а всё остальное делается чисто невозможным для обитателя «тёмного царства», пока он сам нe сделается самодуром.

Тишка метёт полы в доме Большова, бегает за водкой Подхалюзину и крадёт целковые у хозяина, — и всё это для него совершенно законно…

За водкой посылают его старшие, а старших надо слушаться: тут уж резон прямой.

Воровать ему не велят; но всё равно — воровство тоже освящено старшими: сколько раз приказчики при нём хвалились ловкой штукой, сколько раз приказывали ему молчать об их мошенничестве пред хозяином, сколько раз сам хозяин давал приказчикам наставления, как надувать покупателей!..

Всё это не пропало даром для бойкого мальчика — и вот откуда все мерзости, безмятежно уживающиеся в нём с глубочайшим чувством законности…

Этим-то средством он и выбивается из ничтожества, в котором находился, и начинает сам дурить, совершенно с спокойною совестью, считая и самодурство точно так же законным, как и прежнее своё унижение.

Но, разумеется, выбиваются наверх не все, и даже очень немногие: для этого надо иметь довольно крепкую натуру и потом сверхъестественным образом выворотить её.

Надо заглушить в себе все симпатичные чувства, притупить свою мысль, кроме того, — связать себя на несколько лет по рукам и ногам, и при всём этом уметь — и пожертвовать при случае своим самолюбием и личными выгодами, и тонко обделать дельце, и ловкое коленце выкинуть…

На это мастеров не очень много…

Охотников, правда, бесчисленное множество, да не у всякого есть такая выдержка, какая; напр., была у Павла Ивановича Чичикова — а без выдержки тут ничего не добьёшься…

Потому-то большая часть людей, попавших под влияние самодура, предпочитает просто терпеть с тупою надеждою, что авось как - нибудь обстоятельства переменятся…

Внутренней силы, которая бы возбуждала их к противодействию злу, в них нет, да и не может быть.

Потому что они не имели возможности даже узнать хорошенько, в чём зло и в чем добро…

Оттого-то именно в них нет и чувства справедливости и сознания высшего нравственного добра, а вместо этого есть только чувство законности, в её установленном и тесном смысле.

Для них поступки и явления жизни разделяются не на хорошие и дурные, а только на позволенные и недозволенные.

Что позволено, что скреплено положительным законом или хоть просто приказанием, то для них к хорошо, и наоборот.

А на что положительных приказаний нет, о том они находятся в совершенном недоумении.

Потому-то всегда и бывают так робки, и медленны шаги их при всяком новом вопросе или явлении, требующем изменения существующего порядка…

Тут мучительное беспокойство овладевает забитыми бедняками, под гнётом самодурства лишившимися всякой способности рассуждать.

Узнав, что правило, которому они следовали, отменено или само умерло, они решительно не знают, куда им обратиться и за что взяться,

— и бывают ужасно рады первому встречному, который возьмётся вести их.

Само собою разумеется, что этот встречный всего чаще бывает плутоватый самодур, и чем плутоватей он, тем гуще повалит за ним толпа «несмышлёночков», желающих прожить чужим умом и под чужой волей, хотя бы в самодурной…

-- из статьи критика и публициста Николая Александровича Добролюбова - «Темное царство», посвящённая разбору пьесы А. Н. Островского «Гроза» 1859

( кадр из фильма  «Служебный роман» 1977 )

Это интересно?

0

74

Год неистовым Роландом ( © ) 

И глянет мгла из всех болот, из всех теснин,
И засвистит весёлый кнут над пегой парою,
Ты запоёшь свою тоску, летя во тьму один,
А я одна заплачу песню старую.

Какой беде из века в век обречены,
Какой нужде мы платим дань, прощаясь с милыми?
И для чего нам эта явь такие дарит сны,
Что дивный свет над песнями унылыми?

Быть может, нам не размыкать счастливых рук,
Быть может, нам распрячь коней на веки вечные...
Но стонет север, кличет юг,
И лишь колёс прощальный стук,
И вот судьба разбита вдруг
О, вёрсты встречные!

                                                                      Муз. комп. «Разлука» (избранное)
                                                                            Автор слов: Юрий Ряшенцев

Глава 2. Ученик Гегеля. Первый год в Берлине ( Фрагмент )

Ещё до помолвки Карла Маркса отец его решил, что свои научные занятия Карл будет продолжать в Берлине:

сохранилась официальная бумага, помеченная 1 июля 1836 г., в которой Гейнрих Маркс не только разрешает, но и выражает желание, чтобы сын его Карл перешёл на ближайший семестр в Берлинский университет и слушал там начатый в Бонне курс юридических и государственных наук.

Помолвка Карла скорее укрепила, чем поколебала это решение старика Маркса:

он был человек осмотрительный, и так как свадьба отложена была надолго, то считал более благоразумным держать влюблённых подальше друг от друга.

Быть может, он выбрал Берлин из прусского патриотизма и ещё потому, что Берлинский университет не знал разгульной жизни старого студенчества, которую Карл Маркс, по мнению заботливого отца, достаточно изведал в Бонне.

«В сравнении со здешним рабочим домом другие университеты — сущие кабаки», — говорил Людвиг Фейербах.

Во всяком случае, юный студент не сам выбрал Берлин для продолжения университетских занятий.

Карл Маркс любил тот солнечный край, где родился, а прусская столица была ему противна всю жизнь.

И менее всего могла привлечь его туда философия Гегеля, которая ещё более неограниченно господствовала в Берлинском университете после смерти своего основателя, чем при его жизни; Гегель был ему совершенно чужд.

К этому присоединялась ещё разлука с любимой девушкой и дальность расстояния.

Правда, он обещал, что удовольствуется её согласием выйти за него впоследствии замуж, а пока воздержится от всяких внешних проявлений своих чувств.

Но клятвы вообще писаны на воде, а клятвы влюблённых в особенности:

Маркс рассказывал впоследствии своим детям, что в любви к их матери он был в те годы подлинно неистовым Роландом и его юный пыл не знал покоя, пока он не добился разрешения переписываться с невестой.

Однако первое письмо от неё он получил только через год после приезда в Берлин, и об этом годе мы имеем, в некоторых отношениях, более точные и подробные сведения, чем о каком бы то ни было из более ранних или более поздних годов жизни Маркса.

Сведения эти сообщил о себе сам Маркс в пространном письме, которое написал родителям 10 ноября 1837 г., чтобы «в конце прожитого здесь года дать им представление о том, как этот год был проведён».

В этом замечательном документе юноша обнаруживает уже все свойства своей зрелой поры, когда он боролся за истину до полного истощения душевных и телесных сил:

свою ненасытную жажду знания, свою неиссякаемую энергию, беспощадную самокритику и тот воинственный дух, который лишь заглушал голос сердца, когда казалось, что чувство заблуждается.

                                                                                               -- из научного  труда Франца Меринга - «Карл Маркс. История жизни»

( кадр из мини - сериала «Карл Маркс: Молодые годы» 1980 )

Это интересно?

0

75

О движениях по прямой и о движении с отклонением

Здесь мне придётся тебя, чтобы от истины ты не отвлекся,
Предостеречь от того, что иные порой измышляют.
Так говорят, что вода, уступая чешуйчатым рыбам,
Путь им во влаге даёт, ибо сзади они оставляют
Место, где могут опять сливаться отшедшие струи;
Также и прочим вещам, взаимно меняясь местами,
Двигаться можно, хотя и заполнено всюду пространство.
Но основанье таких объяснении заведомо ложно,
Ибо куда ж, наконец, в самом деле, продвинуться рыбам,
Ежели места вода им не даст? И обратно: куда же
Смогут струи отступить, если двигаться рыбы не смогут?
Так что иль надо тела лишить совершенно движенья,
Или же надо признать, что в вещах пустота существует
И что отсюда берут начало движения вещи.

                                                                                                О природе вещей. Книга I (отрывок)
                                                                                                            Автор: Тит Лукреций Кар

Докторская диссертация ( Фрагмент )

Маркс изложил в ряде блестящих исследований «различие между натурфилософией Демокрита и Эпикура».

Для Демокрита, по его толкованию, важно только материальное существование атомов;

Эпикур же выясняет и самое понятие атома, а также его материю и форму, наряду с бытием и сущность его.

В атоме он видел не только материальную основу мира явлений, но и символ обособленной личности, формальный принцип её отвлечённого самосознания.

Если из вертикального падения атомов Демокрит выводит необходимость всего сущего, то, по Эпикуру, атомы несколько отклоняются от прямой линии падения, ибо иначе где же будет

– как говорил в своей дидактической поэме Лукреций, лучший истолкователь эпикурейской философии, – свободная воля, вырванная у судьбы воля живых существ.

Это противоречие между атомом как явлением и атомом как существом проходит через всю философию Эпикура и приводит к тому безгранично - произвольному объяснению физических явлений, которое вызывало насмешки уже в древности.

Лишь в небесных телах разрешаются все противоречия эпикуровской философии, но об их всеобщее и вечное существование разбивается и принцип отвлечённо обособленного самосознания.

А потому Эпикур сбрасывает с себя всякую материальную личину, и, в качестве «величайшего греческого вольнодумца», как называет его Маркс, борется против религии, которая пугает смертных грозными взглядами с небесных высот.

Уже в этом первом труде сказался творческий ум Маркса даже и там, и в особенности там, где, в частностях, можно оспаривать его понимание Эпикура.

Ибо возражать можно, собственно, только против того, что Маркс глубже продумал основной принцип Эпикура и сделал из него более ясные выводы, чем сам Эпикур.

Гегель называл эпикурейскую философию принципиально непродуманной.

Её родоначальник, как всякий самоучка, придавал большее значение обычной жизненной речи, не прибегал, конечно, к спекулятивным ухищрениям гегелевской философии, при помощи которых разъяснял эпикуреизм Маркс.

Диссертация Маркса – аттестат зрелости, выданный учеником Гегеля самому себе;

он уверенно пользовался диалектическим методом, и его язык обнаруживает ту твёрдую силу, которая все же была присуща Гегелю, но которую давно утратили его ученики.

Однако в этом своём труде Маркс стоит ещё целиком на идеалистической почве гегелевской философии.

Читателя наших дней с первого взгляда наиболее поражает неодобрительное суждение о Демокрите.

Маркс говорит о нём, что он лишь выдвинул гипотезу, которая является результатом опыта, а не действенной его силой и потому остаётся без осуществления и в дальнейшем не определяет собою реального исследования природы.

В противоположность своему отношению к Демокриту, Маркс восхваляет Эпикура, говоря, что он создал науку об атомах, несмотря на произвольное толкование им физических явлений и несмотря на его отвлечённо обособленное самосознание;

оно, как признает и сам Маркс, уничтожает подлинную науку, поскольку обособленность не является господствующим началом в природе вещей.

                                                                                         -- из научного  труда Франца Меринга - «Карл Маркс. История жизни»

( кадр из фильма «Дети Дон Кихота» 1966 )

Это интересно?

0

76

По Слову Посланий Учителя Свыше

Уже прошло немало лет,
Когда Учитель дикшу дал и имя.
Санкальп суровый и обет
Я не брала и не жила во Имя…

Но если слышала слова
О Боге и его любви великой,
То вниз склонялась голова
И мир в моих глазах бледнел безликий.

Часы стучат: то да, то нет.
Лишь Бог создатель Мира и законов
Вне времени, вне перемен
Подчас нам кажется таким суровым…

Но добр его посланец к нам!
Который раз рассказывает миру
Как шёл дорогой к Богу сам –
Готово сердце слушать эту лиру.

Учитель мой, посев взойдёт!
Вы сеятель такой неутомимый –
Нектар собрав, пчела даст мёд.
Как вы щедры, Учитель мой любимый.

Вы снизошли до нашей тьмы –
Мир засиял, отбрасывая сумрак.
Отдать стремимся, что должны –
Любовь своих сердец, Великий Гуру!

                                                                          Великий Гуру
                                                                Автор: Ирина Волганова

Глава XIV. Теоретическое многоженство. История его ( Фрагмент)

Мормоны уверяют, что никогда не ввели бы в употребление многоженство, если бы не удостоились откровения Бога, которым это вменялось им в обязанность;

и, хотя они иногда защищают его на основаниях физиологических и библейских, они постоянно ссылаются снова на это особенное приказание.

Они удостоились этого небесного откровения, как говорят, в Нову, в Иллинойсе, 12 июля 1843 года.

Оно было объявлено сначала в экстренном приложении к известиям Дезерет 14 сентября 1852 года и затем в апрельском номере 1853 года в «Millennial Star» в Ливерпуле, в Англии; оно помещено также во всём объёме в книге Бертона; «Город Святых», и во многих других сочинениях.

Оно слишком длинно и исключительно, чтобы поместить его вполне, и потому я упомяну только более подходящие ссылки.

Откровение начинается обращением Бога к своему рабу.

1. «Раб мой Иосиф, ты испрашиваешь меня, на каком основании я оправдал слуг моих Авраама, Исаака и Иакова, так же, как и Моисея, Давида и Соломона за то, что они имели много жён и наложниц; поэтому я, твой единый Бог, отвечу тебе относительно этого предмета», и т. д.

Должно заметить, как тут ясно видно, что Иосиф испросил у Бога объяснения по этому предмету.

Неизвестно, удостоились ли бы они вообще откровения без этого предварительного вопроса.

Некоторые мормоны полагают, что нет; и мормонские дамы часто весьма благочестиво выражают сожаление о том, что пророк вообще затронул этот предмет! ..

Часть эта кончается произнесением проклятия на всех тех, кто станет отвергать это новое евангелие.

2. Во второй части объявляется, что «все договоры, контракты, обязательства, присяга, обеты выполнения, сношения и товарищества, которые не заключены и запечатлены во имя святого духа, не действительны в вечности, а только годны для сего мира.»

Оно также провозглашается с громадным изобилием слов, о том, что «дом Божий славится строгими порядками».

3. Тот же принцип применяется и к брачным договорам: все женившиеся, а не укрепившие брак согласно новому и вечному договору, женаты только для этого мира и не имеют права на своих сожительниц в вечности, но будут только ангелами, а не богами, и должны быть служителями тех людей, которые достойны вечной славы и почестей.

4. Описание будущей славы тех людей, которые исполнят новое условие: «Они должны быть богами и слава, и честь их будут простираться от вечности до вечности, они должны стоять выше всех, и все должно преклониться перед ними. Они будут богами, так как будут пользоваться властью, ангелы должны будут подчиняться им.»

5. Таким людям прощаются все роды преступлений, за исключением убийств, «в которых они пролили кровь невинных», и богохульство против Святого Духа. Верооступничество, должно заметить, считалось наихудшим из последних грехов.

6. Эта часть объясняет со всеми подробностями положение Авраама и других древних многожёнцев, и в конце ссылается на Давида, приводя его в пример того, как люди лишаются своего «возвышения» тем, что употребляют во зло свои исключительные права: «Ни в чём он не согрешил, исключая только в деле Урии и его жены, и потому он лишился своего возвышения и получил своё положение; и он не должен наследовать их в мире, так как я передал их другому, говорит Господь Бог.»

7. Иосифу Смиту была дарована власть распоряжаться всеми подобными божественными браками, наказывать за прелюбодейство, и отбирать жён у виновных, и отдавать их хорошим людям.

8. Эта часть даёт полные и ясные постановления Эмме Смит, жене Иосифа, как ей вести себя под этим новым законом, приказывая ей «принимать всех тех, которые были подчинены моему слуге Иосифу, людей добродетельных и чистых», в противном случае угрожая ей уничтожением.

9. Тут следует сказанный переход: откровение даёт Иосифу Смиту полные наставления, как ему владеть своим имуществом; в особенности приказывается моему слуге Иосифу не выпускать из рук своего имущества, «чтобы не явился враг и не погубил его», и угрожается строгим наказанием всем тем, кто оскорбит его.

Читатель, знакомый с старыми ревизионными статутами Иллинойса, вероятно, немало удивится, что Бог многоречив, как старый мировой судья.

10. Наконец, откровение принимает другой оборот и дарует многожёнство в следующих словах:

«Обращаюсь опять к закону, касающемуся духовенства: если кто - нибудь женится на девушке и затем пожелает жениться на другой и получит от первой согласие, и женится затем на второй, и обе девушки не давали обещания никому другому, он совершенно оправдан; он не может совершить прелюбодейства, так как они подчинены ему; и он не может совершить прелюбодейства с теми, которые принадлежат только ему и никому другому; если бы даже он имел десять жён и то не оказался бы виновным в прелюбодействе, так как они все принадлежат ему; в этом случае он безвинен. Они даны ему для того, чтобы увеличить число людей на земле согласно моему приказанию, и для того, чтобы исполнить обещание, данное моим отцом перед сотворением мира; они должны поддержать души людей для возведения себя этим в вечный мир, и продолжать дела отца моего, которому да будет вечная слава».

11. Строгими наказаниями угрожают тем женщинам, которые без уважительных причин не дозволяют своим мужьям жениться на другой жене; часть эта заключается следующими словами: «поистине, говорю вам, я открою вам по этому предмету больше впоследствии; поэтому удовольствуйтесь на настоящее время этими немногими словами. Смотрите, я Альфа и Омега. Аминь»!

                                                                       -- из книги Джона Бидля - «Жизнь мормонов в Ута, или таинства и преступления мормонизма»

( кадр из фильма «Приди ко мне» 2020 )

Это интересно?

0

77

Свидание без шансов на разлуку

С плеч твоих смахну я  белый снег.
Ты прости, я снова опоздала!
Ждёшь меня уже ты целый век
Но об этом я вчера узнала!
Обниму тебя своей душой.
А прогноз твердит, что всю неделю.
Будет снег кружить над головой.
Видно мы любовью заболели!

А наша встреча случайной не была!
Как белый снег, судьба опять кружила!
Ты шёл ко мне. И я к тебе пришла.
И обо всём с тобою я забыла!
Метель метёт и на ресницах снег.
Дыханьем я тебя своим согрею!
Ты самый главный в жизни человек.
И не о чём  я больше не желею..

Мы по судьбе идём с тобой вдвоём.
И нам метели эти не мешают.
Перевернув страницу день за днём.
Любить судьба нам снова разрешает!
Ты ждал меня на улице любви.
Тебя искала я на перекрёстках счастья.
Расстаться навсегда не сможем мы!
Ведь мы к любви с тобой теперь причастны!

                                                                   Метель любви... (отрывок)
                                                                       Автор: Ольга Шарнина

Вид из окна ( Фрагмент )

Долгое время я пытался найти обстоятельства или людей, которых можно было бы обвинить в создании того бардака, в котором я постоянно оказывался.

Вот смотрите.

Я провёл большую часть своей жизни в больницах.

Пребывание в таких местах заставляет даже лучших из нас жалеть себя, и я тоже приложил немало усилий к тому, чтобы себя пожалеть.

Каждый раз, оказываясь в больнице, я ловил себя на том, что вспоминаю всю прожитую жизнь, поворачивая так и эдак каждый её момент, словно диковинную находку, обнаруженную в ходе археологических раскопок.

Я пытался найти причину, по которой провёл большую часть жизни среди трудностей и ощущения боли.

Я всегда понимал, откуда исходит настоящая боль.

(И я всегда знал, почему мне в такие моменты было физически больно. Ответ был прост: ну нельзя же столько пить, придурок!)

Поначалу я хотел обвинить в этом любящих меня и благонамеренных родителей… к тому же не только любящих и благонамеренных, но гипнотически обаятельных.

Давайте перенесёмся в пятницу, 28 января 1966 года, в зал Лютеранского университета Ватерлоо в Онтарио.

Там проходит ежегодный конкурс «Мисс Снежная королева канадских университетов» (Miss Canadian University Snow Queen, Miss CUSQ).

Конкурсантки оценивались по таким критериям, как «интеллект, участие в студенческой жизни, личные качества, а также красота».

Эти канадцы ради того, чтобы провозгласить новую Мисс CUSQ, не пожалели никаких средств: после окончания конкурса должно было состояться «факельное шествие с платформами, оркестрами и участницами», а также «пикник на свежем воздухе и хоккейный матч».

В списке претендентов на эту награду под № 11 фигурирует некая Сюзанна Лэнгфорд — она представляла Университет Торонто.

Её соперницами выступали красавицы с такими прекрасными именами, как

Рут Шейвер (shaver — плут, мошенник) из Британской Колумбии, Марта Куэйл (quail — «тёлка») из Оттавы и даже Хелен «Цыпочка» Фюрер из университета Макгилла (думаю, прозвище Chickie,

Цыпочка, было добавлено для того, чтобы несколько смягчить фамилию Фюрер,которая всего лишь через двадцать лет после окончания Второй мировой войны звучала не самым лучшим образом).

Однако все эти молодые женщины не шли ни в какое сравнение с прекрасной мисс Лэнгфорд.

В тот морозный январский вечер короновать пятую Мисс Снежную королеву канадских университетов помогла победительница прошлогоднего конкурса.

Вместе с короной к новой Miss CUSQ перешли красная лента и большая ответственность: теперь уже мисс Лэнгфорд должна была передать свою корону в следующем году новой победительнице.

Конкурс 1967 года был таким же захватывающим.

В том году после окончания мероприятия должен был состояться концерт с участием группы Serendipity Singers, канадского аналога известного ансамбля The Mamas & the Papas.

Так уж получилось, что лидера канадской группы звали Джон Беннетт Перри.

Группа Serendipity Singers представляла собой аномальное явление даже в 1960-е годы, которые были царством фолка.

Дело в том, что их грандиознейший (и по сути единственный) хит Don’t Let the Rain Come Down представлял собой перепевку английской детской песенки.

Несмотря на это, композиция вышла на второе место в списке современных «взрослых» хитов, а в мае 1964 года достигла шестой позиции в хит - параде Billboard Hot 100.

Тем, кому такое достижение кажется не особенно значимым, стоит посмотреть на вещи в обратной перспективе и учесть, что первые пять позиций в том хит - параде заняла небезызвестная группа

The Beatles с хитами Can’t Buy Me Love, Twist and Shout, She Loves You, I Want to Hold Your Hand и Please, Please Me.

Впрочем, все это не особенно волновало Джона Перри — он был действующим музыкантом, находился на гастролях и должен был зарабатывать себе на ужин.

И что в таких условиях может быть лучше, чем выступить в Онтарио на гала - концерте в честь Мисс Снежной королевы канадских университетов?

Так Джон и поступил: радостно напевая

«А за скрюченной рекой в скрюченном домишке жили летом и зимой скрюченные мышки», он через микрофон беззастенчиво флиртовал со Сьюзен Лэнгфорд, прошлогодней Снежной королевой канадских университетов.

В то время они были двумя самыми обворожительными людьми на планете (достаточно посмотреть на идеально выточенные лица на их будущей свадебной фотографии).

У них не было ни единого шанса поступить иначе. Когда двое так замечательно выглядят, всем становится ясно, что они просто созданы друг для друга.

После того как Джон закончил выступление, флирт перешёл в танцы…

Неизвестно, как бы дальше разворачивались события, если бы не сильнейшая и в буквальном смысле судьбоносная метель, которая поздно вечером обрушилась на Онтарио и не позволила музыкантам Serendipity Singers выбраться из города.

И вот она, романтическая встреча: фолк - певец и королева полюбили друг друга в 1967 году в заснеженном канадском городке…

Самый красивый мужчина на планете встретил самую красивую женщину на планете.

Все, зрители довольные расходятся по домам.

— из автобиографической книги американского актёра, известного по роли Чендлера Бинга в сериале «Друзья» - «Друзья, любимые и одна большая ужасная вещь. Автобиография Мэттью Перри»

Это интересно?

0

78

Президент на концерте или ..  А любить - то надо нежно

Словно белые медведи, на обочине, в снегу,
Спят усталые машины, мёрзнут люди на ходу.
А метель юлой кружится, сыпет белою крупой,
Будто в мыслях загадала разлучить меня с тобой.

День четвёртый непогода мои планы в клочья рвёт.
Ну, а снег зубною болью всё идёт, идёт, идёт.
Тихо падая ложится, превращаясь в белый фон
И молчит не отвечает твой домашний телефон.

Горы стылые сугробов, на моём стоят пути,
Я готов к тебе поехать, я готов к тебе пойти.
Заграничная погода не предвидит пермен,
Продлевая без сомненья мой квартирно - зимний плен.

Европейская погода, вдруг явилась к нам с небес,
Проявляя к жизни нашей, свой особый интерес.
И на всех телеканалах, её ,,Моникой,, зовут,
А непонятые чувства снежным облаком плывут.

                                                                                                           Моника
                                                                                                 Автор: Bojarkin Oleg

ГЛАВА 5 ( Фрагмент )

Я не тратил всё своё время только на телевизор, а по-прежнему старался как можно чаще ходить в кино.

В Хот - Спрингс было два старомодных кинотеатра — «Парамаунт» и «Малко» — с просторными сценами, на которых по выходным выступали гастролирующие западные звёзды.

Я видел, как Лэш Ларю, одетый в чёрный ковбойский костюм, показывал свои трюки с пастушьим кнутом, а Гейл Дэвис, которая играла Энни Оукли в одном из телесериалов, демонстрировала своё мастерство в стрельбе.

В конце 50-х годов в кино начал сниматься Элвис Пресли.

Я любил Элвиса и мог спеть любую из песен, которую он исполнял — сам или в сопровождении квартета «Джорданэйрс».

Я был в восхищении от того, что он отправился на военную службу, и от его женитьбы на юной красавице Присцилле.

В отличие от большинства других родителей, которые считали, что его вихляние бёдрами выглядит неприлично, мама тоже любила Элвиса, может быть, даже больше, чем я.

Мы вместе смотрели его легендарное выступление в телешоу Эда Салливена и смеялись, когда телеоператоры старались не показывать движения нижней части его тела, чтобы оградить нас от непристойного зрелища.

Кроме его музыки меня с Элвисом роднило происхождение: он тоже родился в провинциальном южном городке.

И я был уверен, что у него доброе сердце.

Стив Кларк, мой друг, который занимал пост генерального прокурора штата, когда я был губернатором, однажды взял с собой сестрёнку, умиравшую от рака, на выступление Элвиса в Мемфисе.

Когда Элвис услышал об этой маленькой девочке, он посадил её с братом в первом ряду, а после концерта отвел на сцену и долго с ней беседовал.

Это навсегда осталось в моей памяти.

Первый фильм, в котором снялся Элвис, «Люби меня нежно», был и остаётся моим любимым, хотя мне нравились и другие

— «Любить тебя», «Тюремный рок», «Король - креол» и «Голубые Гавайи».

В дальнейшем фильмы с его участием стали более слащавыми и предсказуемыми.

Интересно, что в фильме «Люби меня нежно», вестерне о временах после окончания Гражданской войны, Элвис, тогда уже ставший национальным секс - символом, женится на девушке (её играла Дебра Пейджет), которая выходит за него лишь потому, что считает, будто его старший брат, которого она действительно любит, погиб на войне.

В конце фильма Элвиса убивают, а брат остаётся с его женой.

Элвис так или иначе сопровождает меня всю жизнь.

Во время предвыборной кампании 1992 года сотрудники моего избирательного штаба дали мне прозвище Элвис.

Несколько лет спустя, когда я назначил Ким Уордлоу из Лос - Анджелеса федеральным судьей, она в знак признательности прислала мне шарф, который носил Элвис и который он со своим автографом подарил ей на одном из своих концертов в начале 70-х годов, когда ей было девятнадцать лет.

Я всё ещё храню его в своем музыкальном салоне и должен признаться, что по-прежнему люблю Элвиса.

                                       — из книги - автобиографии бывшего президента Соединённых Штатов Билла Клинтона - «Моя жизнь»

( кадр из фильма «Импичмент: Американская история преступлений»  2021 )

Это интересно?

0

79

А чего скажешь - Математики

Три с половиною овечки
и восемь сотых пастуха о
днажды встретили у речки
четыре пятых петуха.

А у доски, в штанишках мятых,
пока визжал от смеха класс,
стоял один и ноль десятых,
и слёзы капали из глаз…

                                                   Действия с дробями
                                                  Автор: Марк Вейцман

У тебя мечта есть кФ Всё будет хорошо

ГЛАВА 8 ( ФРАГМЕНТ )

Самым трудным для меня предметом в средней школе были основы дифференциального и интегрального исчисления.

В нашем классе было семь учеников, и этот предмет у нас раньше не преподавался.

Я хорошо помню два события.

Наш преподаватель, мистер Коу, раздал нам контрольные работы.

В моей работе все ответы были правильными, однако оценка свидетельствовала о том, что один из них неверный.

Мистер Коу пояснил, что я недостаточно поработал над решением задачи и правильный ответ, вероятно, получил случайно.

Действительно, согласно учебнику, для решения этой задачи требовалось на несколько действий больше.

Однако в нашем классе был один настоящий гений, Джим Макдугал (нет, не из компании Whitewater ), который, посмотрев мою работу, сказал мистеру Коу, что тот должен засчитать мне решение этой задачи, потому что оно абсолютно верно, а кроме того, мой вариант даже лучше, чем в учебнике, потому что короче.

После этого он предложил доказать обоснованность своего мнения.

Поскольку способности Джима внушали мистеру Коу не меньшее благоговение, чем всем нам, тот сразу же согласился.

И Джим исписал математическими формулами всю доску, чтобы доказать, насколько моё решение лучше приведённого в учебнике.

Я чувствовал себя полным идиотом.

Мне всегда нравилось и до сих пор нравится решать головоломки, но в данном случае я словно пробирался по лабиринту на ощупь.

Я совершенно не понимал пояснений Джима и не был уверен, понимал ли их мистер Коу, однако по окончании его великолепного выступления моя оценка была исправлена.

В результате я понял две вещи: во-первых, при решении задач хорошее чутьё иногда может возместить недостаток интеллекта, и, во-вторых, мне совершенно ни к чему продолжать заниматься высшей математикой.

Двадцать второго ноября, когда наш класс после большой перемены собрался на четвёртый урок, мистера Коу вызвали к директору.

Он вернулся бледный как полотно и едва мог говорить.

Он сказал нам, что в президента Кеннеди стреляли в Далласе и что он, вероятно, убит. Я был просто раздавлен этим известием.

Всего четыре месяца назад я видел его, полного жизни и сил, в Розовом саду Белого дома.

Столь многое из того, что он сделал и сказал, было воплощением моих надежд и моих политических убеждений:

и его речь при вступлении в должность, и проводимая им в Латинской Америке политика «Союз ради прогресса», и проявленное им хладнокровие при разрешении карибского ракетного кризиса, и создание Корпуса мира, и потрясающая фраза из речи

«Ich bin ein Berliner» («Я — берлинец»): «Свобода предполагает немало трудностей, и демократия не совершенна, но у нас никогда не было нужды возводить стену, чтобы удерживать наш народ».

После уроков все ученики из корпуса, где проходили занятия нашего класса, пришли в главное здание.

Все мы были очень подавлены — все, кроме одного, точнее одной.

Я случайно услышал, как одна привлекательная девушка, игравшая вместе со мной в оркестре, сказала, что для страны, может быть, и хорошо, что он погиб.

Я знал, что её семья была более консервативной, чем моя, но тем не менее был потрясён и разгневан тем, что кто-то, кого я считал своим другом, мог сказать такое.

                                          — из книги - автобиографии бывшего президента Соединённых Штатов Билла Клинтона - «Моя жизнь»

( кадр из фильма «Приключения Электроника» 1979 )

Это интересно?

0

80

И всё ... Ради поддержания тонуса ( © )

Чтоб в ю - тьюб не попасть обнажённым,
На посмешище разных чудил,
Я хожу на свидания к жёнам,
Поделиться остатками сил.

И когда у них брюки снимаю,
Перед тем как отправиться в душ,
Я портами портрет накрываю,
На котором красуется муж.

И моим поведением странным
Недовольны бывали мужья:
Каждым стоном и скрипом диванным
Им рога приколачивал я.

Не хожу к молодым вертихвосткам,
У которых не дом, а секс - шоп.
Не хочу быть шутом на подмостках,
В череде засветившихся поп.

                                                                Про секс - скандалы (отрывок)
                                                                        Автор: Сергей Окуляр

Глава восьмая. Неудобный Боб  ( Фрагмент )

Мы сработались.

Я следовал правилам. Молчал, пахал на износ, угождал, выкручивался.

Получалось!

Вайнштейн начал мне доверять. За мной прочно закрепился титул «его личного водителя».

Работали мы на два лагеря, на два образа.

С одной стороны, я возил именитого продюсера по премьерам, важным встречам и переговорам, получая деловые СМС из нью - йоркского офиса Weinstein Company, а со второй – пускался с ним во все тяжкие, сопровождал на самое дно, где он развратничал.

Он вёл себя аморально без какого - либо стеснения, без оглядки, а я покорно нёс груз своей рабской роли бессловесного служки – такой расклад его вполне устраивал.

Своего мнения я не высказывал, на него не косился, он был доволен.

Работа серьёзно подправила материальное положение. Деньги текли рекой (250 евро за час работы).

Мне вдруг понравилось наблюдать за ним, и я даже начал вести дневник, делая пометки и записи, которые впоследствии помогли мне так дотошно восстановить события.

Даже сейчас, просматривая их, ловлю себя на ощущении, будто во времени путешествую.

… Но вернёмся к прерванному повествованию.

Начинался мой новый рабочий день.

Утром Мириам погладила мне одежду, охладила напитки, аккуратно расставила их в мини - баре и ушла на работу, а я готовлюсь к выходу.

Встреча с Харви назначена через полчаса. Просматриваю СМС, выстраиваю по времени сегодняшний план. Трудновато будет.

Вечером – презентация картины официальной программы – «Бесславные ублюдки» Тарантино.

Её будет громко представлять компания Харви и его брата Боба The Weinstein Company.

Огромный бюджет, кинозвёзды. Показ намечен на 19.30. В 22.30 – коктейльная вечеринка группы.

Сейчас должен забрать Харви из отеля и отвезти на яхту Odessa, принадлежащую некоему Лену Блаватнику, русскому филантропу.

В 14.30 – этот пункт плана знаю только я – Харви попросил заехать в Мужен за одной девушкой, с которой познакомился накануне, и привезти её к нему на свидание «для поддержания тонуса» (без её сестры близняшки).

В 15.00 еду в аэропорт Ниццы встречать Боба, брата Харви, а по дороге должен захватить француженку Маеву Гатино, сопродюсера фильма.

Я подъехал за Харви много раньше назначенного времени.

У входа меня уже ждала Анна. Она тоже вышла пораньше. Запрыгнув в машину, улыбнулась:

– Привет, как ты сегодня? Вчера не поздно закончилось?
– Vega - Luna пришлось отменить. Он попросил меня отвезти его ночью прямо в офис.
– И сколько с ним было?
– Сколько что?
– Не придуривайся. Сколько девок?
– Три.

Она опять улыбнулась. Анна мне нравится.

Милая девушка, очень старательная, исполнительная.

О многом рассказывает, предупреждает.

Например, Анна поведала мне историю непростых взаимоотношений между Харви и его братом Бобом, который, кстати, прилетал сегодня в Канны.

Они всегда имеют разные точки зрения на сценарии и картины, с которыми работают, Боб не терпит распущенные загулы Харви и дикие траты, которые тот себе позволяет на всякого рода презентации и премьеры, не согласовывая их ни с кем.

А Харви не терпит, что брат то и дело его одёргивает, критикует, указывает, стыдит.

Анна знает, что в его планах «уволить неудобного брата» из семейного бизнеса.

В последнее время камнем преткновения между ними стало желание Харви просить деньги на постановки у русских олигархов и арабских принцев.

Боба это возмущало.

                                                                              — из книги Майкла Шемлуля - «Харви Вайнштейн — последний монстр Голливуда»

( кадр из телесериала «Скандал» 2019 )

Это интересно?

0

81

Он на границе сна ( © )

Ты стоишь, оглянись, на обрыве над бездной,
Рядом преданный Лис, приручённый и нежный,
И чужая земля вдруг покажется раем,
Но сомненьем горя, голос твой улетает,
За сверкающий путь, за петлю Ориона
Разрывая мне грудь безответной любовью.

                                                            7 стихотворений Маленькому Принцу (избранное)
                                                                                  Автор: Галина Ларская

Глава 10 «ЖЕЛАЮ СЛАВЫ Я!» ( Фрагмент )

Репетиции «Дон Жуана» подходят к концу.

Выпал снег.

Родители Андрея были на гастролях.

Мы жили на Петровке.

Вечерами он носился по квартире в трусах, с зонтиком вместо шпаги, приглашая и меня пофехтовать.

Я изображала всех действующих лиц по очереди и в конце монолога обязательно вонзала в него свой зонтик.

Это был уже не Андрей. Это был Дон Жуан из Севильи.

Со мной, по телефону, с друзьями он общался только текстом Фриша, у него появилась другая манера говорить, свысока, как у Дон Жуана – его героя.

И так всю остальную жизнь – его, истинного Андрея, будут раздирать на части образы, люди, которых он репетирует, а репетирует он всегда.

Уставшие, ложились спать на зелёном диване под революционным фарфором.

Мы никому были не нужны, кроме друг друга.

Я удивлялась: как он был в себе не уверен и как нуждался в постоянных доказательствах любви!

– Почитай мне стихи, – просил он и в предвкушении признания и рифмы закрывал глаза.

Не призывай. И без призыва приду во храм (*).
Склонюсь главою молчаливо к твоим ногам.
И буду слушать приказанья и робко ждать.
Ловить мгновенные свиданья и вновь желать.

Я понимала, что у него на ткани стихотворения прокрутилось своё музыкальное кино, что он на границе сна – закрывала глаза, но тут он хватал меня крепко за руку и:

– Нет, нет! Ещё, ещё! – судорожно просил он, так больные просят воды.

Мой любимый, мой князь, мой жених (**),
Ты печален в цветистом лугу.
Повиликой средь нив золотых
Завилась я на том берегу…
Ты печален в цветистом лугу, —

повторяла я и добавляла:

– Цветочек ты мой, в горшочке! – Так нечестно! – кричал он. – Дальше!

Я ловлю твои сны на лету…

Казалось, что он заснул. Нет, он требовал:

– Почеши мне спинку! – и я чесала и думала: это, наверное, нянька, Анна Сергеевна, научила его чесать спину, как собаке, чтобы уснул.

Потом мы, наконец, погружались в сон.

Ночью я внезапно просыпалась от грохота.

Пыталась понять, что произошло, что упало?

«Упало» Андрюша.

Он так часто скатывался с постели на пол под стол красного дерева, иногда даже не замечая этого, продолжал спать на полу, свернувшись клубком, в полосатой пижаме, вздыхать и охать.

Приходилось осторожно будить его и возвращать в постель.

Что его так мучило? Чем болела его душа?

Я пыталась понять, но до конца не могла.

Он был необычайно раним, скрытен и многое держал в себе.

Но утром в душе он был уже на «взлёте» и вдохновенно читал Пушкина:

Когда, любовию и негой упоенный (***)
Безмолвно пред тобой коленопреклонённый,
Я на тебя глядел и думал: ты моя, —
Ты знаешь, милая, желал ли славы я…
И ныне
Я новым для меня желанием томим:
Желаю славы я, чтоб именем моим
Твой слух был поражён всечасно, чтоб ты мною
Окружена была, чтоб громкою молвою
Всё, всё вокруг тебя звучало обо мне!

Эти стихи станут главной темой его жизни.

Власть матери с самого раннего детства деспотическими выпадами разрушала его психику, рождала неуверенность в себе и страх.

Романы и романчики, которыми были набиты все семьи, смерчем отзывались в душе детей.

И Андрей в Пярну на отдыхе стоял рядом с мамой, папой и маминым «другом» возраста Андрея, заразительно смеялся и шутил:

«Вы посмотрите, какой у меня появился новый братик».

А потом в номере впивался зубами в наволочку и рыдал в подушку.

И в первых опытах личной жизни потерпел фиаско.

Треплевская ситуация из «Чайки» – когда не нужен двум главным женщинам на свете.

Вот тут он выбирает славу! Слава избавит его от мук и сомнений!

Она, слава, как египетская пирамида или как вера в Бога, бессмертие выведет его из границ бытия и вознесёт на уровень неразрушимости.

И вернёт ему мать… и всех, кого он захочет.

Чтоб, гласу верному внимая в тишине (****),
Ты помнила мои последние моленья.
В саду, во тьме ночной, в минуту разлученья.

– Желаю славы я! – докричал он из ванной последние строчки, мы съели по яйцу и понеслись на репетицию в театр.

             — из автобиографической драмы Татьяны Егоровой, актрисы театра и кино, журналистки и писательницы - «Андрей Миронов и я: роман - исповедь»
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Не призывай. И без призыва приду во храм - Поэт Александр Блок -  стихотворение «Servus — Reginae» («Слуга — царице»).

(**) Мой любимый, мой князь, мой жених - Поэт Александр Блок -  стихотворение «Мой любимый, мой князь, мой жених…» .

(***) Когда, любовию и негой упоенный -  начало стихотворения «Желание славы» Александра Сергеевича Пушкина.

(****) Чтоб, гласу верному внимая в тишине -  строчки из стихотворения «Желание славы» Александра Сергеевича Пушкина.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из фильма «Фантазии Фарятьева» 1979 )

Это интересно?

0

82

Пьянеть и плакать обо мне ( © )

Оплетавшие - останутся.
Дальше -- высь.
В час последнего беспамятства
Не очнись.

У лунатика и гения
Нет друзей.
В час последнего прозрения
Не прозрей.

Я -- глаза твои. Совиное
Око крыш.
Буду звать тебя по имени --
Не расслышь.

Я - душа твоя: Урания:
В боги -- дверь.
В час последнего слияния
Не проверь!

                                                      «Луна — лунатику»
                                                  Автор: Марина Цветаева

Глава 3 Виктор ( Фрагмент )

Подъехали к «Лидо», вошли в ресторан – он был полон людей и музыки.

Нас посадили за столик возле эстрады с оркестром.

Мы что-то заказали, пытались говорить, но оркестр гремел так, что, глотнув шампанского и посмотрев друг на друга, мы засмеялись до слёз.

В паузе мы быстро условились, что, мол, когда музыка опять грянет, наперегонки будем сочинять слова с первым слогом «кос».

Оркестр грянул – ударник по нашим головам, тарелки, труба – по барабанным перепонкам.

И чтобы прорваться сквозь конницу диких звуков, я первая закричала:

– Кос-метика!

Он за мной:

– Кос-халва!
– Кос-мос!
– Кос-тыль!
– Кос-тюмчик!
– Кос-теё!

И уже совсем охрипшим голосом «Кос-шмар!» крикнул он и вытащил меня из-за стола.

В «музыке» наступила пауза, вышла певица в блёстках и, изгибаясь, как змея, запела:

«Отыщи мне лунный камень, талисман моей любви».

Мы впервые, никого не стесняясь, крепко обнялись, под «просьбу» певицы влились в танец.

Было душно – или мы задыхались от счастья, тесно – или нам все мешали…

– Я люблю тебя! – вырвалось у меня совершенно неожиданно. – Я тебя люблю! – вдохновенно повторила я.

Он сжал меня до боли в рёбрах и в ухо прокричал:

– Салли, я влюблён в тебя, как ненормальный! Ты единственное, из-за чего я здесь торчу.

Через несколько минут мы неслись в машине по шоссе. Была тёмная ночь, он жал на газ, а я читала:

«Я ехал к вам, живые сны за мной вились толпой игривой, и месяц с правой стороны сопровождал мой бег ретивый…»

– Это кто? – спросил Андрей.
– Пушкин.

Свернули в лес.

Проехали некоторое время в глубину и встали. Вышли из машины.

Вокруг тёмные очертания сосен.

Я сняла туфли.

Ноги ступали по тёплой хвое, лежавшей на земле, потом они утонули в прохладном мху, и я почувствовала запах воды.

Перед нами тихо лежало ночное озеро. Мы разделись и пошли в воду, как будто совершая древний обряд.

Потом лежали на берегу и смотрели в небо.

– «Окрай небес – звезда Омега. Весь в искрах – Сириус цветной, над головой – немая Вега», – шептала я.
– Видишь Большую Медведицу? Ковшик? – сказал таинственно Андрей. – Запомни это на всю жизнь. Может быть, у нас более счастливой минуты не будет.

– Засмеялся и добавил: – Сейчас я мысленно наполню для тебя этот ковш шампанским, и, когда я умру, ты, глядя на этот ковш, будешь пьянеть от шампанского и плакать обо мне.

Была полная луна и такая тишина, что в тот миг тишина казалась самой великолепной из всех творений Бога.

– Обними меня, – как-то жалостливо попросил меня Андрюша. – Луна высасывает душу.

Я обняла его, он меня, и, укрывшись какой-то попоной, мы погрузились в сон.

Проснулись одновременно – нос к носу. Улыбнулись.

В глазах его таился вопрос – как мы теперь будем… и какую октаву взять после сегодняшней ночи.

Светало. Было холодно.

Из-за озера вставало солнце.

Чтоб определить «октаву», я вскочила, побежала голая к озеру и бросилась в воду!

Он за мной.

– Кос-шмар! – кричал он, обрушивая на меня ливни воды.

Я смеялась, падала навзничь, выныривала с мокрой головой, опять ныряла… Мы были совсем не те, что вчера, – мы стали сильнее и счастливее.

Мы играли, толкая друг друга в воду так, что сверкали одни только пятки, но я заметила, что в его жестах появился новый оттенок – чувство собственности.

Въехали в Ригу розовым ранним утром.

Я вышла на углу своей гостиницы, помахала ему рукой, открыла дверь и стала на цыпочках подниматься на четвёртый этаж.

      — из автобиографической драмы Татьяны Егоровой, актрисы театра и кино, журналистки и писательницы - «Андрей Миронов и я: роман - исповедь»

( кадр из фильма «Фантазии Фарятьева» 1979 )

Это интересно?

0

83

На сцене из незнакомых миров

Я окутана плотным покровом,
кровь
           железная
                в жилах бежит,
но, всё чаще, небесному зову
созвучит мой
                сердечный
                магнит.
Всё сильней притяжение к Звёздам...
Видно, в сердце, кусочек руды,
что из звёздной материи создан,
отвечает
                на трепет Звезды...
Непреложно! - Наступит мгновенье,
моё сердце - Живая Звезда,
силой Света,
                огнём устремленья,
победит плоть и кровь!..
                Вот, тогда -
невесома, полна Звёздной Силы
и свободна от кровных оков,
с лёгким сердцем,
                отдамся на милость
Притяжения
                Дальних
                Миров!..

                                                     Дальние Миры
                                                Автор: Елена Туркка

Глава 4 «Поедем, красотка, кататься!» ( Фрагмент )

Было жарко, пять часов вечера.

Из комнаты вынесли стол на открытую веранду, где из одного корня неразлучно росли две сосны.

Андрей принёс из дома пятилитровую бутыль настойки.

– Рябиновая! Только мама умеет так классически настаивать её!

Я нарвала розовых и белых флоксов и опустила в жёлтый керамический кувшин с водой.

Закуска была «сдержанная», а настроение – наоборот.

– Танечка, станцуй что - нибудь из капиталистического мира! – попросил Андрей, предвкушая удовольствие.

Он знал, что во мне жили духи танца и что я была жертвой ритма.

Я ускользнула в комнату, переоделась в купальник – обещал, что будем купаться в Десне, – туфли на каблуках…

и где-то подсознательно созрело решение поколебать это буржуазное гнездо, тихонько вышла на веранду, села на стул, сказала, что, мол, жарко уж очень, поэтому переоделась…

- Съела четверть помидора, прозаически процитировала Пастернака:

Я дал разъехаться домашним,
Все близкие давно в разброде…

Пожевала огурчик, продолжая:

Я так же сбрасываю платье,
как роща сбрасывает листья, —

перефразировала я, выпила рюмку водки, вскочила на стол и стала самозабвенно отбивать чечётку и дробь, да так, что затряслись все листья в саду.

Мужчины изумлённо смотрели на меня… со стола что-то падало и звякало об пол, слетела тарелка с овощами – вдребезги, а я продолжала отстукивать каблуками, стоя на столе, изображая, как нам тогда казалось, сцену из незнакомого капиталистического мира.

Потом пили чай.

На столе из опавших лепестков розовых флоксов я выкладывала своими наманикюренными пальчиками заветное имя – Андрей.

Он сидел напротив, поэтому буквы ложились по отношению к нему вверх ногами.

Когда я положила последний лепесток на букву [/size][/font]«й»

– Андрей доверчиво улыбнулся, вдруг заморгал грустными глазами и неожиданно порывисто поцеловал мне руку.

Решили остаться на даче до завтра.

Варшавского проводили по дороге к автобусу.

Понравилась я в этот день Варшавскому или нет – не знаю, но Андрею понравилась очень.

Мы легли спать в его маленькой комнате на жёлтом диване, как всегда обнявшись, лицом друг к другу…

и, потеряв контроль, он наговорил мне столько нежных и пылких слов, что я, естественно, как сосуд, заполнилась этими пылкими нежностями и тут же принялась возвращать это чудесное содержание обратно с оттенком невыразимой благодарности.

Тикали часы, в тёмном окне шевелились ветки сирени, и его «я люблю тебя» повторялось столько раз, что длину этих слов можно было уже мерить километрами.

Проснулась на рассвете от ощущения счастья… и пыталась удержать в сознании, в памяти аромат ощущений… слова… прикосновения…

но они расползались, рассеивались, как туман, оставляя только древо памяти, как разобранную после Рождества ёлку.

Две розовые сойки сидели в кустах сирени и с болезненным женским любопытством заглядывали в наше окно.

Пошли гулять в лес.

Андрей сказал, что через неделю уезжает в Крым, на Золотой берег – отдыхать. Приедет к открытию сезона.

Идём тропинкой, вдруг он останавливается у берёзы, закрывает глаза и говорит, жестикулируя руками:

– У меня был такой роман… страшно вспомнить… такая любовь… Я весь дрожал… С киноартисткой… Её все знают… С Синеглазкой. Вот у этой берёзы мы так целовались… У неё такая фигура! Я ей чистил белые туфли молоком.

У меня от такого поворота набухли глаза от слёз, я сорвала тростинку и стала нервно её жевать.

– Что с тобой, Танечка, ты ревнуешь? Что с глазками, ты нервничаешь? – пытал он меня, довольно улыбаясь.
– Я не ревную…
– Ревнуешь, ревнуешь… тебе больно? – и засмеялся.

Да, думаю, не переставая жевать тростинку, интересное свойство у моего… тут мысль прервалась, сделала пропуск и продолжила – свойство жалить и причинять боль.

Совсем не в ответ на эту причинённую боль я заметила:

– Андрюша, ты сутулишься, у тебя как-то голова уходит в плечи… выпрямись-ка!

          — из автобиографической драмы Татьяны Егоровой, актрисы театра и кино, журналистки и писательницы - «Андрей Миронов и я: роман - исповедь»

( кадр из фильма «Магазинчик за углом» 1940 )

Это интересно?

0

84

С любовью, Твой Андрюша * С любовью, Твой Андрюша * С любовью, Твой Андрюша

Разделили будто душу,
Не хватает мне тебя,
Я хожу, ищу повсюду,
Где ты, милая моя.

Словно птица без крыла я,
Что на ветках не сидит,
Без тебя вся жизнь, рутина,
Пустота меня гнетёт.

Но надежда не угаснет,
И любовь горит огнём,
Жду, когда, найдёшься только,
Дни бегут, как быстрый сон.

Разделили будто душу,
Не хватает мне тебя,
Я хожу, ищу повсюду,
Где ты, милая моя.

Где ты, милая душа,
Мне ответь, куда ушла,
Без тебя весь мир увял,
Сердце в сердце потерял.

Разделили будто душу,
Не хватает мне тебя,
Я хожу, ищу повсюду,
Где ты, милая моя.

                                          Где ты (отрывок)
                                     Автор: Андрей Гречкин

Глава пятая ( Фрагмент )

Агнесса Подмазенко, получавшая письма от Власова, не могла знать, что генерал отправлял примерно такие же письма и своей законной супруге.
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

«Дорогая Аня!.. Я тебя прошу, будь мне верна. Я тебе до сих пор верен.

В разлуке с тобой люблю тебя крепче прежнего. Всё плохое позабыл. Вернее, плохое с моей стороны.

Ты для меня всегда была святая, и сейчас надеюсь и уверен, что в эти дни, когда мы переживаем опасность ежеминутно, ты всегда и всюду будешь только моя и больше ничья.

Больше мне ничего не нужно. Итак, ответы жду немедленно.

До скорого свидания. Целую тебя крепко и много, много раз свою милую дорогую Аню.

                                                                                                                                              Твой всегда и всюду любящий тебя Андрюша».
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Невероятно, но это письмо написано в тот же день, что и письмо к Агнессе Подмазенко.

Как это говорил Власов?

Дескать, «написал бы ещё, да вся ручка кончилась. Вот Кузин опять исправил. Продолжим дальше в другом письме».

Вот Власов в другом письме и написал.

И не только 28 февраля 1942 года.

По датам сохранившихся в архиве писем можно установить, что 2 марта 1942 года Власов отправил письмо законной супруге, а 3 марта — Подмазенко.

4 и 5 марта написаны ещё два письма Агнессе Павловне, но 6 марта — Анне Михайловне Власовой.

17 марта — Подмазенко.

18 марта — одновременно и Подмазенко, и Власовой. 2 апреля — Подмазенко, а 20 апреля — Власовой.

Зато 26 марта — сразу три письма — два Подмазенко и одно Власовой.

А вот 17 мая, наоборот, два письма — Власовой и только одно Подмазенко.

Жену Власов в своих письмах называл «Аликом», Подмазенко — «Аликом», себя — «Андрюшей».

Андрюшей и ощущал себя сорокалетний генерал - лейтенант, по крайней мере, в те минуты, когда писал письма.

К сожалению, ответных писем Анны Михайловны не сохранилось совсем, и мы так и не знаем, сумел ли Власов воинскими подвигами и письмами, наполненными словами любви, растопить обиду, нанесённую супруге своим романом 1937 года.

Судя по письмам самого Власова, если ему и удалось растопить ледок в отношениях с женой, то не до конца.

Но это, конечно же, не вина Власова. Он делал всё, чтобы восстановить прежние отношения.

Он посылал письма своей супруге в конвертах, на которых был изображён идущий в атаку танк.

Сам Власов напористостью и незамысловатостью на этот танк и походил.

Действовал он умело, уверенно, требовательно.

Не стеснялся, когда нужно было солгать.

Не скромничал, когда можно было вызвать сочувствие к себе, как к герою — защитнику Родины.

Вот его письмо Анне Михайловне Власовой…
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

«Прежде всего спешу сообщить тебе, что наши дела на фронте идут успешно: бьём фашистов без отдыху.

В газетах ты, наверное, уже прочитала — поздравь меня с присвоением очередного звания.

Правительство и партия нас награждает за наши даже незначительные дела и ценит нас — это очень дорого.

Дорогая Аня!

Ты, наверное, думаешь, что мне пишут из Ленинграда.

Искренно уверяю тебя, как мы расстались с тобой, никто мне ничего не писал, да и я никому не писал, поэтому судьбу их не знаю.

Я тебя прошу, будь мне верна.

Я тебе до сих пор верен. В разлуке с тобой люблю тебя крепче прежнего. Всё плохое позабыл. Вернее, плохое с моей стороны.

Если ещё сердишься на меня за что, прости. Я считаю, что своей честной работой, борьбой я это уже заслужил — раньше не просил.

Напиши мне скорее искренно — по-прежнему ли любишь меня крепко и глубоко.

Я только этого одного и хочу от тебя теперь услышать.

Итак, ответы жду немедленно.

До скорого свидания. Целую тебя крепко и много, много раз, свою милую дорогую Аню.

                                                                                                                                                   Твой всегда и всюду любящий тебя Андрюша».
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

В письмах к А.М. Власовой и А.П. Подмазенко Андрей Андреевич как бы в шутку изображает из себя этакого комсоставовского Отелло.

Но, похоже, что ему и не нужно было очень сильно напрягаться для этого, поскольку он и на самом деле был ужасным ревнивцем.

Похоже, что в 1937 году «ндравная» Анна Михайловна Власова объявила мужу, что ему ещё придётся пожалеть о своей измене.

Тогда Власов не решился перечить разгневанной супруге, но теперь, когда «своей честной работой, борьбой» заслужил прощение, он доходчиво разъясняет супруге, что имеет право надеяться на её верность.

Интересно, что особенно сильный приступ ревности к законной супруге Ане Власовой овладел генералом, когда он, с нетерпением ожидая разрешения от беременности Али Подмазенко, ласкал в постели Машу Воронову.

«Ты для меня всегда была святая, — написал он законной супруге 2 февраля 1942 года. — И сейчас надеюсь и уверен, что в эти дни, когда мы переживаем опасность ежеминутно, ты всегда и всюду будешь только моя, и больше ничья».

С юношеской пылкостью сорокалетний генерал - лейтенант требует от жены «немедленного» ответа:

«Напиши мне скорее искренно — по-прежнему ли любишь меня крепко и глубоко. Я только этого одного и хочу от тебя теперь услышать. Больше мне ничего не нужно. Итак, ответы жду немедленно».

По-видимому, письма жены не убедили Власова в крепости и глубине её любви, и подозрения вспыхнули в нём с новой силой.

Повод для подозрений комсоставовскому Отелло дал обратный адрес супруги.

С завидной настойчивостью, из письма в письмо, допытывается Власов, почему жена не даёт ему адреса, по которому проживает на станции «Сорочинская», а принуждает писать «До востребования»…

                          — из книги Николая Коняева - «Генерал из трясины. Судьба и история Андрея Власова. Анатомия предательства»

Это интересно?

0

85

Перебила номера - Угнала ..

Холодные звёзды промокли,
И в той квартире полумрак.
Открытые настежь окна,
Недопитый когда-то коньяк.

А помнишь наши встречи,
Мы говорили обо всём.
Ты держала меня за плечи,
Мы стояли, обнявшись, вдвоём.

Весна. Вдыхаю воздух сырой,
Воспоминания отчаянно кружат.
Ты изменилась, была другой,
Тогда, при встрече, два года назад
.

Ну вот и всё, я ухожу,
Навек забыв о том, об этом.
И встречи наши подобны миражу,
Лишь для тебя я стал поэтом.

Мы с нею встретились шутя,
Стоял холодный тихий март.
И понимали так нельзя.
Я долго думал, как же так.

                                              Письмо расставания (отрывок)
                                                      Автор: Каменева Ирина

Глава 7. Война… родился сын! ( Фрагмент )

Стояла неподвижная жара.

И он на полдня положил себя в прохладную ванну – купать горькое разочарование, поцарапанное самолюбие и заодно выдержать характер.

К вечеру не выдержал, облёкся в бежевый с огромными плечами костюм и постучал в номер к «ведьме с голубыми глазами» – так Миронову звали в театре.

Увидев его в громоздком костюме в тридцатиградусную жару, она посмотрела на него, как Ленин на буржуазию, поблагодарила за дары и между прочим заметила, что терпеть не может сухого вина.

Герой - любовник был уничтожен и пал духом, чего и добивалась голубоглазая ведьма.

Однако вечером после спектакля как-то неожиданно все собрались у Мироновой.

Пили сухое вино, болтали, смеялись – Маша была остроумна, весела и прелестна.

Стали расходиться.

Алик и Маша остались вдвоём, и тут объект страсти был взят.

Не выходили из номера ровно три дня. На четвёртый день от яркого солнца рано утром победитель открыл глаза.

Сладость и нега струились из всего его существа.

Сначала он почувствовал, что Маши нет рядом, потом услышал скрип пера, потом увидел её, сидящую за письменным столом: она что-то сосредоточенно писала.

– Маша, что ты делаешь? – с недоумением спросил Менакер.

Не отрываясь от своей работы, Маша ответила:

– Пишу письмо Мише Слуцкому! (Уже не мужу, а Мише Слуцкому!)
– А что за срочность? – спросил наивный Менакер.
– Я сообщаю Слуцкому о том, что мы должны расстаться. Разводимся!

У голубоглазой Маши был стратегический ум, о котором Менакер и не подозревал, и мгновенно победитель вдруг оказался побеждённым.

Ошарашенный Алик приподнялся в постели, что-то хотел сказать, но не успел.

– И ты садись и пиши то же самое своей жене.

В Ростове - на - Дону цвели акации душистыми гроздьями, и в чудной головке Маши крутился романс на эту тему и зрели хозяйственные ассоциации по поводу её с Менакером будущей жизни.

– Да, да! Всё правильно. Он – крышечка от моей кастрюлечки. Мы подходим друг к другу. Это то, что мне надо.

А чтобы крышечка была уже точно от кастрюлечки, Маша переименовала Алика в Сашу, тем самым отрывая его с корнями от прошлой жизни.

Маше Мироновой было тогда 29 лет, а Менакеру – 26.

Для того этапа жизни это была огромная разница – женщина в 29 лет, да ещё такая, как Мария Миронова, одним «щелчком по лбу» могла управиться с 26-летним самоуверенным артистом.

Она, как животное, нюхом улавливала все слабые и сильные стороны партнёра, мысленно пробегала по клавиатуре его психики, нащупывала нужную ей ноту и начинала играть.

И Саша (теперь уже Саша), вдохновлённый любовью, находил невероятные способы поразить воображение артистки Мироновой.

Каким-то образом он достал напрокат «Линкольн» (*), и они, как в американских фильмах, с открытым верхом шуршали шинами по благоухающему акациями Ростову, ездили купаться на левый берег Дона, ели клубнику и чёрную икру.

Вечерами перед спектаклем сидели на скамеечке под развесистым клёном и мечтали о совместном номере.

Тогда они и знать не могли, что «совместный номер» развернётся в самую популярную в стране эстрадную пару, их будет узнавать на улице каждый третий – Миронова и Менакер!

И спустя много лет в тихие часы они будут напевать:

«Улица Садовая, скамеечка кленовая, Ростов - город, Ростов - Дон».

И на протяжении сорока с лишним лет каждый год 20 июля Менакер будет посылать телеграммы:

«Дорогая Маша, поздравляю с нашим днём. Саша ».

Директор Гутман вёз в Москву письмо Маши Мироновой для Миши Слуцкого.

Дорога длинная, делать нечего, и он как-то невзначай сунул свой любопытный нос в конверт.

Театр, как и все театры, жил, нет, не жил – купался в такого рода событиях.

       — из автобиографической драмы Татьяны Егоровой, актрисы театра и кино, журналистки и писательницы - «Андрей Миронов и я: роман - исповедь»
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Каким-то образом он достал напрокат «Линкольн» - Lincoln — американский бренд роскошных автомобилей, дочернее подразделение компании Ford Motor Company. Ориентирован на выпуск автомобилей класса люкс.

Это интересно?

0

86

Пока за него ещё молятся

Пока Земля ещё вертится —
Господи, твоя власть! —
дай рвущемуся к власти
навластвоваться всласть,
дай передышку щедрому,
хоть до исхода дня.
Каину дай раскаяние…
И не забудь про меня.

Я знаю: ты всё умеешь,
я верую в мудрость твою,
как верит солдат убитый,
что он проживает в раю,
как верит каждое ухо
тихим речам твоим,
как веруем и мы сами,
не ведая, что творим!

                                 «Молитва (пока Земля ещё вертится)» (отрывок)
                                                          Автор: Булат Окуджава

21 ноября

Сегодня, ровно в 9 час. утра, ко мне приехал князь Юсупов.

Это молодой человек лет 30-ти в форме пажа, выполняющий, очевидно, военный ценз на звание офицера.

Мне он очень понравился и внешностью, в которой сквозит непередаваемое изящество и порода, и, главным образом, духовной выдержкой.

Это, очевидно, человек большой воли и характера: качества мало присущие русским людям, в особенности из аристократической среды.

Он просидел у меня более двух часов.

«Ваша речь не принесёт тех результатов, которых вы ожидаете, — заявил он мне сразу.

— Государь не любит, когда давят на его волю, и значение Распутина, надо думать, не только не уменьшится, но, наоборот, окрепнет, благодаря его безраздельному влиянию на Александру Фёдоровну, управляющую фактически сейчас государством, ибо государь занят в ставке военными операциями».

«Что же делать?» — заметил я.

Он загадочно улыбнулся и, пристально посмотрев мне в глаза немигающим взглядом, процедил сквозь зубы: «Устранить Распутина».

Я засмеялся.

«Хорошо сказать, — заметил я, — а кто возьмётся за это, когда в России нет решительных людей, а правительство, которое могло бы это выполнить само и выполнить искусно, держится Распутиным и бережёт его, как зеницу ока».

«Да, — ответил Юсупов, — на правительство рассчитывать нельзя, а люди всё - таки в России найдутся».

— «Вы думаете?»
— «Я в этом уверен, и один из них перед вами».

Я вскочил и зашагал по комнате.

«Послушайте, князь, этим не шутят. Вы мне сказали то, что давным - давно сидит гвоздём в моей голове. Я понимаю не хуже вашего, что одними думскими речами горю не помочь, но утопающий хватается за соломинку, и я за неё схватился.

Выход, о котором вы говорите, не представляется для меня неожиданным, больше того, несколько лет тому назад, при жизни покойного В. А. Дедюлина, бывшего, как вы знаете, дворцовым комендантом, я специально ездил к нему в Царское Село, состоя с ним в близких отношениях, исключительно затем,

чтобы убедить его в необходимости немедленно ликвидировать Распутина, создав для этого подходящую обстановку, ибо уже и тогда мне было ясно, что Распутин является роковым человеком для династии и, естественно, для России».

«И что же?» — спросил Юсупов.

― «Как видите, ничего: Распутин жив и по сей день. Дедюлин, очевидно, не дерзнул взяться за это дело, ибо ужас положения в том, что масса высших сановников наших типа Саблеров, Раевых, Добровольских, Протопоповых, Штюрмеров, Воейковых строят свою карьеру на Распутиных,

и малейшая оплошность лица, которое пожелало бы избавить Россию от этой язвы, стоила бы головы инициатору, с одной стороны, и с другой — содействовала бы вящему укреплению значения при дворе этого гада».

«Вы правы, — заметил Юсупов. — Знаете ли вы, что Распутин охраняется сыщиками, поставленными со стороны трёх учреждений?»

«Что вы!»

«Да, да. Его охраняют шпики от министерства императорского двора, по желанию императорского двора; по желанию императрицы, шпики от министерства внутренних дел и шпики от… отгадайте, от кого ещё?»

«Не сумею вам сказать!»

«Не удивляйтесь!.. И шпики от банков».

Я усмехнулся.

«Князь, — заметил я, — я перестал удивляться чему бы то ни было в России.

Я ничего не ищу, ничего не добиваюсь, и если вы согласны принять участие в деле окончательного избавления России от Распутина, то вот вам моя рука, обсудимте все возможности этой операции и возьмёмся за её выполнение, если найдём ещё несколько подходящих лиц, не привлекая к делу никого из слуг в целях соблюдения тайны».

«Двоих я могу уже вам указать, — с живостью заметил Юсупов, пожимая мне руку.

— Если вы свободны сегодня, приезжайте ко мне, они у меня будут, и вы с ними познакомитесь.

Мы обсудим вопрос, и если четырёх нас окажется мало, то подыщем ещё кого - либо из наших друзей, а я вам сообщу мой план, исполнимость коего будет находиться в прямой зависимости от степени душевного спокойствия Григория Ефимовича и желания его посетить мой дом вечером в один из ближайших дней».

На этом мы расстались.

                                                 — из  книги Владимира Митрофановича Пуришкевича - «Убийство распутина (из дневника)»

( кадр из фильма «Распутин» 2013 )

Это интересно?

0

87

У матросов нет вопросов ( © )

Будда медитировал шесть лет, и медитировал интенсивно, тотально. И тогда в нём возникло осознание: «Что я делаю?  ( © )

Мой старпом - жена моя
Отдала вчера приказ:
Не шуми и не стучи
Утром рано водолаз!
Режим такой на корабле
Называют - "Т и ш и н а !"
Чтобы враг не обнаружил,
Чтоб ковид не отутюжил.
Моряка на склоне лет,
И молчит мой пистолет!
Потому всю ночь молчу,
Зубы сжал и не кричу.
Отдыхает пусть старпом -
Мы пойдём другим путём:
Сэм эс ок настрочу
У меня их океан.
Без оплаты трафик дан.
Пью любовное вино,
Вот такое, брат, кино!

                                         Мы пойдём другим путём
                                            Автор: Леонид Митенев

Профессор в армии. Притча в изложении Ошо.

Личность — это сам цвет бытия. Выше неё ничего нет.

Однако никакая культура, никакое общество и никакая цивилизация не согласится принять эту простую истину.

Профессора заставили.

— Я не способен воевать, — протестовал он. — Я могу спорить. Я же логик. Если вам понадобится некто, способный сразиться с врагом в споре, я к вашим услугам. Но воевать не по мне. Воевать — это варварство.

Однако никто не стал его слушать, и, в конце концов, он был препровождён на плац.

Начался парад, и командующий воскликнул: «Налево!»

Все повернулись налево, и только профессор остался стоять, как стоял.

Командующий слегка обеспокоился: «В чём дело? Он что, глухой?»

И он ещё громче воскликнул: «Теперь снова налево!»

Все снова повернулись налево.

Профессор же не изменил позы, будто ничего не слышал.

«Вперёд! Назад!» — командующий отдавал приказы, и все им подчинялись.

Профессор оставался на месте.

Это был известный профессор. Его знал даже командующий.

С ним нельзя было обращаться как с обычным солдатом, поскольку он имел определённый вес в обществе.

В конце концов, когда парад окончился, и все стали в исходное положение, командующий подошёл к профессору и спросил:

— У вас что-то не в порядке с ушами? Вы что, не слышите?
— Слышу, — ответил тот.

— Но почему же тогда вы оставались на месте и не подчинялись командам? — возмутился командующий.
— А какой смысл? — отвечал профессор. — Ведь всё равно в результате всех этих движений вперёд, назад, налево, направо, все вернулись в исходное положение и ничего не достигли.

— Дело тут не в достижении, а в обучении, — пояснил командующий.
— Но я не нуждаюсь ни в каком обучении, — возразил профессор. — Какая тупость! Прийти на то же самое место в результате дурацких выкрутасов, в коих я не усматриваю ни малейшего смысла. Не могли бы вы мне объяснить, зачем я должен крутиться влево и вправо? — Странно, — удивился командующий, — ни один солдат подобных вопросов не задаёт.

— Я не солдат, а профессор, — возразил тот. — Меня вынудили здесь присутствовать. Но совершать вещи, противные моему разуму, вам меня не заставить.

Тогда командующий обратился в высшие инстанции:

— Что мне с ним делать? Он может негативно повлиять на окружающих. Все насмехаются надо мной и говорят:

«Молодец, профессор!»

Я не в силах с ним справиться. Он задаёт вопросы… Всё ему надо объяснять:

«Пока я этого не пойму, пока мой интеллект это не одобрит, я не собираюсь делать этого!»

— Я знаю этого человека, — сказал главнокомандующий. — Это великий логик. Всю свою жизнь он только и делал, что упражнялся в постановке вопросов ко всем жизненным явлениям. Не волнуйтесь. Я возьму его на себя.

Он вызвал профессора к себе в кабинет и сказал:

— Я весьма сожалею, но тут уж ничего не поделаешь. Вы призваны в армию. Стране нужны солдаты. Но я дам вам работу, которая не создаст проблем ни для вас, ни для окружающих. Следуйте за мной в армейскую столовую.

Приведя туда профессора, он показал ему большое ведро зелёного горошка.

— Сделайте вот что, — обратился он к профессору. — Садитесь сюда и переберите этот горох: большие горошины кладите с одной стороны, маленькие — с другой. А через час я приду взглянуть, как у вас продвигается работа.

Через час он вернулся. Профессор остался на прежнем месте. Горох тоже.

— В чём дело? Вы и не думали приступать к работе! — возмутился главнокомандующий.

— Заявляю вам первый и последний раз: до тех пор, пока вы мне не объясните, — сказал профессор, — зачем я это должен перебирать, вы оскорбляете мой интеллект. Я что, идиот, горох перебирать? Более того, возникают ещё кое - какие проблемы. Пока я тут сидел, я подумал, что если есть в этом некая необходимость, остаётся решить кое - какие вопросы.

Есть большие горошины, есть маленькие, но есть ещё множество горошин других размеров. А как быть с ними? Вы не дали мне никакого критерия.

Мистическая школа, духовный путь — это не путь солдата. Здесь приказы запрещены. Здесь апеллируют лишь к сознательности. Решение всегда остаётся за вами.

Только псевдомастера станут отдавать вам приказы, поскольку они не в силах удовлетворить ваше сознание.

Подлинные мастера всегда в состоянии сделать это, а затем предоставить вам решать самостоятельно. Это ваша жизнь, и окончательное решение должно оставаться за вами и ни за кем иным.

Вы должны возлагать ответственность на собственные плечи.

Так что от настоящего мастера приказов вы не дождётесь.

                                                                                                                                                                           Источник: Притчи.ру

( кадр из фильма  «Джентльмены удачи» 1971 )

Это интересно?

0

88

Охотник под ночным созвездием

Ты в моих глазах увидишь веру,
Но не в жизнь и даже не в себя.
Это вера в голубое небо,
Это вера в звёзды и моря.

Всё что вижу и о чём мечтаю,
Всё что слышу, всё что берегу,
Всё во мне, я чувствую, я знаю,
И как будто я лететь могу!

Ты не осуждай меня, не надо,
Я люблю на небеса смотреть,
Там я вижу жизненные тайны,
И как будто я могу лететь!

                                                             В моих глазах
                                                    Автор: Анастасия Малая

Глава 10. «Желаю славы Я!» ( Фрагмент)

Дома Дон Жуан включил музыку и воду:

– Саския (*), иди сюда, на колени!

Я уселась поудобнее к нему на колени.

Он стал целовать руку, кусать рукав, потом укусил в плечо вместе с платьем, ухо, нос…

Он не переставал играть.

Но когда мы стали гнуться из вертикального положения в горизонтальное, я вырвалась, побежала в другой угол комнаты и заявила:

– Нет! Мужчина – охотник! Побегай за мной!

Он бегал за мной по восемнадцатиметровой комнате, по маленькому коридорчику, опять по комнате, по кухне, опять по коридорчику.

Задыхались от смеха.

А утром под музыку Рэя Чарльза, оба в полосатых пижамах, обнявшись, дотанцовывали вчерашний танец.

– Что тебе показывали во сне? – спрашивал он…

Но надо было позвонить родителям.

– Аллё, мама, это я. Как вы? Что такое? Почему такой крик? Я скоро приеду.

Глаза его потухли, на лицо легли тень и боль, как будто его дёрнули за строгий ошейник.

– Ты где встречаешь Новый год? – спросил он осторожно.

Я ждала этого вопроса и, чтобы его успокоить, что я ни с кем-то там танцы - шманцы - обжиманцы, сказала:

– Если не с тобой, то у брата.
– Я должен быть с родителями. У нас будут гости и Чек с женой. Я всегда встречаю все праздники с родителями. Но если хочешь, я за тобой заеду часа в два
ночи, и мы поедем на Воробьевы горы.
– Конечно, хочу!

Но мой внутренний цензор сообщал:
_______________________________________________________________________________________________________________________________________

«Да-а-а! Чтоже это такое? Такая зависимость от родителей! И я заметила, когда их нет в Москве, он живой, естественный, свободный! А когда они приезжают, сажают его на цепь.

Он становится дёрганым, и проявляется печать страдания на лице».
________________________________________________________________________________________________________________________________________

Мне такие отношения казались дикими – с детства я была совершенно самостоятельным существом и предоставлена сама себе.

И где-то в непроявленном мире моего бессознательного его акции падали.

Новый, 1967 год пришёл в ясную и морозную ночь.

Я сидела у брата как на иголках, но в 12 часов 20 минут он мне позвонил, и в два часа мы были на Воробьевых горах, на смотровой площадке.

Совершенно одни. Мороз щипал нос и щёки.

Перед нами лежала Москва.

– Ты стоишь сейчас, как Растиньяк над Парижем… Помнишь, он поклялся, что возьмёт Париж! Ты тоже можешь поклясться…
– … Что возьму Москву? Кляну-у-у-у-у-у-у-усь! – раздалось над всей Москвой.

Мы одновременно подняли головы. Над нами висела Большая Медведица.

– Помнишь?
– Помню.
– Пей, Танечка, шампанское из этого ковшика, оно всегда здесь для тебя, даже когда я умру…
– Да ну тебя… Пей, ты первый! Большая Медведица, с Новым годом! Счастья тебе в семейной и личной жизни!

– Мы орали Большой Медведице, что мы её любим, что она наша родина и что мы не умрём, а переселимся в это созвездие и будем купаться в этом ковшике, наполненном шампанским.

   — из автобиографической драмы Татьяны Егоровой, актрисы театра и кино, журналистки и писательницы - «Андрей Миронов и я: роман - исповедь»
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) – Саския, иди сюда, на колени! - Саския ван Эйленбюрх — первая и единственная официальная супруга Рембрандта. Она была не только женой, но и главной музой художника. Её образ появляется на многих картинах Рембрандта: то в образе библейской героини, то в роли изысканной дамы в роскошных нарядах.

Это интересно?

0

89

С братцем в другом регистре ( © )

Не зря я музыке училась,
Не зря я мучила рояль...
Всё в жизни очень пригодилось.
Мне сил затраченных не жаль.

Играла гаммы и этюды,
Старалась изо всех я сил.
Я знала, что всё ещё будет.
И вот меня ты оценил.

За тонкую мою натуру,
В ней отражение нашёл.
Мелодии любви фактуру
В другой регистр перевёл.

                                                   Не зря я музыке училась ...
                                                            Автор: Лоссенару

Глава 13. Брат Кирилл ( Фрагмент )

Вальс, вальс, вальс…

– Одна барышня, – начала я под умновскую водку, – собиралась на свой первый бал…

«Бабушка, что мне делать? Как мне себя вести, если меня кавалер пригласит на вальс? Что я должна говорить?»

Бабушка отвечает:

«Как положено светским людям, сначала поговори о погоде, потом о музыке… и в конце – что - нибудь остренькое!»

Наступил бал. Барышню пригласил кавалер. На вальс.

Она улыбается и говорит: «Какая чудная погода. Училась музыке три года. Бритва!»

Умнов даже поперхнулся дымом от сигареты.

Глотнули «умновской», Андрей взял меня за руку и деловито повёл в другую комнату.

Подвёл к окну и закрутил нас в плотную зелёную занавеску.

В такой мизансцене мы ещё не целовались…

– Ой, у меня лихорадка! – пискнула я.

Тут же влетел Кирилл, раскрутил нас:

– Ты уже закручивался с ней, теперь я закручусь

Меня удивило, что Андрей его не остановил.

«Моё! – сказал Евгений грозно» тоже не прозвучало.

Я выскользнула от них и побежала к Умнову в другую комнату.

Все притязания Кирилла я превращала в шутку и дуракавалянье.

Вечером, напившись умновской водки, мы подъехали к моему подъезду.

– Выходи за меня замуж! Я тебя люблю! – это сказал сидящий сзади Кирилл.

Образовалась пауза. Я посмотрела на Андрея.

– Очень милая будет парочка! – сказал он, веселясь. – Карандаш и Карандашиха! Дети у вас тоже будут карандашата?

Таким образом, посредством известного клоуна Карандаша, который отличался маленьким ростом, брат врезал брату кулаком в морду.

– Да, да! Карандашата! – воскликнула я с повышенной экзальтацией, чтобы обезвредить злую шутку и добавить к росту Кирочки сантиметров двадцать.

– Завтра я вас приглашаю обедать в «Метрополь», – ответил на удар Кирилл.

А Андрей продолжал:

– Как говорил дед Семён: «Всё пгодать и жьить миллионером»!

Танечка, ты знаешь, когда я собирался выйти на свет Божий, вся еврейская семья во главе с дедом Семёном вопила:

«Это будет ужжье не гебёнок!»

Ты видишь, как меня ждали в этой жизни?

Три дня мы втроём колесили по Москве или по лезвию бритвы.

Эта рискованность завораживала нас всех.

Кирилл выскакивал из машины, покупал мне фиалки и очень напористо, с интервалом в час, приглашал замуж.

– Зачем он тебе нужен? – кивал он на Андрея. – Он же бабник! Маменькин сынок, он тебе всю жизнь испортит!

После таких пассажей мы дружно смеялись – так разряжалась общая нервозность.

– Ленинград – прекрасный город! Родим детей… Я тебя устрою в Театр комедии, будешь играть у Акимова, а не у вашего прыща. Я хорошо зарабатываю! И ты будешь обеспечена! Потом, я – добрый, а он – жадный.

И опять смеёмся взахлёб.

У меня ощущение, что я проиграла сцену с Белогубовым из «Доходного места».

Мысленно вопию к Елене Семёновне: «Где ты, «Заратустра»?»

В душу вкрадывается искушение «сделать выстрел» если уж не во французской опере, так хотя бы в Кировском театре оперы и балета в Ленинграде!

Смотрю на растерянный профиль Андрея – он из последних сил пытается придать лицу бесстрастность, и мне хочется рыдать от любви к нему и ещё непонятно отчего.

   — из автобиографической драмы Татьяны Егоровой, актрисы театра и кино, журналистки и писательницы - «Андрей Миронов и я: роман - исповедь»

( кадр из фильма - спектакля «Доходное место» 1981 )

Это интересно?

0

90

Трудящийся

Ходит ослик за морковкой.
Крутит колесо.
Без желанья, без сноровки
крутит колесо.
И остановиться б надо.
К чёрту колесо!
Но, морковка сладким ядом
крутит колесо.

                                                       ослик
                                         Автор: Леонид Беляев

Что отличает человека от животного?

Естественно, способность к осознанной деятельности, я бы сказал труд.

Труд – важная составляющая в жизни каждого человека. Без труда человек не может существовать.

Сами того не замечая, мы трудимся.

Труд – это не только одно из отличий человека от животного, но и важный процесс в нашей жизни.

Труд бывает разный: физический и умственный.

Физическим трудом мы развиваем свои мышцы, своё тело, свои физиологические возможности.

С помощью умственного труда мы развиваем в себе мышление, становимся способны мыслить, получаем и анализируем новые знания.

Физический и умственный труд взаимодополняют друг друга. Животное тоже физически трудится, к примеру, бобёр строит плотины.

Но их умственные возможности ограничены, им некуда развиваться.

То, что дала им природа, им это не превозмочь.

Человек – поистине творец, ему присуще творческое мышление. Человек может как создавать, так и разрушать.

Человеку необходимо развитие, причём развитие не только физическое, но и духовное.

Задача каждого человека – созерцать окружающий его мир, познавать природу, получать новые знания, построить ту самую обитель, в которой он сможет спокойно жить и существовать.

Отсюда и следует важное мое замечание: «Государство должно быть, как монастырь».

Посмотрите на жизнь монахов, они живут во труде. Труд – обязательная составляющая их жизни.

Они не могут позволить себе лениться. То, что посеют, то и пожнут.

Монахи развиваются, как и положено, физически и духовно.

Пребывая в молитвах, затем идя на работу они живут, как настоящие живые искренние люди.

Это и есть то идеальное человеческое общество.

Также и государство должно представлять из себя некую обитель, где каждый гражданин (я буду называть просто «человек») будет иметь обязательную норму физического труда, а также норму умственного и духовного развития.

                                                                                                                                                                         Человек трудящийся (отрывок)
                                                                                                                                                                                Автор: Тихонов Артём

Это интересно?

0