Технические процессы форума "Ключи к реальности"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Вспомнить всё

Сообщений 31 страница 49 из 49

31

Наценка и прочие "Раячки" с повышенными не трудовыми доходами

Есть такая вещь – «маржа».
Не расскажешь, не поржа!

Велика порой «маржа» -
Словно яйцы у моржа.

Широка и глыбока,
Как сибирская река.

А порой «маржа» мала,
Словно хвостик у осла.

Прибыль с разницы - в кулак,
На копейку иль пятак.

Впрочем, хрен нам с той «маржи»?
Лучше ты над ней поржи...

                                                                    МАРЖА
                                                             Автор: Афоня

― Дело № 1 ― ЧЁРНЫЙ МАКЛЕР Глава 10 ( Фрагмент )

Вера Георгиевна кивала, держа под носом платок.

— Он мальчик легкомысленный. Но то, что про него говорили все эти — что он держал их в руках и командовал и всякие подлости — быть того не может!
— Нет, он не такой! Врут они, сволочи!

— Да - да, особенно этот Шахов, которого освободили, отвратительный тип! Представляете, собственная тёща назвала его проходимцем! Удивляетесь, откуда я знаю? Мы случайно сидели рядом в коридоре, разговаривали.

— Вообще, тёщи — народ пристрастный, но Шахов действительно тот ещё фрукт! Остальные тоже Косте очень повредили, надо его выручать.
— Думаете, удастся?

Томин наклонился к собеседнице и «посвятил её в тайну»:

— Есть идея. Надо ему кое - что передать с верным человеком. Костя скрылся, когда меня услали в командировку — я уже говорил, — и вот…
— Сначала я не вполне вам поверила, извините. Скажу, пожалуй. Действуйте через Раечку. Вы знакомы?

У Томина зачастил пульс.

— Да ведь он последнее время с Тоней, а до того с Катей! Раечкиного у меня даже телефона нет!
— Тогда я предупрежу. Вот её адрес. Часов в пять вас устроит?

— Да, спасибо, — он поднялся, собираясь отчалить, но вспомнил: — Вера Георгиевна, мне бы напечатать конфиденциальную бумажку. У вас машинки нет?

Тётушка развела руками.

В половине пятого в дверь к Раечке позвонили, и она отперла.

Бесцеремонно втиснулся рослый мужчина лет тридцати с мясистым красным носом.

— Если не ошибаюсь — Рая?

Та кивнула.

— Мне к вам посоветовали. Я старый друг Константина Шутикова.
— Можете не шептать, соседи в кино. Проходите, Вера Георгиевна меня предупредила.

— Вера Георгиевна? — он пытался скрыть замешательство. — А-а, ну да… Понимаете, мне надо срочно встретиться с Константином. Ради его же блага.
— А как ему сказать — кто хочет встретиться?

— Видите ли… он поймёт… Разрешите? — мужчина поспешно закурил — трусил.
— Да?.. Кажется, вы что-то хотели ему послать? — озадаченно спросила она.

— Послать? А-а, ну да, — достал две бумажки по двадцать пять рублей. — Вот. Но главное — надо встретиться!

Та машинально взяла деньги.

— Зайдите завтра. В это же время, хорошо?
— Непременно!

Сунул недокуренную сигарету в пепельницу и был таков.

Девушка всё ещё с сомнением разглядывала деньги выпуклыми овечьими глазами, а он уже звонил из автомата:

— Михал Борисыч? Порядок, нашёл девку, которая знает. Завтра обещала сказать. Но это мне стоило… сто рублей.

Голос Шахова ответил:

— Можешь дать ещё, но никаких «завтра»! Она его спугнёт! Добейся ответа немедленно! Любыми средствами!

Между тем к Раечке пожаловал Томин — весь благожелательность и обаяние.

Услыхав, что он тоже друг Коли, Раечка уставилась подозрительно.

— Разве Вера Георгиевна… она ведь обещала предупредить.

Раечка испуганно ощупала в кармане деньги.

— Про вас?!

— Ну, конечно. Ровно пять. Я был в длительной командировке и ничем не мог помочь, даже не знал. Но теперь… — он замолк перед явной растерянностью девушки, потом заметил тлеющий окурок, осенило: — К вам кто-то приходил? И вы решили, что это я?

— Никто ко мне не приходил! Какое вам дело? — закричала она.
— Вы дали ему Костин адрес? — ахнул Томин.

— Ничего я не давала, ничего не знаю! И вообще, не впутывайте меня! Разбирайтесь сами! — Она перешла в наступление: — Кто вы такой? Я вас никогда не видела! Как вас зовут?

                                                                       -- из детективного сборника Ольги и Александра Лавровых - «Следствие ведут ЗнаТоКи»

( кадр из фильма «Зигзаг удачи» 1968 )

Вспомнить всё

0

32

А он сейчас из «Запорожца» звонит Тебе по номеру 07

- Алло. Евгений?! Что-то не припомню…
Ах, ты, Лукашин! Господи, прости!
Я дома с мужем, вдруг звонит любовник,
И начинает сущий бред нести!

                                                                          Галя. Ирония судьбы или с лёгким паром (отрывок)
                                                                                                 Автор: Маришель Котюхер

Игорь Кириллов представляет новую модель автомобиля Запорожец

Жёлтый «Запорожец» мчался по шоссе.

В нём сидели Валико и Зарбазан. Валико пел.

...«Запорожец» стоял возле магазина «Универсам».

В нём, прижавшись мордой к стеклу, сидел Зарбазан.

Валико и молоденькая продавщица в белом халате вынесли из магазина большой мешок муки.

Бросили в багажник. Валико поцеловал продавщицу в щёчку.

... На краю пыльной базарной площади стояла деревянная будка с вывеской, на которой на трёх языках — грузинском, русском и английском — было написано:

«Головные уборы».

Хозяин мастерской, худой носатый мужчина в очках, Дмитрий Георгиевич Такаишвили, по прозвищу Кукуш, двумя руками натягивал модельную кепку на лысую голову клиента.

Возле будки остановился «Запорожец», и в мастерской появились Валико и Зарбазан.

— Привет, — поздоровался Валико, садясь на стул.
— Скажи ему, пусть уйдёт, — велел Кукуш, кивнув на Зарбазана. — От него сыром воняет. И так дышать нечем.
— Иди, — Валико вытолкнул Зарбазана ногой.

Кукуш наконец натянул кепку на клиента, повернул его к зеркалу:

— Ну вот, совсем другой человек, а?
— Всё равно немножко жмёт, батоно Дима, — деликатно возразил клиент.

— Дорогой мой, — покровительственно улыбнулся Кукуш, — сейчас лето, жара. От тепла предметы расширяются. А эта кепка зимняя. Зимой у тебя голова будет меньше. Иди.
— Спасибо большое, батоно Дима! До свиданья, — сказал клиент и пошёл.

В дверях он захотел снять кепку, но та не поддавалась.

— Зимой, зимой,— напомнил Валико.

В витрине магазина «Мясо» липучкой было приклеено объявление:

«Имеется в продаже свежий бараний ум!»

Кукуш и Валико вошли в магазин, поздоровались за руку с продавцом.

В подсобном помещении, где висели бараньи туши, Кукуш, подойдя к телефону, набрал 07 (*).

— Роза! Я Кукуш! Тбилиси хочу. Тётю Нину... Жду... — Он повернулся к Валико: — Армянин, азербайджанец и грузин поспорили, какой народ древнее... Алло! Тётя Нина! Здравствуйте, как поживаете?.. А как тётя Лена и тётя Вера?.. Спасибо, я тоже ничего. Тётя Нина, у меня к вам маленькая просьба. В Тбилиси на четвёртую базу завезли тульские школьные парты...

— Экспериментальные, — подсказал Валико.

— Экспериментальные. Надо, чтобы их в первую очередь выделили нашему району. У нас в Минпросе кто - нибудь есть?.. А где есть?.. В молочном комбинате? Ещё лучше! Пусть они позвонят — им никто не откажет!

— В крайнем случае, можно только для одной школы, — сказал Валико.

— Отстань, — отмахнулся Кукуш. — Это я не вам! Тётя Нина, ещё маленькая просьба. Пусть они ещё позвонят в потребсоюз, чтобы мне выдали за наличный расчёт тридцать пять метров латышского букле (**) «Викинг», цвет беж, и сорок катушек нитки «Пролетарочка»...

«Запорожец» мчался по шоссе со скоростью сто километров.

Валико нервно поглядывал на часы. Он опаздывал.

Из будки ГАИ вышел инспектор и поднял палец. Валико затормозил и радостно заулыбался.

— С какой скоростью ехали? — спросил инспектор.
— А! Васо, дорогой, слушай новый анекдот: грузин, армянин и азербайджанец поспорили...
— Знаю, — сказал инспектор. — Права.

Валико нехотя протянул документы. Инспектор раскрыл права.

С фотографии на него смотрел Гиви Иванович.
                                                                                                                 -- из киносценария Реваза Левановича Габриадзе - «Мимино»
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Кукуш, подойдя к телефону, набрал 07 - В СССР номер 07 использовался для заказа междугородных и международных звонков через оператора. Эта служба позволяла осуществлять соединение по заказу: абонент диктовал город, номер и имя абонента, которого хотел услышать. Телефонистка выполняла соединение, набирая другого оператора, а связь между городами поддерживалась через магистральные линии телефонной связи.

(**) тридцать пять метров латышского букле - Букле — ткань с характерной неоднородной поверхностью с торчащими петельками, узелками, завитками. Слово «bouclé» с французского переводится как «локон», «завиток» — название отражает внешний вид ткани.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из фильма  «Ирония судьбы, или С лёгким паром!» 1975 )

Вспомнить всё

0

33

Зависть ослов

Есть в небе бык Первин — созвездие Плеяд,
А на рога другой взял Землю, говорят…
Открой же взор души, открой глаза сознанья,
Как те, сподобился кто истинного знанья, —
И посмотри-ка там, меж этих двух быков,
На горсть ничтожную ослов!

                                                                          из стихотворного цикла "О невежестве"
                                                                                             Автор: Омар Хайям

«Яды, или Всемирная история отравлений» на телеканале «Мосфильм. Золотая коллекция».

2 Книга вторая. БЫК НА ЛУГАХ. Глава 5. ВТОРЖЕНИЕ ФРАНЦУЗОВ ( ФРАГМЕНТ )

... город переживал период упадка, но острый взгляд Александра VI (*) сумел распознать его стратегическое значение.

Орвието легко можно было превратить в крепость, в форпост, прикрывающий подступы к Риму, и папа приказал немедля начинать строительные работы по возведению новых укреплений и починке стен.

Чезаре остался там — для наблюдения за точным и быстрым исполнением воли его святейшества.

Видимо, ему удалось завоевать доверие жителей, так как следующим летом в Ватикан явилась депутация из Орвието, которая обратилась к папе с просьбой назначить комендантом новой крепости кардинала Валенсийского, уважаемого и любимого всеми горожанами.

Разумеется, довольный папа удовлетворил ходатайство.

К этому времени относится ещё один эпизод созидательной деятельности Александра, ставший впоследствии основой лживого, но на удивление стойкого слуха.

Всё началось с того, что папа, соблюдая добрую традицию, задумал украсить Ватикан каким - нибудь новым зданием.

Вскоре к небу поднялась величественная Башня Борджа, для внутренней отделки которой Александр пригласил в Рим Пинтуриккьо (**), Перуджино, Вольтеррано и Перуцци.

В своей книге «Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих» Вазари (***) сообщает нам,

что на дверях одной из зал Пинтуриккьо изобразил Джулию Фарнезе (****) в образе Девы Марии, а перед ней — коленопреклоненного Александра VI в полном облачении.

Этот анекдот столетиями вызывал смех, а то и возмущение благочестивых читателей.

В самом деле, что можно сказать о папе римском, бесстыдно заказавшем собственный портрет в обществе любовницы!

Нам оставалось бы только разделить негодование критиков и обвинителей Борджа, если бы не одно обстоятельство: картины означенного содержания нет и никогда не было.

В действительности речь идёт о двух разных картинах — правда, обе они созданы Пинтуриккьо.

На одной из них мы и впрямь видим Мадонну, наделённую прелестными чертами Джулии Фарнезе, но едва ли кому - нибудь придёт в голову осуждать художника за недостаточное внимание к нравственности его модели.

А на другой картине, находящейся, кстати, в ином помещении, изображён папа, склонившийся перед Воскресшим Христом.

Небрежность, неосведомлённость или злой умысел соединили оба изображения в одно, и можно лишь удивляться, насколько живучей оказалась ложь — освящённая авторитетом Вазари, она до сих пор кочует из книги в книгу.

                                                                                  -- из исторического исследования Рафаэля Сабатини - «Жизнь Чезаре Борджа»
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) острый взгляд Александра VI - Александр VI (до интронизации — Родриго Борджиа; 1 января 1431 — 18 августа 1503) — папа римский с 11 августа 1492 года по 18 августа 1503 года. Второй и последний представитель испанского рода Борджиа (Борха) на папском престоле.

(**) Александр пригласил в Рим Пинтуриккьо - Пинтуриккьо (иногда встречается вариант написания «Пинтуриккио»; итал. Pinturicchio) — это прозвище итальянского живописца эпохи Возрождения. А настоящее имя мастера — Бернардино ди Бетто (или ди Бенедетто) ди Бьяджо. Он жил примерно в 1454 году (Перуджа) — 1513 год, Сиена).

(***) Вазари - Джорджо Вазари (итал. Giorgio Vasari; 30 июля 1511 — 27 июня 1574) — итальянский живописец, архитектор и писатель, одна из ключевых фигур эпохи Возрождения. Известен как автор фундаментального труда по истории искусства и один из основоположников современного искусствоведения.

(****) изобразил Джулию Фарнезе - Джулия Фарнезе (1474 или 1475 — 23 марта 1524) — любовница папы римского Александра VI (Родриго Борджиа), представительница династии Фарнезе. Её связь с понтификом способствовала возвышению этой семьи, а брат Джулии, Алессандро, позже стал папой римским Павлом III.
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( художник Герард Давид  (школа *), картина "Мадонна с младенцем за приёмом пищи" 1515 - 1520, * школа - картина полностью или частично написана учеником художника )

Путь в дюнах за ключом к ответу

0

34

Мэри Поппинс : «Давай, до свидание !»

***

В канун праздника Ламмас, 1 августа 1940 года, ведьмы собрались недалеко от городка Хайклифф - бай - зе - Си и совершили ритуал, известный как «Операция „Конус власти“». Его цель — наложить заклятие на Гитлера и удержать немецких военных от вторжения в Британию. ( © )

***

Больше нужной на шибере (*) выемка
Оказалась на стрелке простой
Покатился не в том направлении
Вдоль по жизни составчик со мной!

                                                                   Не в том направлении. В четыре строчки 30
                                                                                      Автор: Владимир Струков
________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Шибер — это тяга в устройстве железнодорожной стрелки, которая используется для перевода поездов с одного пути на другой. Выемка в шибере позволяет зафиксировать стрелку в одном из двух положений. Выемка не может быть больше, или меньше, если её не подпилить извне, а это уже преступление, потому что истинное положение стрелки не будет видно дежурному по станции и поэтому он может пустить поезда друг на друга. Примечание автора.
________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( ФРАГМЕНТ )

Первая статья — "Битва за Англию" — написана генералом авиации Вернером Крейпе.

После падения Франции в июне 1940 г. Крейпе был назначен начальником оперативного отдела 3-го воздушного флота, того самого флота, на который была возложена бомбардировка Англии.

Поэтому ему хорошо известны основные этапы битвы за Англию.

Небольшой обзор, сделанный генералом Крейпе, ещё раз убеждает нас, что серьёзной подготовки немецко - фашистских войск к вторжению в Англию не велось.

Германское верховное командование, как видно, не намеревалось двигать свои вооружённые силы через Ла - Манш.

Операция "Морской лев" (операция по вторжению на Британские острова), о которой много говорилось в высших и низших штабах, как о грандиозном военном мероприятии Гитлера, по сути дела была задумана как большой дезинформационный манёвр.

Кроме немецких военно - воздушных сил, ни флот, ни сухопутные войска участия в битве за Англию почти не принимали.

Да и сама битва в сущности не состоялась.

Всё дело ограничилось ударами немецкой авиации (правда, иногда весьма чувствительными) по английским портовым городам, караванам торговых судов, промышленным центрам, военным базам и аэродромам.

Вернер Крейпе достаточно подробно сообщает о характере и результатах воздушных налётов на всех трёх этапах битвы за Англию.

По подсчётам Крейпе, в воздушных операциях участвовало около 1500 истребителей и 1350 бомбардировщиков.

Это внушительная воздушная армада.

Правда, Крейпе преувеличивает количество самолётов, имевшихся во 2-м и 3-м воздушных флотах.

По данным Гальдера (*), их было значительно меньше.

К октябрю 1940 г. против Англии действовало около 600 истребителей и 800 бомбардировщиков.

В воспоминаниях Крейпе следует обратить внимание на один весьма примечательный факт.

Как видно из статьи, большинство армейских, флотских и авиационных офицеров были убеждены в том, что они готовятся к вторжению в Англию и что, как только выпадет несколько погожих дней, операция начнётся.

Неоднократно назначались дни начала вторжения, но каждый раз сроки изменялись, а день высадки десанта переносился якобы из-за плохой погоды.

Рейхсмаршал Геринг всё время требовал усилить налёты на жизненные центры Великобритании.

В феврале 1941 г. он примчался с большой свитой в Париж и устроил скандал Кессельрингу и Шперрле (**) за слабую эффективность воздушных операций против Англии, что будто бы задерживало операцию "Морской лев".

В таком заблуждении армейские офицеры пребывали долгое время.

"Только в марте 1941 г., - пишет Крейпе, — некоторые высшие офицеры узнали о возможности столкновения между Германией и Россией, что должно было означать окончательный отказ от битвы за Англию".

В действительности же от операции "Морской лев" в имперской канцелярии отказались давно.

После оккупации Франции иные мысли одолевали Гитлера, другими делами занимались его военные советники Кейтель, Йодль, Браухич (***) и Гальдер.

Их взоры были обращены на Восток.

-- из книги, написанной группой генералов вермахта по заданию министерства обороны США - «Роковые решения. Откровения генералов Третьего Рейха»
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) По данным Гальдера, их было значительно меньше - Франц Гальдер (нем. Franz Halder) — военный деятель Германии, генерал - полковник ( 1940 ), начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии в 1938 – 1942 годах.

(**) устроил скандал Кессельрингу и Шперрле - Альберт Кессельринг (нем. Albert Kesselring; 30 ноября 1885 — 16 июля 1960) — германский военачальник, генерал - фельдмаршал люфтваффе (военно - воздушных сил нацистской Германии). Один из самых успешных командующих нацистской Германии, награждён Рыцарским крестом с дубовыми листьями, мечами и бриллиантами.
Хуго Шперле (нем. Hugo Sperrle, 7 февраля 1885 года — 2 апреля 1953 года) — немецкий военный деятель, генерал - фельдмаршал люфтваффе во Второй мировой войне.

(***) другими делами занимались его военные советники Кейтель, Йодль, Браухич и Гальдер - Вальтер Генрих Альфред Герман фон Браухич (4 октября 1881 — 18 октября 1948) — немецкий военачальник, генерал - фельдмаршал немецкой армии (с 1940 года), главнокомандующий сухопутными войсками вермахта в период с 1938 по 1941 год.

Вспомнить всё

0

35

Смехосекс и не много грустного в перерыве

Побеги вен, дрожащие от счастья,
Плетут узор и в сетку паутин,
По тонким линиям, венчающим запястье,
Небрежно вьются в рваный серпантин!

В движенье пальцы, нервно маршируют,
То по коленке, вздрагивая в такт….
А то ладонь кладут одну в другую….
Аплодисменты, занавес… антракт….

Подобно птице, видевшей свободу,
Она, паря покинула свой ряд,
И вниз по лестнице сквозь тернии народа,
Скользя рукой по глади балюстрад!

Душа её как провод оголилась,
Бесстыдная, растерзана, раздета,
И потому она любого сторонилась,
Кто к ней лоснился в тесноте буфета …

                                                                               Ощущения от концерта
                                                                                Автор: Валерия Фацелия

Глава шестая СУД НАД РАБОЧИМ ( Фрагмент )

Между деревянными табуретками, полом, стенами, полками жёлтого и ещё не загрязнившегося шкафа было тесно и холодно, было похоже на лес.

В этом лесу из жёлтого дерева — маленькой каморке для актёров — возле клубной эстрады и сел рыжий, уткнув подбородок в руки, а локти в колени, — классическая поза мыслителя.

Программу — длиннейшую, где приглашённые из уездного центра артисты чередовались с местными любителями, — он уже списал для себя в блокнот и полчаса, оставшиеся до общего собрания, провёл, раздумывая, как всё это остроумней связать.

Откуда, в какой среде, в каком классе зародился особенный тип подтрунивающего человека, именуемого конферансье?

И как прижился он сейчас на советской эстраде?

Ночные бары, влажная дрожь тротуаров под яркими фарами, фрак с потёртыми фалдами, непременная замша ботинок, — человек, вогнанный клином меж зевотой зрителей и неудачей эстрадного номера, помесь шута с официантом — сам неудачник, несомненный неудачник, — таков конферансье ночного Парижа или ночного Берлина.

Нужно ли это советскому зрителю и для чего?

На Западе конферансье был выдуман как момент отстранения.

Серьёзное стало стыдно — и понадобился конферансье.

Брать всерьёз зрелище, быть заинтересованным Запад стыдится, стесняется, не имеет наивности.

Для юмора над самим собой, снимая ответственность за удовольствие, превращая чувство в позу и бытие в условность, дёргается на эстраде промежуточный человек, зарабатывая деньги печальным ремеслом снижения «качества человеческих эмоций»…

Но для чего нам, советским людям, отстранение от честной и простой «полноты чувств»?

Для чего зубоскальство, облегчающее серьёзность искусства?

Мы никогда не стыдились быть серьёзными, как стыдятся в буржуазном Западе.

Может быть, наоборот, мы серьёзничали чересчур.

Стоит только вспомнить десятки и сотни плакатов, не так давно ещё подстерегавших нас на каждом шагу.

Будь это не поздним вечером, а засветло, на том же участке увидел бы рыжий множество самых разных надписей:

«Не пей сырой воды», «Вошь — враг человека», «Муха — сообщник болезни», «Уважай труд уборщиц», «Вози тару правильно, не повреждая клади», «Не срывай зря огнетушитель», «Мой руки перед едой»…

Десятки надписей для клуба, перед витриной с газетой, в больнице, в столовке, у порохового склада, в конторе, в коридоре бараков.

Каждый плакат был направлен на то, чтоб организовать ваш рефлекс, обратить в нужную привычку.

Дидактизм (*), поучительность, опека над каждым шагом, забота о вас, — хорошо ли?

Да, если вспомнить, как молода эта забота, как нова она для человека, к которому направляется и о котором, чтоб обучать и организовывать внутренний мир его, и не помышляли до революции.

Так или примерно так текли размышления рыжего над своим новым делом.

Он страстно хотел сделать его хорошо.

Под конец он решил: послушаю суд, митинг, присмотрюсь к людям, разберусь в типаже, — авось удастся — не отстранить, нет, а, наоборот, помочь приблизить к ним, не скучно и не дидактично, а умеючи, остро и занятно приблизить к ним удовольствие от искусства…
                                                                                                                         -- из романа Мариэтты Сергеевны Шагинян - «Гидроцентраль»
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Дидактизм (от греч. didaktikos — «поучительный») — это склонность к назидательности, нравоучительности, когда автор или педагог открыто стремится передать читателю или ученику моральные, этические или практические уроки.
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из телесериала «Друзья» 1994 - 2004 )

Вспомнить всё

0

36

Субботний кинопоказ

Время идёт, время бежит
Спотыкаясь и падая
Нам с ним в разные стороны
Две - трезвая и пьяная
Разрываясь не мог долго выбрать
Красивое или умное
В одиночестве не имеет значения
Моё старое глупое
Звуки тишины доставляют наслаждение
Сравнимое по сладости
Не имеет значения
Не дождавшись старости..

                                                                      Не дождавшись старости
                                                                      Автор: Денис Домашенко 2

Глава 34. Роковой час пробил ( Фрагмент )

Лондон, 22 июля 1939 года.

Экономический советник фюрера доктор Вольтат, прибывший в качестве представителя Германии на конференцию по китобойному промыслу, говорит своему английскому коллеге Хадсону:

– Третий рейх был бы готов рассмотреть вместе с вами политические соглашения, которые могли бы способствовать миру в Европе.

Хадсон возражает:

– Это бесполезно, мы не хотим возвращать вам ваши колонии, и если вы попытаетесь изменить силой нынешний статус в Европе, в частности в Данциге, то будет война…

В тот же вечер посольство Франции в Берлине телеграфирует на Кэ д’Орсэ (*):

«Согласно сведениям из достоверного источника, канцлер Гитлер как будто проникся теперь убеждением, что Франция и Англия полны решимости выполнить свои обязательства по отношению к Польше и что, идя на крайности в данцигском вопросе, он рискует развязать всеобщую войну.

Тем не менее он продолжает приводить в готовность свою армию с невероятной методичностью и точностью».

Во Франции народ не верит в возможность войны.

Во всяком случае, все полагают, что война будет закончена быстро, ибо нацистский режим сразу же рухнет.

Что касается генерала Гамелена (**), то его вера во французскую армию безгранична.

– Война будет выиграна отнюдь не авиацией, а снова французской пехотой, – повторяет он.

* * *

В Соединенных Штатах Америки конгресс расходится на каникулы, не проголосовав за изменения в законе о нейтралитете.

– Закон о нейтралитете будет изменён, как только вспыхнет война, – спокойно замечает американский посол Буллит, однако последний с настойчивостью повторяет:

– Но, господин посол, наша судьба могла бы быть иной, если бы Германия знала, что в случае войны Соединенные Штаты сразу же выступят на нашей стороне!

Восьмого августа германский посол нанёс нечто вроде «прощального визита» на Кэ д’Орсэ, создав при этом у всех впечатление человека, убеждеждённого в том, что ничто более не может остановить Гитлера.

* * *

Берхтесгаден, 10 августа.

Прислонившись к широкой застекленной двери большого зала, верховный комиссар Лиги Наций в Данциге Бурхардт неподвижно стоит перед Гитлером, который в ярости мечется взад и вперёд, отшвыривая ногами и руками попадающуюся на пути мебель.

– Господин верховный комиссар, роковой час пробил, – рычит Гитлер.

Зная, что Париж и даже Лондон поддерживают Польшу в её сопротивлении по вопросу о Данциге, фюрер продолжает:

– Я брошу против этих поляков всю мощь новейшего оружия, о котором французы и англичане не имеют ни малейшего представления. В несколько дней Польша будет уничтожена. И если это будет всеобщая война, то я предпочитаю руководить ею в пятидесятилетнем, а не в шестидесятилетнем возрасте.

          -- из мемуаров французской журналистки и обозревательницы Женевьевы Табуи - «20 лет дипломатической борьбы» 
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) телеграфирует на Кэ д’Орсэ - Кэ д’Орсэ (Quai d’Orsay) — это набережная на левом берегу Сены в VII округе Парижа. Но у этого названия есть и второе, более известное значение: в политической и медийной лексике «Кэ д’Орсэ» часто используют как синоним Министерства иностранных дел Франции.

(**) Что касается генерала Гамелена - Морис Гюстав Гамелен (фр. Maurice Gamelin; 20 сентября 1872 — 18 апреля 1958) — французский военный деятель, армейский генерал, главнокомандующий французской армией в начале Второй мировой войны.
_____________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из фильма  «Бесславные ублюдки» 2009 )

Вспомнить всё

0

37

Это не просто обычная дурость

Дорог мне, перед иконой
В светлой ризе золотой,
Этот ярый воск, возжжённый
Чьей неведомо рукой.

Знаю я: свеча пылает,
Клир торжественно поёт:
Чье-то горе утихает,
Кто-то слёзы тихо льёт,
Светлый ангел упованья
Пролетает над толпой…

Этих свеч знаменованье
Чую трепетной душой:
Это – медный грош вдовицы,
Это – лепта бедняка,
Это… может быть… убийцы
Покаянная тоска…
Это – светлое мгновенье
В диком мраке и глуши,
Память слез и умиленья
В вечность глянувшей души…

                                                              Дорог мне, перед иконой…
                                                  Автор: Майков Аполлон Николаевич

с 05 м. : 20 с.

Часть 1. Глава IV. Морской корпус ( Фрагмент )

Закон Божий преподавал нам свой корпусный священник, но это преподавание не имело особенного влияния, как сухое и холодное; но когда к нам поступил иеромонах Иов, то эта сторона воспитания приняла совершенно другой вид.

Религиозная жизнь быстро возродилась.

Прекрасный собой, кроткий, любящий, увлекательно - красноречивый и ревностный пастырь юных овец, он вдруг овладел сердцами всех, особенно же тех, которые были подготовлены дома религиозно.

Во время служения, когда он своим симпатичным голосом читал Евангелие за всенощной или за обедней, то это божественное слово поистине проникало в сердце, так что у некоторых слёзы навёртывались на глазах, как это было со мною.

В преподавании Закона Божия он рассказывал нам дивное величие и благость Божию и Его бесконечное милосердие к обращающимся на путь добродетели, и таким образом возжигал в юных сердцах ту любовь к Богу, с которой является ненависть к пороку и решимость творить только угодное Богу.

Да, это было самое сладостное время для наших душ; и какое влияние оно имело на всех!

Как улучшались нравы в большей массе воспитанников, какое бодрствование и наблюдение за собою, какая кротость и скромность заступили место бесстыдных выражений и привычек, какой мир, — словом, это время было эпохой истинного возрождения, которого плоды не погибли ни для одного из тех, которые пробуждены были от греховного усыпления, хотя и отроческого, и если б продолжалось постоянно такое религиозное возделывание, то думаю, что корпусное воспитание было бы истинным, плодотворным воспитанием.

Когда он приходил в роты в праздничные дни, то по галереям за ним обыкновенно следовала масса кадетов, и все просили его зайти к ним, хоть на минуту, чтоб слышать его сладкую беседу или какое - нибудь назидательное слово; и что он говорил с любовию и чему поучал, то каждый старался помнить и исполнить.

К несчастию, этот чудный отец Иов недолго мог продолжать своё благодетельное служение; его постигла какая-то необыкновенная болезнь, что-то вроде умопомешательства, в припадке которого он однажды вечером пришёл в церковь и ножом разрезал накрест местные образа Спасителя, Божьей Матери и ещё некоторые другие.

В это время в Петербурге сильно бродили западные реформатские идеи.

Говорили даже, что Император Александр, вследствие влияния на него госпожи Крюднер (*), также поддерживал их.

В своих записках (Memoires de madame Crudner) (Воспоминания г-жи Crudner (фр.)) она пишет, что во всё время её публичных проповедей во многих городах и местах Германии её постоянно преследовала мысль идти к Императору Александру, который в дни величайшей своей славы и торжества, после таких событий, как поражение Наполеона и освобождение отечества — чего нельзя было приписать случаю — всё же страдал скептицизмом, при своём этом желании веровать.

В тот самый вечер или, лучше сказать, в ту самую ночь, когда она дошла до места, где была расположена императорская квартира, Государь ходил по своей комнате и, уже слышав о проповеднических подвигах госпожи Крюднер, размышлял о силе той веры, которая двигала ею, как вдруг входит князь Волконский и докладывает, что госпожа Крюднер желает его видеть.

Понятно, как он был поражён этою случайностью, но приказал её впустить.

Она успела до того поколебать его скептицизм, что он вместе с нею и её спутницей преклонил колена и долго молился.

Ставши христианином по образцу Крюднер, конечно, он более уже склонялся к религии реформатской, нежели к своей православной и единой истинной, о которой, конечно, не имел настоящего понятия, как, к несчастию (и великому несчастию), и теперь не имеет большинство образованных классов…

Говорили также, что за одну книгу, переведённую на русский язык, в которой приводились иконоборческие понятия и которая понравилась Государю, был удалён поставленный епископом пензенским архимандрит Иннокентий, противившийся её напечатанию, как цензор.

Может быть, наш иеромонах Иов принадлежал к числу увлекавшихся этими идеями, но когда он совершил этот акт иконоборства, его видели в комнате горячо молившимся всю ночь и слышали, что он молил Господа не только простить ему этот поступок, этот грех, но и исцелить как его душу, так и разрезанные им образа.

Его тотчас же удалили из Корпуса, а с его удалением наша религиозность ослабела снова, хотя, впрочем, многие возрастили посеянные семена веры и в том числе мы с братом и другие из наших друзей.

Он был человеком лет 35, высокий, с прекрасными русыми волосами, раскинутыми по плечам, с голубыми глазами, правильными чертами лица, с такою приятною наружностью, которая всех привлекала к нему.

Походка его была тихая и мерная, в глазах сияли кротость и доброта, голос звучный и чрезвычайно симпатичный и когда он служил и читал Евангелие, то многие не могли удержаться от слёз.

Это поистине было чудное явление в Корпусе.

Его любовь, его ревность, заботливость в обращении сердец к Богу любви объясняют успехи первых проповедников Слова Божия.

— из мемуаров Александра Петровича Беляева (1803 – 1887), декабриста, участника восстания 14 декабря 1825 года - «Воспоминания декабриста о пережитом и перечувствованном»
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) вследствие влияния на него госпожи Крюднер - Баронесса Варвара Юлия фон Крюденер, урождённая Фитингоф; 1764, Рига — 1824, Карасубазар) — франкоязычная писательница из остзейских дворян, проповедница мистического христианства в России и Германии, в течение нескольких лет имевшая огромное влияние на императора Александра I.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из фильма «Андрей Рублёв» 1966 )

Вспомнить всё

0

38

В семи ложках мёда ( © ) традиционных ценостей

У нас нет места для вражды!
Любовь, что этот сад взращала,
Чиста! Ей примеси чужды,
Она теплом не обнищала.

Она, незримая, лежит
В корнях деревьев, тьмой объята,
И ею вся листва шумит
В часы восхода и заката…

                                                       Мой сад оградой обнесён... (отрывок)
                                                             Автор: Константин Случевский

Мёд в голове отрывок фильма

Глава II. Моё рождение и раннее детство. Воспитание физическое (Фрагмент)

И вот как раз в такое время, когда в нашем доме за Ульяной Ивановной окончательно утвердилась кличка «подлянки», матушка (она уж лет пять не рожала), сверх ожидания, сделалась в девятый раз тяжела, и так как годы её были уже серьёзные, то она задумала ехать родить в Москву.

Пришлось звать Ульяну Ивановну для сопровождения.

Послали в город меня — тут-то я с нею и познакомился.

И добрая женщина не только не попомнила зла, но когда, по приезде в Москву, был призван учёный акушер и явился «с щипцами, ножами и долотами», то Ульяна Ивановна просто не допустила его до роженицы и с помощью мыльца в девятый раз вызволила свою пациентку и поставила на ноги.

Но эта послуга обошлась уж родным моим «в копеечку».

Повитушке, вместо красной, дали беленькую деньгами (*) да один воз провизии послали по первопутке, а другой к Масленице.

А девка в услужение — сама по себе.

Итак, появление моё на свет обошлось дешёво и благополучно.

Столь же благополучно совершилось и крещение.

В это время у нас в доме гостил мещанин — богомол Дмитрий Никоныч Бархатов, которого в уезде считали за прозорливого.

Между прочим, и по моему поводу, на вопрос матушки, что у неё родится, сын или дочь, он запел петухом и сказал: «Петушок, петушок, востёр ноготок!»

А когда его спросили, скоро ли совершатся роды, то он начал черпать ложечкой мёд — дело было за чаем, который он пил с мёдом, потому что сахар скоромный — и, остановившись на седьмой ложке, молвил: «Вот теперь в самый раз!»

«Так по его и случилось: как раз на седьмой день маменька распросталась», — рассказывала мне впоследствии Ульяна Ивановна.

Кроме того, он предсказал и будущую судьбу мою, — что я многих супостатов покорю и буду девичьим разгонником.

Вследствие этого, когда матушка бывала на меня сердита, то, давая шлепка, всегда приговаривала: «А вот я тебя высеку, супостатов покоритель!»

Вот этого-то Дмитрия Никоныча и пригласили быть моим восприемником вместе с одною из тётенек - сестриц, о которых речь будет впереди.

Кстати скажу: не раз я видал впоследствии моего крёстного отца, идущего, с посохом в руках, в толпе народа, за крестным ходом.

Он одевался в своеобразный костюм, вроде поповского подрясника, подпоясывался широким, вышитым шерстями поясом и ходил с распущенными по плечам волосами.

Но познакомиться мне с ним не удалось, потому что родители мои уже разошлись с ним и называли его шалыганом (***).

Вообще, по мере того как семейство моё богатело, старые фавориты незаметно исчезали из нашего дома.

Но, сверх того, надо сказать правду, что Бархатов, несмотря на прозорливость и звание «богомола», чересчур часто заглядывал в девичью, а матушка этого недолюбливала и неукоснительно блюла за нравственностью «подлянок».

                                                                              -- из романа Михаила Евграфовича Салтыкова - Щедрина - «Пошехонская старина»
______________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Повитушке, вместо красной, дали беленькую деньгами - вместо 10 рублей (красненькая) дали беленькую (25 рублей).

(**)  воз провизии послали по первопутке - Первопуток (разговорное слово) — это первый зимний санный путь, то есть дорога по свежевыпавшему и не растаявшему снегу, пригодная для езды на санях.

(***) и называли его шалыганом - «Шалыган» — это просторечное, разговорное и довольно грубоватое слово. Я бы объяснила его так: это обозначение человека, который ведёт себя легкомысленно, бездельничает, озорничает или ведёт себя вздорно. По сути, синоним слов «шалопай», «бездельник», «проказник». При этом слово носит неодобрительный, даже бранный оттенок — его используют, чтобы выразить недовольство чьим-то поведением.
______________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из фильма  «Мёд в голове» 2014 )

Вспомнить всё

0

39

Just Reading

Снова завладела мной бессонница,
И вопросов словно мошек рой:
«Как бы мне к утру умом не тронуться?
Разобраться надо бы с собой.»

Начинаю вновь самокопание –
Ведь не шутка: ночь вся впереди!
Но для этого отсутствует желание,
Не горит пока огонь в груди.

Может прогуляться по планетам мне?
Говорят, на Марсе будет жизнь…
И опять вопрос. Вопрос... Ответов нет…
Промолчать? Или пойти на риск?

Я задам вопрос немым созвездиям
Когда выйду ночью на балкон.
Ничего не скажет мне Медведица…*
Прекратит охоту Орион…**

Не ответят мне, они не слышали.
Тихо выйдет из-за туч Луна:
«На кого, звезда моя, опять обижена?
И в кого ты снова влюблена?»

Правильный вопрос, но есть сомнения,
Ведь ответов не было. И нет.
Неужели бесконечная Вселенная
Мне не даст хотя б один ответ?

                                                                        Мир внутри себя (отрывок)
                                                                           Автор: Матулькина Ольга

– Вот как, – сказал я. – Я не знал.
 
– И скоро забудете, – кивнул Ломас. – Корпорации разрешили нарушать правило трёх мегатюрингов, потому что иначе невозможно строить разветвлённые и надежно защищённые от проникновения метавселенные для её пользователей. Поскольку мы трудимся на самых богатых жителей планеты, переехавших в банки, сами всё понимаете.
 
– Понимаю.
– Используя старые программы, корпорация часто меняет их исходную функцию. Порфирий – как раз такой случай.
– Чем он занимался раньше?

 
– Это был литературно - полицейский алгоритм. Он расследовал преступления и параллельно писал об этом детективные романы в духе модного тогда трансмодерна. Текст мог использоваться в суде, а затем продавался в качестве pulp fiction / криминальное чтиво (англ.) /.
 
– Ага, – сказал я, – понятно. Расследовал и использовал накопленный опыт.
– Нет. Два этих процесса были объединены в один.
– Не слишком ли сложно?

 
– Это гораздо проще, чем вы думаете. Расследование преступления – логический процесс. Ну и отчасти логистический. Вы приходите ко мне в кабинет, я ставлю задачу, вы говорите, что вам нужно для её решения, и так далее. Потом вы начинаете задавать вопросы и анализировать ответы. То есть, по сути, это большая лингвистическая процедура. Все этапы работы завязаны на язык.
 
– Ну да, – согласился я.
 
– Проводя следственные мероприятия, – продолжал Ломас, – Порфирий описывал их в создаваемом тексте, а затем сам этот текст, содержащий логические умозаключения, становился для него оперативным инструментом для перехода к следующим следственно - сочинительским шагам на основе всего криминально - литературного опыта, накопленного человечеством.
 
– То есть это был не обычный чат - бот?
 
– Вопрос терминологии. Есть реактивные боты. Они пассивны – в том смысле, что отвечают на заданный человеком вопрос. Порфирий – активный лингвобот. Он способен генерировать вопросы и интенции (*) внутри себя самого, опираясь на логику и архив. Это и делает его таким универсальным. И таким опасным.
 
– Понятно, – сказал я, хотя ничего понятно мне не было. – Он занимался только полицейскими романами?
 
Ломас ухмыльнулся.
 
– Нет. По части разврата у него тоже изрядный опыт. Ему приходилось оказывать людям услуги интимно - бытового характера.
– А как он это делал?

 
– Тогда была эпидемия Зики. Половые сношения между людьми практически прекратились. Люди пользовались различного рода приспособлениями для самоудовлетворения, и Порфирий временно одушевлял их за отдельную плату. Его когнитивность (**) и служебная мораль это позволяли, а департамент полиции нуждался в средствах. Порфирия можно было взять в аренду, причём параллельно он продолжал выполнять остальные функции.
 
Я засмеялся.
 
– Тяжёлый удел. Но любопытный для императора опыт.
 
Ломас положил на стол книгу с нарисованной на обложке телефонной будкой.
 
– Вот, – сказал он, – один из романов Порфирия. Я его прочёл не без интереса. Полистайте на досуге. Он оставил здесь свой профессиональный портрет.
 
Я взвесил книгу в руках.
 
– Лучше не буду. А то сложится предвзятое мнение.
– Почему предвзятое?

 
– Он сейчас выполняет совсем другие функции.
– И что?

– Император мог когда-то работать на конюшне. Но вряд ли станешь лучше понимать императора, если посетишь её с визитом.
– Вы просто не любите читать, – ухмыльнулся Ломас.

                                                                                                                -- фрагмент из романа Виктора Пелевина - «Путешествие в Элевсин»
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Он способен генерировать вопросы и интенции внутри себя - Интенция (от лат. intentio — «намерение», «стремление») — это направленность сознания, мышления, воли или чувств на какой - либо предмет, объект или цель. Это не просто желание, а задуманный план действий, движущая сила на пути к желаемому результату.

(**) Его когнитивность - Когнитивность — термин, происходящий от латинского cognitio («познание, изучение, осознание»). В разных контекстах он может иметь различные значения. В узком смысле когнитивность — это способность к умственному восприятию и переработке внешней информации. В широком смысле это понятие обозначает сам акт познания — процесс приобретения, организации и использования знания.

Вспомнить всё

0

40

Только этого мало ( © )

Ореховый Спас отмечают 29 августа. В народной традиции этот день знаменует окончание сбора урожая и переход к осени.

Совсем чуть - чуть –
             и осень на пороге.
Взмахнёт красиво золотым крылом,
и восвояси улетит в чертоги,
что Дед Мороз украсил серебром.

Ну а пока, красавцы георгины
цветут,
    и пахнет яблоком в садах.
В закат летящий день,
              довольно длинный,
смеётся часто солнце в небесах...

Пернатые не все пропели песни,
собравшись в дальний до зимы отлёт.
И с каждым днём
         всё ярче и чудесней,
пером неописуемый восход.

Да только уже близко предосенье:
то дождиком холодным окропит,
то, проявив неудержимо рвенье,
деревья от души позолотит…

И вновь права отдаст на время лету,
какое ещё бродит по полям,
даря свои плоды, цветы, рассветы, –
всё то, что согревает души нам.

                                                                       Предосенье
                                                 Автор: Галина Долгих Колошенко

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ. ГЛАВА I. ( ФРАГМЕНТ )

Дарья Александровна проводила лето с детьми в Покровском, у сестры своей Кити Левиной.

В её именьи дом совсем развалился, и Левин с женой уговорили её провести лето у них.

Степан Аркадьич очень одобрил это устройство.

Он говорил, что очень сожалеет, что служба мешает ему провести с семейством лето в деревне, что для него было бы высшим счастием, и, оставаясь в Москве, приезжал изредка в деревню на день и два.

Кроме Облонских со всеми детьми и гувернанткой, в это лето гостила у Левиных ещё старая княгиня, считавшая своим долгом следить за неопытною дочерью, находившеюся <i>в таком положении</i>.

Кроме того, Варенька, заграничная приятельница Кити, исполнила своё обещание приехать к ней, когда Кити будет замужем, и гостила у своего друга.

Всё это были родные и друзья жены Левина.

И хотя он всех их любил, ему немного жалко было своего Левинского мира и порядка, который был заглушаем этим наплывом «Щербацкого элемента», как он говорил себе.

Из его родных гостил в это лето у них один Сергей Иванович, но и тот был не Левинского, а Кознышевекого склада человек, так что Левинский дух совершенно уничтожался.

В Левинском, давно пустынном доме теперь было так много народа, что почти все комнаты были заняты, и почти каждый день старой княгине приходилось, садясь зa стол, пересчитывать всех и отсаживать тринадцатого внука или внучку за особенный столик.

И для Кити, старательно занимавшейся хозяйством, было не мало хлопот о приобретении кур, индюшек, уток, которых при летних аппетитах гостей и детей выходило очень много.

Всё семейство сидело за обедом.

Дети Долли с гувернанткой и Варенькой делали планы о том, куда итти (*) за грибами.

Сергей Иванович, пользовавшийся между всеми гостями уважением к его уму и учёности, доходившим почти до поклонения, удивил всех, вмешавшись в разговор о грибах.

— И меня возьмите с собой. Я очень люблю ходить за грибами, — сказал он, глядя на Вареньку, — я нахожу, что это очень хорошее занятие.
— Что ж, мы очень рады, — покраснев отвечала Варенька.

Кити значительно переглянулась с Долли.

Предложение учёного и умного Сергея Ивановича итти за грибами с Варенькой подтверждало некоторые предположения Кити, в последнее время очень её занимавшие.

Она поспешила заговорить с матерью, чтобы взгляд её не был замечен.

После обеда Сергей Иванович сел со своею чашкой кофе у окна в гостиной, продолжая начатый разговор с братом и поглядывая на дверь, из которой должны были выйти дети, собиравшиеся за грибами.

                                                                                                                      — из романа Льва Николаевича Толстого - «Анна Каренина»
________________________________________________________________________________________________________

(*) куда итти  за грибами - «Итти» — устаревший вариант написания глагола «идти».

Вспомнить всё

0

41

Вдруг, если мама не разрешает Вам цаплю

А он чудак не мог понять никак
Куда улетать - зачем его куда-то зовут.
Если здесь его дом, его песни, его родина тут.

И кому весной его трель нужна,
Ежели весна и без того весна ...

И кто сказал, что песням зимой конец –
Совсем не конец.
Что за глупый скворец?

                                                              Муз. комп. «Что за глупый скворец?» (отрывок)
                                                                       
Автор слов и  музыки: Андрей Макаревич

Голубые гитары - о чём плачут гитары - 1971

«Мятые облака» ( Фрагмент )

В детстве у меня совсем не было ни кота, ни собаки.

Мама обещала завести мне собаку, когда я подрасту и смогу сама нести за неё ответственность и следить, чтобы собака или кот ничего в квартире не погрызли и не обшерстили.

Я росла, росла, собаку всё не заводили и не заводили… Так я и выросла без собаки.

Зато теперь я сама командую в своей семье и жизни и могу напихать хоть полный дом барбосов и котов!

Но тогда, в детстве, такое было у меня грустное бескошачье и безбарбосное житьё…

И вот однажды я шла через подземный переход на метро «Маяковская».

Возле телефонов - автоматов болтались без дела ребята постарше, с гитарой.

Они пели какую-то странную песню, похожую на считалку:

Сниддл - ти и сниддл - ту
Ники - наки - э
Тили - пули - уруру
Дики - даки - де
Сниддл - ти и сниддл - ту
Ники - наки - тям
Мяка - умарака - фу
Били - сили - сям! (*)

С виду они были довольно лохматые и в дырявых джинсах.

Это сейчас можно надевать на себя всё что угодно, и никто на тебя даже не посмотрит.

А раньше — ого-го!

Попробуй походи лохматым и драным, все тут же решат, что ты отъявленный хулиган и вообще псих.

Я так и подумала, когда увидела эту компанию: «Ничего себе психи».

Но потом разглядела среди них Ерёму, брата одной девчонки из нашей школы.

Её пока ещё не выгнали из нашей школы, а Ерёму — давным - давно.

Но он ничуть не воображал, а крикнул мне:

— Привет, Ксюха, чего грустная такая?
— Грущу, что нет у меня ни барбоса, ни кота, — призналась я.

— А ты не грусти! — утешил Ерёма. — У нас есть восемьдесят четыре копейки, мы сейчас пончиков купим. И пойдём к тебе в гости, пить чай.
— В гости? — я как-то оробела.

Целая куча незнакомых лохматых психов с гитарой.

— Твоя мама дома? — спросил Ерёма.
— Нет.
— Жалко, — почему-то сказал он. — Ну, пошли к тебе в гости, будь другом, а то мы уже замёрзли. А мы, между прочим, не какие - нибудь там, мы ансамбль
«Мятые облака».

В маленьком окошке на улице по-соседству мы купили пончиков, посыпанных сахарной пудрой, и пошли ко мне в гости пить чай.

Когда мы пришли в мою квартиру, то музыкальные психи почему-то стали ужасно стесняться, вытирать ноги, говорить шёпотом и даже мыть руки.

Но постепенно, за чаем с пончиками они вполне освоились, попривыкли, и затянули свою песню, отбивая ритм по столу с чашками:

Сниддл - ти и сниддл - ту
Ники - наки - э
Тили - пули - уруру
Дики - даки - де
Сниддл- ти и сниддл - ту
Ники - наки - тям
Мяка - умарака - фу
Били - сили - сям!

Мы пели громко, и никто не услышал, как в коридоре хлопнула дверь.

Моя мама появилась на пороге кухни прямо в пальто и сапогах.

Лицо у неё было такое… Такое…

Что «Мятые облака» просто испарились, исчезли через секунду.

— Это ещё кто такие? — спросила мама ужасным голосом.
— Не знаю, — от страха голосом ещё более нахальным, чем обычно, сказала я. — В подземном переходе познакомилась. А что? Ты целыми днями на работе, а вечером идёшь в театр или в гости, а мне даже поговорить не с кем…

Мама долго проветривала и пылесосила квартиру.

А дня через два у меня появился не то чтобы котёнок, а совсем ещё молодая кошка Блэки, похожая на корову, — белая в больших чёрных пятнах.

Такая славная усатая симпатяга! Мы тут же подружились.

Поняла, выходит, мама, что надо мне домашнее животное завести, пока не поздно.

В булочной я встретила Ерёму и похвасталась кошкой.

— Ерёма, ты гений!
— Да ладно, чего там… — заскромничал он. — Обращайся, если что…

                                                                                                            -- из сборника рассказов Ксении Драгунской - «Честные истории»
_______________________________________________________________________________

(*) Стихотворение Григория Кружкова. Примечание редактора.
_______________________________________________________________________________

( кадр из фильма «Не болит голова у дятла» 1974 )

Вспомнить всё

0

42

Сигарета мелькает во тьме, Ветер пепел в лицо швырнул мне ...

Сигарета мелькает во тьме, Ветер пепел в лицо швырнул мне - строчки из муз. комп. «Лирика», группы «Сектор Газа»

В подъезде пахло краской и табаком,
На лестнице — надписи «Кино» и «Сектор».
Мы были мальчишками, но с кулаком,
Делили асфальт на «районы» и «сектор».

Менялись наклейки, монеты, значки,
И жвачка «Boomer» была как валюта.
Мы верили в «Санта - Барбару» и в «Крепкий орешек»,
И в то, что взрослая жизнь — это круто.

Теперь я взрослый, но в сердце — тот двор,
Где детство осталось в пыли и в азарте.
Девяностые, вы — мой тайный опор,
Я вас вспоминаю в случайном азарте.

                                                                        Игрушки из прошлого (отрывок)
                                                                           Источник: ГенераторСтихов 2.0

Драфт Подиум ( Фрагмент )

Татарский, конечно, ненавидел советскую власть в большинстве её проявлений, но всё же ему было непонятно – стоило ли менять империю зла на банановую республику зла, которая импортирует бананы из Финляндии.

Впрочем, Татарский никогда не был большим моралистом, поэтому его занимала не столько оценка происходящего, сколько проблема выживания.

Никаких связей, которые могли бы ему помочь, у него не было, поэтому он подошёл к делу самым простым образом – устроился продавцом в коммерческий ларёк недалеко от дома.

Работа была простой, но нервной.

В ларьке было полутемно и прохладно, как в танке; с миром его соединяло крохотное окошко, сквозь которое еле можно было просунуть бутылку шампанского.

От возможных неприятностей Татарского защищала решётка из толстых прутьев, грубо приваренная к стенам.

По вечерам он сдавал выручку пожилому чечену с тяжёлым золотым перстнем; иногда даже удавалось выкроить кое - что поверх зарплаты.

Время от времени к ларьку подходили начинающие бандиты и ломающимися голосами требовали денег за свою крышу.

Татарский устало отсылал их к Гусейну.

Гусейн был худеньким невысоким парнем с постоянно маслянистыми от опиатов глазами; обычно он лежал на матраце в полупустом вагончике, которым кончалась шеренга ларьков, и слушал суфийскую музыку.

Кроме матраца, в вагончике были стол и несгораемый шкаф, в котором лежало много денег и стояла замысловатая модель автомата Калашникова с подствольным гранатомётом.

Работая в ларьке (продолжалось это чуть меньше года), Татарский приобрёл два новых качества.

Первым был цинизм, бескрайний, как вид с Останкинской телебашни.

Второе качество было удивительным и труднообъяснимым.

Татарскому достаточно было коротко глянуть на руки клиента, чтобы понять, можно ли его обсчитать и насколько именно, можно ли ему нахамить или нет, вероятна ли возможность получить фальшивую банкноту и можно ли самому сунуть такую банкноту вместе со сдачей.

Здесь не существовало никакой чёткой системы.

Иногда в окошке появлялся кулак, похожий на волосатую дыню, но было ясно, что его обладателя можно смело посылать во все шесть направлений.

А иногда сердце Татарского тревожно замирало при виде узкой женской ладони с наманикюренными ногтями.

Однажды у Татарского спросили пачку «Давидофф».

Рука, положившая смятую стотысячную купюру на прилавок, была малоинтересной.

Татарский отметил тонкую, еле заметную дрожь пальцев, посмотрел на аккуратно опиленные ногти и понял, что клиент злоупотребляет стимуляторами.

Это вполне мог быть, например, бандит средней руки или бизнесмен – или, как чаще всего бывало, нечто среднее.

– Какой «Давидофф»? Простой или облегчённый? – спросил Татарский.
– Облегчённый, – ответил клиент, наклонился и заглянул в окошко.

Татарский вздрогнул – перед ним стоял его однокурсник по Литинституту Сергей Морковин.

Когда-то он был одной из самых ярких личностей на курсе и сильно косил под Маяковского – носил жёлтый свитер и писал эпатирующие стихи

(«Мой стих, членораздельный, как топор…» или «О, Лица Крика! О, Мата Хари!»).

Он почти не изменился, только в волосах появился аккуратный пробор, а в проборе – несколько седых волос.

– Вова? – спросил Морковин удивлённо. – Что ты тут делаешь?

Татарский не нашёлся, что ответить.

– Понятно, – сказал Морковин. – А ну-ка пойдём отсюда к чёрту.

После недолгих уговоров Татарский закрыл палатку на ключ и, боязливо косясь на вагончик Гусейна, пошёл вслед за Морковиным к его машине.

Они поехали в дорогой китайский ресторан «Храм Луны», поужинали, сильно выпили, и Морковин рассказал, чем он в последнее время занимался.

А занимался он рекламой.
                                                                                            — из постмодернистского романа Виктора Пелевина - «Generation „П“»

( кадр из фильма  «Страна ОЗ» 2015 )

Вспомнить всё

0

43

Ведь были ж советские дети ..

Мы были в  то время советские дети
Держава звалась СССР
Казалось , такие одни мы свете!
Завидует  мсье нам и сэр

На карту тогда очень гордо смотрели
Но взглядом  страну не объять
Глаза с восхищеньем  по карте летели
Громадна ведь Родина – мать

Нам в детстве сказали,  шестая части суши
Что тянется вверх над водой
И новость приятно ласкала нам уши
Была ведь советской, родной

Но вот огорчение,  даже обида!
Аляска ведь нашей была
Лишились такого обзорного вида
Россия её продалА

В народе порою идут разговоры
Дал маху презренный царизм
Советские люди, раздвинули б  горы
Чтоб строить и там коммунизм

                                                                       Мы были в то время советские дети (отрывок)
                                                                                         Автор: Александр Федюшкин

«Меры по борьбе» ( Фрагмент )

И она тут же сказала:

— Не груби мне!

Я испугалась, что она, наверное, колдунья и читает мысли.

Теперь-то я понимаю, что она просто привыкла мучить детей и прекрасно догадывалась, что они про неё тайком думают.

Надо что-то такое придумать, что-то сделать, чтобы она к нам больше не приходила…

Но что?

Надо, чтобы каждый раз, когда она к нам приходит, у неё случалась какая - нибудь неприятность.

Сначала я хотела спрятать что - нибудь из её вещей. Например, зонтик.

«Где мой зонтик? — примется искать Энгельсина. — Что это за ужасная некультурная квартира, где всё пропадает! Больше не приду!» — рассердится она.

Но потом я сообразила, что мама даст ей другой зонтик, или что она просто останется у нас жить, пока не пройдут дожди.

Тогда я решила, что надо каждый день делать какую - нибудь маленькую гадость — срезать пуговицу с её пальто, прятать перчатку.

Подложить ей в ботинок что - нибудь мокрое и противное.

А в карман подсыпать что - нибудь неприличное.

Или даже наоборот: мокрое — в карман, а неприличное — в ботинок…

Можно, конечно, наврать маме что - нибудь про Энгельсину.

Например, что она подговаривает меня взорвать Мавзолей или выйти из пионеров.

Нет, наврать, что Энгельсина подговаривает меня против правительства — не годится…

Мама не поверит.

Ведь Энгельсина наоборот, обожает всё наше, советско - союзное, громко слушает по радио песни про партию и подпевает, а если я плохо ем, рассказывает мне про каких-то голодных африканских детей…

А как-то раз строго выговаривала маме за то, что у меня есть заграничная джинсовая юбка…

И вообще, не надо, чтобы мама Энгельсину увольняла.

Надо, чтобы Энгельсина сама от меня отказалась.

Но как?!

Давным - давно, ещё в детском саду, у меня были друзья, двойняшки Паша и Егор.

Потом их мама, тётя Рая, увезла их в Америку навсегда - навсегда.

Оттуда они присылали мне красивые открытки, и с каждым разом всё хуже и хуже писали русскими буквами.

Я решила написать двойняшкам настоящее длинное письмо.

Почему-то мне казалось, что Энгельсине это очень не понравится.

— Здравствуйте, тётя Рая, Паша и Егор! — громко говорила я, выводя крупные буквы на клетчатом листке из тетрадки по математике. — Как вы поживаете? Мы живём хорошо. Только у нас совсем нет жвачки и джинсов. Пришлите, пожалуйста, побольше. А если не можете прислать, то мы сами к вам приедем и купим. Очень хочется посмотреть, как там, в Америке…

Сначала Энгельсина просто поджала губы.

Потом стала стыдить меня, что я попрошайничаю жвачку и джинсы, пишу письма предателям родины, в ужасную страну, полную капиталистов и врагов.

Потом принялась потирать руки и говорить, что вот сейчас придёт моя мама, и тут уж я узнаю, почём фунт лиха.

— Полюбуйтесь-ка, Аллочка, что она тут творит! — едва мама вошла в квартиру, подплыла к ней Энгельсина. — Это ж надо!

Она сложила руки на животе и стала ждать, что мама сейчас разорвёт меня на куски.

Мама взглянула на письмо и сказала:

— Напиши ещё, чтобы передали привет дяде Игорю и Наташе, а то они что-то давно не пишут, я даже волнуюсь… И Соне с Полей и Ниночкой. Да, и Абраму Семёновичу с Марьей Петровной, как они там, интересно?…

Энгельсина быстро и глубоко вздохнула. Или это она просто громко ахнула?

— Что-то многовато у вас друзей в этой Америке, Аллочка, — заметила она.
— Да, Энгельсиночка, — просто согласилась мама. — Почти все уехали. Просто чаю не с кем попить…

На следующий день Энгельсина позвонила и сказала, что у неё высокое давление.

Надеюсь, что потом оно у неё прошло, но больше она не приходила.

Даже не понадобилось ничего в ботинок или карман подкладывать — ни мокрого, ни противного, ни неприличного.

Испарилась Энгельсина от одного простого листочка в клеточку!

Это потому что раньше люди жили совсем не так, как сейчас, и очень редко ездили по белу свету.

Это всё от этого, точно.
                                                                                                                    -- из сборника рассказов Ксении Драгунской - «Честные истории»

( кадр из фильма «На Дерибасовской хорошая погода, или На Брайтон - Бич опять идут дожди» 1992 )

Вспомнить всё

0

44

! Не реклама ! Шарж -- "Штрейкбрехерство и собственность на средства производства"

Шарж художник вновь рисует,
Я пою шансон...
Свой талант реализует
На бумаге он.

Мой портрет, рука устала,
Песня прервалась,
На рисунке красок мало.
Жизнь передалась...

Ты рисуй меня, художник,
Не бросай, пиши.
Оказался я заложник...
В общем, не спеши!..

                                                    Шарж готов!
                                       Автор: Анатолий Тимашов

Лимонов. Баллада. 2024. Франция и др. . (Трейлер, драма, биография, р-6,4)

16 +

! встречаются нецензурные выражения ! * ! встречается упоминание Психо Активных Веществ !

– То есть деньги и есть четвёртое измерение? – спросил Татарский.

Ханин кивнул.

– Больше того, – сказал он, – с точки зрения монетаристической феноменологии это субстанция, из которой построен мир. Был такой американский философ Роберт Пирсиг, который считал, что мир состоит из моральных ценностей. Но это в шестидесятые годы могло так казаться – знаешь, «Битлз» там, ЛСД. С тех пор многое прояснилось. Ты слышал про забастовку космонавтов?

– Вроде слышал, – ответил Татарский, смутно припоминая какую-то газетную статью.

– Наши космонавты получают за полёт двадцать – тридцать тысяч долларов. А американские – двести или триста. И наши сказали: не будем летать к тридцати штукам баксов, а тоже хотим летать к трёмстам. Что это значит? А это значит, что летят они на самом деле не к мерцающим точкам неведомых звёзд, а к конкретным суммам в твёрдой валюте. Это и есть природа космоса. А нелинейность пространства и времени заключена в том, что мы и американцы сжигаем одинаковое количество топлива и пролетаем одинаковое количество километров, чтобы добраться до совершенно разных сумм денег. И в этом одна из главных тайн Вселенной…

Ханин неожиданно замолчал и стал закуривать сигарету.

– Короче, сейчас ещё не всё ясно до конца, – сказал он, явно сворачивая разговор, – но я думаю, что в принципе рубль так же неисчерпаем, как и доллар. А теперь иди работай.
– А можно будет книжечку почитать? – спросил Татарский, кивая на стол, куда Ханин убрал секретное пособие. – Для общего развития?
– Со временем, – сказал Ханин и сладко улыбнулся.

Но Татарский и без секретных пособий начинал разбираться в коммуникациях эпохи виртуального бизнеса.

Как он быстро понял из наблюдения за поведением товарищей по работе, основой этих коммуникаций был так называемый чёрный PR, или, как полностью произносил Ханин, «black public relations».

Когда Татарский впервые услышал эти слова, в его душе воскрес на миг бард - литинститутовец, пропевший мрачным басом: «Чёрный пи - ар, запряжённый судьбою…»

Но никакой романтики за этим пиратским словосочетанием на самом деле не стояло.

И оно было совершенно лишено тех негативных коннотаций, которыми нагружают его сайентологи и другие последователи Рона Хаббарда, понимающие под black PR атаку, ведущуюся через средства массовой информации.

Всё было совсем наоборот – реклама, как и остальные виды человеческой деятельности на холодных российских просторах, была намертво пристёгнута к обороту чёрного нала, что в практическом плане означало две вещи.

Во-первых, журналисты охотно обманывали свои журналы и газеты, принимая чёрный нал от тех, кто как бы естественно оказывался в поле их внимания, – причём платить должны были не только рестораторы, которым хотелось, чтобы их сравнили с «Максимом», но и писатели, которым хотелось, чтобы их сравнили с Маркесом (*), отчего грань между литературной и ресторанной критикой становилась всё тоньше и условней.

Во-вторых, копирайтеры с удовольствием обманывали свои агентства, находя через них клиента, а потом заключая с ним устный договор за спиной начальства.

Осмотревшись, Татарский осторожно вступил на эту ниву, и сразу же его ожидал успех.

С первого раза прошёл проект для дистрибьютора джинсов «Дизель», основанный на русском фольклоре.

Это был грубый, даже лубочный вариант, сляпанный Татарским в духе «Не - колы для Николы».

Визуальный ряд был следующим: у огромного, облитого маслом и мазутом дизеля на бетонном фундаменте стояли два толстоватых усатых дурачка, оба совершенно голые (вероятно, это было эхом несостоявшегося путешествия на запад с рекламы сигарет «West»).

Рядом был берег реки и песчаная полоса; по крупным каплям воды на телах двух друзей было ясно, что они только что вылезли из воды.

Прикрывая срам руками, они изумлённо глядели в глаза зрителю.

Текст гласил:

МЫ С ИВАНОМ ИЛЬИЧОМ
РАБОТАЛИ НА ДИЗЕЛЕ.
Я МУДАК, И ОН МУДАК,
У НАС «ДИЗЕЛЬ» СПИЗДИЛИ!

Обычно Татарский имел дело с PR - шестёрками, но в этот раз его вызвали к совладельцу фирмы, которая собиралась стать дистрибьютором «Diesel».

Это был хмурый корректный юноша.

Прочитав несколько раз две принесённых Татарским странички, он хмыкнул, подумал, позвонил секретарше и попросил подготовить бумаги.

Через полчаса одуревший Татарский вышел на улицу, неся во внутреннем кармане конверт, где было две с половиной тысячи долларов и контракт на полную и безусловную передачу всех прав на это произведение фирме молодого человека.

По новым временам этот улов был совершенно фантастическим.

Пытаясь не выпустить из рук синий хвост удачи, Татарский немедленно произвёл аналог.

Его имитация фольклора была довольно пошлой (впрочем, это не влияло на рыночную ценность), и надеяться можно было только на малое количество использованных слов:

НА ВОСЬМОЕ МАРТА МАНЕ
ПОДАРЮ КОЛЬЕ ДЕ БИРС
И СЕРЁЖКИ ОТ АРМАНИ –
ТО - ТО БУДЕТ ЗАЕБИСЬ!

Клон был абсолютно точным – сохранялась даже рифмовка брэнд - нэйма с матерным термином.

                                                                                 --  фрагмент из постмодернистского романа  Виктора Пелевина - «Generation „П“»
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) но и писатели, которым хотелось, чтобы их сравнили с Маркесом - Габриэль Хосе де ла Конкордиа Гарсиа Маркес (исп. Gabriel José de la Concordia García Márquez, прозвище — Габо) — колумбийский писатель, журналист, издатель и политический деятель, один из наиболее ярких представителей магического реализма — направления в литературе, которое сочетает элементы реальности и вымысла для передачи самобытности латиноамериканской истории и культуры. Лауреат Нобелевской премии по литературе (1982) и других наград.
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из фильма «Лимонов, баллада об Эдичке» 2024 )

Вспомнить всё

0

45

В том веке поумнее нас

Нет, никогда, ничей я не был современник,
Мне не с руки почёт такой.
О, как противен мне какой-то соименник,
То был не я, то был другой.

Два сонных яблока у века - властелина
И глиняный прекрасный рот,
Но к млеющей руке стареющего сына
Он, умирая, припадёт.

Я с веком поднимал болезненные веки —
Два сонных яблока больших,
И мне гремучие рассказывали реки
Ход воспалённых тяжб людских.

Сто лет тому назад подушками белела
Складная лёгкая постель,
И странно вытянулось глиняное тело,-
Кончался века первый хмель.

Среди скрипучего похода мирового —
Какая лёгкая кровать!
Ну что же, если нам не выковать другого,
Давайте с веком вековать.

                                                                               Нет, никогда, ничей я не был современник…(отрывок)
                                                                                                        Автор: Осипа Мандельштам

Органчик ( Фрагмент )

Природа ликовала; воробьи чирикали; собаки радостно взвизгивали и виляли хвостами.

Обыватели, держа под мышками кульки, теснились на дворе градоначальнической квартиры и с трепетом ожидали страшного судбища.

Наконец ожидаемая минута настала.

Он вышел, и на лице его в первый раз увидели глуповцы ту приветливую улыбку, о которой они тосковали.

Казалось, благотворные лучи солнца подействовали и на него (по крайней мере, многие обыватели потом уверяли, что собственными глазами видели, как у него тряслись фалдочки *).

Он по очереди обошёл всех обывателей и хотя молча, но благосклонно принял от них всё, что следует.

Окончивши с этим делом, он несколько отступил к крыльцу и раскрыл рот…

И вдруг что-то внутри у него зашипело и зажужжало, и чем более длилось это таинственное шипение, тем сильнее и сильнее вертелись и сверкали его глаза.

«П… п… плю!» — наконец вырвалось у него из уст…

С этим звуком он в последний раз сверкнул глазами и опрометью бросился в открытую дверь своей квартиры.

Читая в «Летописце» описание происшествия столь неслыханного, мы, свидетели и участники иных времён и иных событий, конечно, имеем полную возможность отнестись к нему хладнокровно.

Но перенесёмся мыслью за сто лет тому назад, поставим себя на место достославных наших предков, и мы легко поймём тот ужас, который долженствовал обуять их при виде этих вращающихся глаз и этого раскрытого рта, из которого ничего не выходило, кроме шипения и какого-то бессмысленного звука, непохожего даже на бой часов.

Но в том-то именно и заключалась доброкачественность наших предков, что как ни потрясло их описанное выше зрелище, они не увлеклись ни модными в то время революционными идеями, ни соблазнами, представляемыми анархией, но остались верными начальстволюбию и только слегка позволили себе пособолезновать и попенять на своего более чем странного градоначальника.

— И откуда к нам экой прохвост выискался! — говорили обыватели, изумлённо вопрошая друг друга и не придавая слову «прохвост» никакого особенного значения.

                         -- из сатирического романа - хроники Михаила Евграфовича Салтыкова - Щедрина - «История одного города»
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) видели, как у него тряслись фалдочки фалдочки — это небольшие, изящные или скромные по размеру складки на ткани.
_____________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из фильма «Трактир на Пятницкой» 1977 )

Вспомнить всё

0

46

Обдёрнулась или Крести - дураки на месте ( © )

В магазине меня обсчитали:
Мой целковый кассирше нужней.
Но каких несравненных печалей
Не дарили мне в жизни моей:

В снежном, полном весёлости мире,
Где алмазная светится высь,
Прямо в грудь мне стреляли, как в тире,
За душой, как за призом, гнались;

Хорошо мне изранили тело
И не взяли за то ни копья,
Безвозмездно мне сердце изъела
Драгоценная ревность моя;

                                                               В магазине меня обсчитали (отрывок)
                                                                         Автор: Арсений Тарковский

В 80-е годы прошлого века у моего приятеля дочка училась в МЭИ.

Летом на каникулы она устроилась работать продавщицей в продовольственный магазин в весовой отдел.

Прикрепили её к старой продавщице.

И та стала учить её уму - разуму, в частности, - как нужно обманывать покупателей.

Рассуждала она так:

«Покупатели бывают двух видов.

Одни сосредоточены на пересчитывании денег и постоянно погружены в себя - ты их обвешивай.

Другие же всё время следят за стрелкой весов, боятся, что их обвешают, — ты их обсчитывай».

За время два месяца работы в магазине дочка - студентка заработала солидную сумму и заявила родителям:

«Зачем я буду учиться, ломать голову, а потом прозябать инженером за жалкие гроши, если можно, зная только арифметику, «делать бабки», не отходя от кассы.»

Еле - еле приятель с женой уговорили дочь не бросать институт.

                                                                                                                                                                   Как обсчитывать покупателей
                                                                                                                                                                               Автор: Виктор Сухов

( кадр из сцены «Оптический обман» фильма «Мы с вами где-то встречались» 1954 )

Вспомнить всё

0

47

Когда стреляли сигаретку / А если, вдруг, 8 марта

Восьмое марта - праздник женский,
И у мужчин есть повод веский,
Чтоб милых женщин поздравлять,
Дарить цветы, стихи читать,

И говорить им комплименты,
И это вам не сантименты!
Для женщин от души
подарок -
В любви признания аналог.

Он дорог жёнам и мамулям,
Невестам, дочкам и бабулям.
И вы, любимые мужчины,
Побрейте на лице щетину,

Поздравьте вашу половинку,
Устроить дома вечеринку
В кругу семьи, иль на работе,
Иль если в гости вы идёте.

Как дорого от вас вниманье,
То женщинам - не потаканье!
За год свой пыл лишь не расстратьте,
Дарите чаще им объятья,

Добро и помощь, и улыбку,
Коль золотой у вас нет рыбки,
А если надо, то утешьте,
Вселив на лучшее надежду!

Возьмите женскую работу
(8 - ое в этот год - суббота)
Всю на себя, детей и стирку,
Не надорвите только спинку!

Мужчины - из другого теста,
Чем женщины, скажу вам честно.
Нам друг без друга очень плохо,
Ведь жизнь - большущая пройдоха.

                                                                          Мужчинам к 8 марта
                                                                       Автор: Ольга Мезенцева 2

Бог любит троицу

– То, что у мужчин между ногами, – начала Валентина, – меня уже не интересует, а что между плечами – не тешит.

Она трижды побывала замужем.

С каждым мужем прожила ровно по десять лет. Видимо, десять лет – крайний срок женского терпения.

С первым супругом училась в институте. Ей было за двадцать.

Он был старше её, отслужил армию. Влюбилась по уши.

Как положено – свадьба, белое платье, фата, вопли “горько”.

Молодожёнам досталась большая двухкомнатная квартира бабушки, чья кончина за неделю до свадьбы стала хоть и горьким, зато царским подарком, – не было счастья…

В первую брачную ночь Валя обескуражила супруга – оказался первооткрывателем.

Через год родила дочку. Через три муж стал изменять с её лучшей подругой.

Но не ушёл к разлучнице – некуда было!

Оставшиеся пять из десяти лет совместной жизни он устроил ей “вырванные годы”, доходило до потасовок.

Наконец, не выдержала, и оставив супругу квартиру и дочку, сбежала к матери, чего он, собственно, и добивался.

Дочку, правда, вернул, справедливо решив: ей – дочка, ему – квартира.

Слабое утешение – новой жене так и не удалось продлить сучий его род…

Второго мужа Валя обрела в туристическом походе.

Синеокий мечтатель, он разливался соловьём, распевая песни у вечернего костра под гитару, чем и покорил.

Делать более ни хрена не умел, зато любовью горазд был заниматься в любое время суток.

В своей жизни он совершил единственный мужской поступок – удочерил её дочь…

Как снег на голову – развал страны.

Супруг благополучно потерял работу, чем, впрочем, не слишком обеспокоился.

Днями лежал в раздумьях о судьбах человечества, перебирая струны гитары.

Содержание семьи, стирку, уборку, походы в магазин и детский сад он оставил жене, – не мужское это дело.

К вечеру, распираемый накопившейся за день энергией, нетерпеливо ожидал уставшую измученную супругу с работы, чтобы со всей ответственностью приступить к исполнению супружеских обязанностей.

Любвеобильный супруг проявлял чудеса неутомимости, отбирая остатки сил.

Слава Богу она не оставила в его паспорте следов о прописке.

Но развестись с ним оказалось непростым делом.

После развода он продолжал наведываться к падчерице.

На самом же деле подкатывал к бывшей жене.

Та уступала – чего не сделаешь от тоски и на безрыбье…

Третий муж оказался полной противоположностью двум первым: солидный, степенный, интеллигентный, одним словом – приятный во всех отношениях.

Познакомилась с ним в филармонии на концерте.

Вначале всё было просто замечательно, если не считать его длительных командировок…

Но однажды, сорвавшись по какой-то причине днём с работы, Валя застала умилительную картину – командировочный устроил в их гнёздышке день открытых дверей для дружков - собутыльников и их сизолицых подруг.

Короче, он оказался запойным.

В периоды же “недержания” пропадал в долгих командировках.

Довелось вступить в схватку с зелёным змием, к сожалению, неравную.

Бедняга лечился, подшивался, да хватало его от силы на год.

В отличие от второго её избранника, супружеские обязанности он исполнял без энтузиазма, а через пять лет супружества и вовсе устранился.

На хрен он тогда вообще нужен?!!

Как-то после полугодовой “завязки” благоверный в очередной раз сорвался и заявился в свинском состоянии.

Не пустила на порог. Утром обнаружила спящим на коврике у входной двери.

С трудом выволокла на улицу, прислонила к мусорным контейнерам.

Там и оставила, полагая – лучшего места для него не сыскать…

На этом её хождения за три мужа завершились – Бог терпит троицу.

Тридцати лет замужества Вале с лихвой хватило, чтобы убедиться в несостоятельности института брака, осталось неясным, зачем для этого понадобилось столько лет.

Чтобы числиться мужнею женой, при этом стирать грязные носки, смотреть бокс и футбол, страдать бессонницей от непереносимого храпа?

Живи она в селе – другое дело. Без мужских рук там не обойтись.

А в городе какая надобность?

Когда же “надобность” всё же наступала, достаточно устроить романтический вечер при свечах, но не позднее утра...

                                                                                                                                              Женщина без мужчины - не приговор (отрывок)
                                                                                                                                                                         Автор: Ивушка

( кадр из фильма  «Одинокая женщина желает познакомиться» 1986 )

Вспомнить всё

0

48

И пришёл к ним дедушка

Соли не пуд съели вместе, а центнер.
Так бы и ели – впригляд, натощак.
Но…
Кашки - малашки подброшен рецептик
С дряблой закваской на кислых дрожжах.

Был перебитый горшок наспех склеен.
И, запечатав уста на запор,
Нами, чтоб юшка было посытнее,
В воду опущен бывалый топор.

Снежной крупой заправляли метели,
Кашу в горшке закрутивши комком.
Видно, подмешивать поднаторели
В манну с небес от козла молоко.

Кашка подходит, и самое время
Ложкой большою намять ей бока.
С дальним прицелом крапивное семя
В кашку замешано наверняка.

                                                                     Заварили кашу... совримненная сказка (отрывок) *
                                                                                           Автор: Александр Сентябрь

* совримненная сказка - авторское написание.

Том третий. Глава 4 — Часть 3 ( Фрагмент )

Малаша, которая, не спуская глаз смотрела на то, что делалось перед ней, иначе понимала значение этого совета.

Ей казалось, что дело было только в личной борьбе между «дедушкой» и «длиннополым», как она называла Бенигсена.

Она видела, что они злились, когда говорили друг с другом, и в душе своей она держала сторону дедушки.

В средине разговора она заметила быстрый лукавый взгляд, брошенный дедушкой на Бенигсена, и вслед затем к радости своей заметила, что дедушка, сказав что-то длиннополому, осадил его: Бенигсен вдруг покраснел и сердито прошёлся по избе.

Слова, так подействовавшие на Бенигсена, были спокойным и тихим голосом выраженное Кутузовым мнение о выгоде и невыгоде предложения Бенигсена: о переводе в ночи войск с правого на левый фланг для атаки правого крыла французов.

— Я, господа, — сказал Кутузов, — не могу одобрить плана графа. Передвижения войск в близком расстоянии от неприятеля всегда бывают опасны, и военная история подтверждает это соображение. Так, например… (Кутузов как будто задумался, приискивая пример и светлым, наивным взглядом глядя на Бенигсена). Да вот хоть бы Фридландское сражение (*), которое, как я думаю, граф хорошо помнит, было… не вполне удачно только оттого, что войска наши перестраивались в слишком близком расстоянии от неприятеля… — Последовало, показавшееся всем очень продолжительным, минутное молчание.

Прения опять возобновились, но часто наступали перерывы, и чувствовалось, что говорить больше не о чем.

Во время одного из таких перерывов, Кутузов тяжело вздохнул, как бы сбираясь говорить.

Все оглянулись на него.

— Eh bien, messieurs! Je vois que c’est moi qui payerai les pots cassés, — [Итак, господа, стало быть мне платить за перебитые горшки,] сказал он.

И, медленно приподнявшись, он подошёл к столу. — Господа, я слышал ваши мнения. Некоторые будут несогласны со мной. Но я (он остановился) властью, вручённою мне моим государем и отечеством, я — приказываю отступление.

Вслед за этим генералы стали расходиться с тою же торжественною и молчаливою осторожностью, с которою расходятся после похорон.

Некоторые из генералов негромким голосом, совсем в другом диапазоне, чем когда они говорили на совете, передали кое - что главнокомандующему.

Малаша, которую уже давно ждали ужинать, осторожно спустилась задом с палатей, цепляясь босыми ножонками за уступы печки и, замешавшись между ног генералов, шмыгнула в дверь.

                                                                                                                          -- из романа - эпопеи Льва Николаевича Толстого - «Война и мир»
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Да вот хоть бы Фридландское сражение - Фридландское сражение — сражение между французской армией под командованием Наполеона I и русской армией под командованием генерала Л. Л. Беннигсена, которое произошло 2 (14) июня 1807 года под Фридландом (ныне — город Правдинск Калининградской области), примерно в 43 км к юго-востоку от Кёнигсберга. Битва завершилась поражением русской армии и привела к скорому подписанию Тильзитского мира.
Ключевую роль сыграло невыгодное положение русских войск: они оказались зажаты в излучине реки Алле (ныне Лава) и не могли свободно маневрировать. Французы под руководством Наполеона нанесли удар по левому флангу русских, которым командовал П. И. Багратион. Его части стойко оборонялись и в итоге смогли прорваться к переправам, сохранив боеспособность. Правый фланг под командованием А. И. Горчакова оказался отрезан от мостов и был вынужден переправляться через реку в тяжёлых условиях. Французскую артиллерию особенно эффективно использовал генерал Сенармон: он постепенно подводил орудия всё ближе к русским позициям и буквально выкашивал ряды пехоты картечью.

___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр  из фильма «Мой генерал 1979 )

Вспомнить всё

0

49

До барака на "ГУЛАГе"

По талонам хлеб и мыло
Без талонов - ни шиша
Без талонов нынче вдоволь
Только на уши лапша

                                                        -- народное

1.2. Таня ( Фрагмент )

В совхозе («музей гулага», как его называли в уже вдохнувшем свободы классе) было весело.

Картофельные работы походили на чуть подпорченные каникулы, продлённые в бабье лето: умеренно выпивали, слушали музыку, играли в карты.

Несколько часов грядко - майнинга в поле утомляли не слишком.

Правда, иногда на сутки или двое отключали воду (шутили, что у водопроводчиков своя картошка), и тогда приходилось мыться по одному в перегороженной бане, где на каждой половине стояло по огромному баку с водой – для мальчиков и для девочек.

Чтобы не одеваться и не раздеваться лишний раз, в баню ходили налегке, иногда просто заворачиваясь в полотенце.

Таня предпочитала надевать на эту короткую прогулку модный купальник, для которого той осенью всё равно не нашлось другого применения – и уже поверх него оборачивалась в тропическое жёлтое полотенце с пальмами.

Однажды, отправившись в баню, она встретила у входа Федю.

Тот выглядел смешно: на нём был дурацкий слесарный халат синего цвета (совхоз получал их по бартеру – такие выдали всем мальчикам) и красные тапки на босу ногу.

Халат был застёгнут на одну пуговицу, и под ним была видна бледная грудь.

Словно стараясь сделать себя ещё более жалким, Федя быстро курил.

Заметив её, он сразу отвернулся.

Таня вошла в баню и стала мыться.

Она уже почти заканчивала, когда на мальчиковой стороне за сделанной из старых теннисных столов перегородкой раздался звонкий грохот тазов и шаек, рушащихся на пол.

Таня поняла, что Федя подглядывал за ней сквозь щель между столами – и повалился со своих подпорок.

Эта мысль её и рассмешила, и напугала.

А вдруг он сейчас возьмёт и…

Вряд ли, конечно, но девки говорят, что когда у них спермотоксикоз, они совсем безумные.

Когда Таня вышла из бани, уже начинало темнеть.

Федя околачивался на том же месте, где курил полчаса назад.

Он явно её ждал, это Таня ощутила сразу.

Он глядел на неё с выражением торжества и счастья на лице – и это было так странно, что от неожиданности и шока Таня остановилась.

Тогда написанное на Федином лице торжество превратилось в какое-то мучительное умиление, и он, всё ещё глядя ей в глаза, поднял руки, сжал в них лацканы своего халата – и потянул их в стороны, словно борясь с желанием сорвать с себя эту синюю тряпку и сделать что-то невероятное, небывалое…

Этот незавершённый жест был немного похож на классическое «стреляй, фашистская курва» из фильмов про войну, но вместо «стреляй» просился другой глагол.

Таня пришла в себя – и пулей помчалась к спальному бараку.

У дверей она остановилась.

Страх прошёл, и её теперь разбирал смех.

Что-то случилось, но непонятно было, что именно и как про это рассказать девкам.

Федя сделал что-то? Вроде нет.

Руками не трогал. Ни её, ни себя.

Просто стоял у бани, держась за слесарные лацканы.

Но в том и дело, что он не просто так стоял. Очень не просто…

Это было очевидно, но как такое объяснишь?

Да и на что жаловаться?

Борьба космических сил в душе уголовным кодексом не преследуется.

Даже когда отчётливо отражается на лице.

Смешной мальчик, да.

Вид у него был такой, словно он удерживает скакуна.

Решив никому ничего не говорить, Таня легла спать.

                                                                                                                  -- из  романа Виктора Пелевина - «Тайные виды на гору Фудзи»

Вспомнить всё

0