Нет, счастье его не за горами ( © )
Опять просыпается вредная тётка:
Уборка, готовка, порвались колготки...
На двадцать минут задержалась маршрутка...
Чему улыбаться, когда не до шуток?
Хохочут девчоночки на остановке,
А ей не под силу — смеяться неловко...
Степенно шагает с утра на работу.
А дома — уборка, готовка, колготки
Купить бы успеть... И опять побежала.
И так ежедневно по кругу — сначала.
Работа и дом, магазин, остановка.
Улыбка? Забыла и как-то неловко...
Отвыкла. Не вредная. Просто устала.
А надо любви бы — так много!.. так мало!
А надо, чтоб кто-то с утра улыбнулся,
Чтоб ласковым взглядом к душе прикоснулся.
И сразу купить запасные колготки...
Мечтает о радости «вредная» тётка.
Вредная тётка
Автор: Галина Бантус
Отлучение от мечты ( Фрагмент )
В понедельник после первой смены в кабинете физики проходил педсовет.
Служкин явился в числе первых и занял заднюю парту.
Кабинет постепенно заполнялся учителями.
В основном это были пожилые тётеньки с добрыми лицами и женщины средних лет с размашистыми движениями и сорванными голосами.
Пришли физрук и две физручки – все трое похожие на лошадей, одетые в спортивные костюмы, со свистками на груди.
Молоденьких учительниц тоже было порядком, но в их облике не хватало какой-то мелочи, отчего даже самые симпатичные из них вызывали желание лишь крепко пожать им руку.
Вошёл директор, блестя очками.
Затем, беседуя одновременно с двумя или тремя учителями, вплыла Роза Борисовна.
Все расселись, шум голосов затих, и только педсовет начался, как в дверь постучали.
Угроза тихо закипела.
– Прошу прощения, – направляясь вдоль стены в глубь класса, хладнокровно сказала опоздавшая учительница.
– Педсовет для всех начинается в одно и то же время, Кира Валерьевна, – ледяным тоном сказала Угроза.
Служкин с интересом уставился на Киру Валерьевну, которую до сих пор ещё не встречал в учительской.
Строгий чёрный костюм и отточенная, надменная красота Киры Валерьевны не оставляли сомнения в её праве опоздать на минуту, на час, на год на все педсоветы мира.
Кира Валерьевна села за соседнюю со служкинской парту и невозмутимо раскрыла перед собой яркий журнал мод.
Служкин не слушал, что говорили Угроза и директор.
Он смиренно сложил руки и глядел в окно.
За окном стоял холодный осенний день и была видна лишь бесконечная линия верхних этажей длинного высотного дома.
Его крыша как ватерлиния отсекала нижнюю часть сизого облака, которое медленно ехало вдоль небосклона.
Облако напоминало авианосец, и на фоне этого дрейфа профиль Киры Валерьевны выглядел особенно выразительно.
От созерцания профиля Служкина оторвало собственное имя, произнесённое Розой Борисовной.
Служкин перевёл взгляд.
– … вопрос с дисциплиной тоже стоит довольно остро, – говорила Угроза.
– Я понимаю, что Виктор Сергеевич не имеет никакого опыта педагогической деятельности. Но ведь уже прошёл определённый срок, что позволяет спросить о результатах. Учителя соседних классов жалуются на постоянный шум в кабинете географии.
Кабинет географии находился в тупике коридора, а рядом с ним был только кабинет истории.
Историчка сидела со страдальческим выражением лица и не глядела на Служкина.
– На уроках географии стиль общения учителя с учениками весьма фриволен, – продолжала Угроза.
– Учитель, не соблюдая дистанции, держит себя наравне с учениками, вступает в перепалки, сидит на столе, отклоняется от темы урока, довольно скабрезно шутит, читает стихи собственного сочинения…
Среди учителей послышался шум и смешки.
Служкин окаменел скулами, глядя в никуда, но краем глаза увидел, что профиль на фоне авианосца на некоторое время превратился анфас.
- Естественно, что подобное поведение учителя провоцирует и учеников.
Следствие того – катастрофическое падение дисциплины и очень слабая успеваемость.
А в пятницу мне сообщили, что в ближайшем будущем Виктор Сергеевич планирует ещё и туристический поход с девятым «бэ».
Причём посоветоваться с администрацией он не счёл нужным.
Но как можно допустить этот поход?
Я не ставлю под сомнение туристический опыт Виктора Сергеевича, но если у него в путешествии будет такая же дисциплина, как в школе, то это может закончиться катастрофой.
Я не дам добро на подобное мероприятие.
Разделав Служкина, Угроза переключилась на другую тему.
— из романа Алексея Иванова - «Географ глобус пропил»
( кадр из фильма «Завтрак на траве» 1979 )







