Однажды или Лихоманка за № N.

  Однажды Иоанн Креститель шёл по дороге и повстречался с 77 девицами. Все они были одеты в дорогие платья, а Иоанн Креститель был одет только в верблюжью шкуру. Увидели это 77 девиц и принялись насмехаться над Иоанном Крестителем. Тогда остановился Иоанн Креститель и спросил их: «Что вы за девы и куда идёте?» На это девицы отвечали, что они — дочери царя Ирода и идут купаться. Иоанн Креститель сказал: «За то, что вы надо мной насмехались, будьте вы трижды прокляты! И пусть в вас вселится болезнь, которая будет вас трясти, ломать, знобить, сушить. И где только вы ни появитесь, от вас все люди будут болеть и проклинать вас. Не умрёте вы до скончания века и будете невидимо ходить между людьми и мучить их; люди же вечно будут вас клясть». Вот с тех пор и шатаются по свету 77 дочерей царя Ирода и разносят между людей болезнь. ( © )

Однажды он пришёл домой,
купил жене подарки, розы,
и шубу с шапкой меховой,
у слуг от горя льются слёзы,
Жена оставила, ушла:
- Тебя была я недостойна, -
и дочку тоже забрала,
в душе тревожно, беспокойно,

Пошёл в трактир напиться, там
мужик какой-то привязался,
вот сел в кибитку, по пятам
воры, без денег он остался,
Очнулся в поле, голова
болела, даже без сознанья,
что с ним, он где, к чему слова,
царило полное незнанье,

Бродил один 15 лет
по деревням и по дорогам,
хотел за тьмой увидеть свет
назло всем бедам и тревогам!
И вот однажды занесла
судьба в деревню, захолустье,
семья его подобрала,
но мы подробности опустим

                                                      Знахарь (отрывок)
                                                   Автор:Ольга Вензовская

Глава 1. (Фрагмент)

Темно. Уже не представляю себя не в темноте.

Вокруг спокойно, тепло, ни дуновения.

На душе такая умиротворённость, что хочется прилечь и вздремнуть ненадолго.

Но… я ведь и так сплю.

Во сне я чувствую себя гораздо комфортнее, чем в жизни. Ведь я прихожу сюда ради Него.

Рядом с ним, я теряю способность двигаться, дышать, даже мыслить.

Он как огромный мощный магнит приковывает меня к себе и, вместе с тем, не подпускает ни на шаг.

Он никогда не позволяет смотреть на него и всегда находится либо позади, либо виден лишь боковым зрением.

Вот уже которую ночь, я даю обещание заговорить с ним, но каждый раз мысли словно каменеют в его присутствии.

Обычно он появляется стоит мне только подумать, но сегодня что-то не так.

Я как будто не одна в собственном сне.

Ощутив босыми ступнями тёплый деревянный пол, я осторожно шагнула вперёд.

Оглядевшись, я понимаю, что нахожусь в небольшом доме, где все вокруг деревянное. На полу посреди комнаты лежит мужчина.

Осторожно подкравшись к нему, я села на корточки и принялась изучать его.

Крупный, красивый, очень высокий брюнет.

Он лежал в расслабленной позе, а его грудь мерно поднималась от дыхания.

Спит. Странно. Обычно все здесь довольно общительные и энергичные.

Медленно, словно боясь его спугнуть, я потянулась к нему рукой.

Лёгкий холодок страха сковывал движения, при этом ещё сильнее подогревал любопытство.

Левая ладонь ощутила приятное тепло, но я тут же одёрнула руку. Мне не нравится касаться людей даже во сне.

Поднявшись, я решила выйти из дома, чтобы всё-таки позвать того, за кем пришла.

За своими действиями я не заметила, как спящий мужчина за моей спиной открыл глаза и оглянулся жадным взглядом.

Спустившись по деревянному крыльцу мне оставался всего один шаг чтобы выйти из дома. И я увижу того, за кем пришла.

Но внезапно сильные руки обхватили меня сзади, а огромная ладонь закрыла рот.

Я замычала, пытаясь высвободиться, но мужчина крепче прижал меня к себе.

Спиной я ощущала его твёрдую грудь и спокойное дыхание.

Словно он не прилагал никаких усилий, чтобы удерживать моё сопротивление.

В голове закружились странные мысли: моё имя, место работы, рабочие моменты, что произошли днём ранее, отчёты, документы и дом, где я живу.

Что за бред!

Я забилась в его руках, но только сильнее выбивалась из сил.

Его горячие ладони прожигали насквозь и, внезапно, на какую-то долю секунды, мне захотелось раствориться в его захвате.

В этом мужчине было что-то невероятно притягательное и вместе с тем опасное.

Дёрнувшись изо всех сил, мне удалось скинуть огромную ладонь, закрывающую рот.

Я вскинула голову, чтобы заговорить с ним и спросить, какого чёрта он на меня напал, но чуть не столкнулась с губами мужчины.

Я замерла всего в паре миллиметрах от его губ, отчетливо ощущая его дыхание на своей коже.

Горячее, успокаивающее, волнующее.

Закрыв глаза, я отпустила ситуацию и тут же почувствовала, как мужские губы коснулись моих.

Голова закружилась, мысли спутались в узелки, и я ответила на его поцелуй.

Все ощущения поблекли, оставляя на секунду только его властные объятья, но вскоре и они исчезли вместе со сном.

                                                                                                                                                                     Чёрная Вода (отрывок)
                                                                                                                                                                       Автор: Алёна Худова

Сей басней вразумись, строптивая жена

Бывает в басне одинокой
Укрытая моралью вещь,
Незримая для взора многих
За долготою томных плеч.

Что, повисая над текстами,
Роняет свой усталый тон.
Не видят люди пред глазами
Тот архаичный крайний сон.

Который в хартиях струился,
Как шёпот Феба у зарниц,
Как отблеск ясности таился,
В глубинах тлеющих страниц.

И тень Эзопова крылата,
Проносится над строчной мглой,
Как будто истины расплата
Зовёт сказать: «Пора домой!..»

Но коль читатель не корыстен,
Не суетлив, не горделив,
Способный сочетать сквозь мысли,
Моралей шёпотный порыв.

                                                                   О баснях (отрывок)
                                                                Автор: Лев Колесников

–_А_может_и_мне_попробовать,_а__А_то_в_последнее_время_аппетита_совсем_нет_–_Попробуй,_попробуй_😂__к_ф_Дамы_приглашают_кавалеров.mp4
–_А_может_и_мне_попробовать,_а__А_то_в_последнее_время_аппетита_совсем_нет_–_Попробуй,_попробуй_😂__к_ф_Дамы_приглашают_кавалеров.mp4

Пётр Николаевич Самсонов уже не первый час заседал в рюмочной.

Последний день командировки он давно и прочно решил посвятить разбавлению алкоголем собственных, густых от противоречивых настроений, мыслей.

С одной стороны, дома его ждала любимая супруга Машенька, для которой он припас рулончик роскошнейшей ткани, прикупленной в обход всеобъемлющего дефицита на местной фабрике, куда его и посылали в командировку, налаживать оборудование.

И было очень радостно предвкушать зрелище счастливого лица своей второй половины, фантазирующей на предмет фасона будущего платья.

Для обожаемой дочки Ленульки в тощей сумке была припрятана новая кукла, тоже обещавшая стать предметом восторга и причиной утроенного количества поцелуев.

Но, с другой стороны, как это неизбежно бывает по великому закону подлости, дома его ждала и тёща, Александра Степановна.

С этой редкостной фурией Петру Николаевичу и его девочкам предстояло жить ещё не меньше года, пока строится дом, в котором они с великими материальными жертвами приобрели кооперативную квартиру.

Так вот, упомянутая фурия всенепременно начнёт пилить его сразу же по возвращении.

Грызть за то, что другие мужья везут из командировок не жалкие тряпки и пупсиков, а большие денежки и фарфоровые сервизы.

И лучше будет ей не возражать, а то она втянет в скандал и Машеньку, и доведёт её до слёз живописанием того, за какого редкостного идиота она вышла замуж.

Таковая перспектива не радовала Самсонова ни с одной из сторон, поэтому он продолжал методично опрокидывать рюмку за рюмкой.

А время отлёта домой, между тем, неумолимо приближалось.

То­лько когда тянуть дальше было уже никак невозможно, сильно пошатывающийся Пётр Николаевич вышел из питейного заведения и побрёл к гостинице.

У входа уже стояло такси, в котором сидел его друг и коллега по работе Толик, который, отлично зная про невыносимое семейное положение приятеля, даже не стал высказываться по поводу десятиминутного­ опоздания.

Непри­ятности у Самсонова начались в аэропорту.

Его наотрез отказались пропустить в самолёт, ссылаясь на невменяемость состояния.

Не спасли ни слёзы, ни деньги, предложенные стюардессе.

Дама брезгливо поджала губы, и вызвала милицию. Петра Николаевича забрали в вытрезвитель.

От­оспавшись там, Самсонов осознал весь ужас своего положения.

Следующий рейс домой был только через день, а это значит, что он задерживается на два дня против обещанного.

Что скажет тёща... нет, хуже того, что подумает Машенька!

Терзая­сь такими мыслями, он приехал обратно в гостиницу, намереваясь немедленно позвонить домой и всячески извиниться за своё неподобающее поведение, чтобы успокоить хотя бы жену.

На беду в холле работало радио.

И ожидая, пока невесть откуда принесут ключи от номера, нашедшегося, само собой, за условленную мзду, Пётр Николаевич услышал траурную новость.

Самолёт, на котором ему не удалось улететь, разбился. Все, кто был на борту, погибли.

Извести­е повергло Самсонова в глубочайший шок. Толик, его лучший друг Толик был в злосчастном самолёте!

Как же теперь... Ведь он сам только чудом остался жив... А Толик погиб.

И в таких растрёпанных чувствах Петр Николаевич направил свои стопы в ту самую, теперь счастливую для него рюмочную.

                                                                                                                                                                      Пить или не пить (отрывок)
                                                                                                                                                                            Автор: Ника Алова

( кадр из фильма «Дамы приглашают кавалеров» 1980 )

При чём тут я !? При чём тут он !? ( © )

Умер от чахотки, умер одиноко,
Как и жил на свете, ― круглым сиротою;
Тяжело вздохнул, задумался глубоко
И угас, прильнув к подушке головою.
Кое - кто о нём припомнил… отыскались
Старые друзья… его похоронили
Бедно, но тепло, тепло с ним попрощались,
Молча разошлись ― и вскоре позабыли.

                                                                             Умер от чахотки, умер одиноко…
                                                                                           Автор: Надсон С. Я.

Палочка Коха, или Я не могла сказать! (МосНаучФильм, 1958) © Тubercule bacillus, bacillus Kochii

Петруца ( Фрагмент )

Я учился в шестом классе, когда проба манту стала оставлять у меня необыкновенно большой след.

Хотя это был укол, мы его не очень боялись, потому что его делали повыше запястья смехотворно тоненькой иглой, пускавшей под кожу капельку жидкости.

Конечно, мы предпочли бы вакцину на кусочке сахара, но чего нет, того нет.

Засучив рукава, мы выстраивались в ряд у медицинского кабинета и, просочившись в дверь, первым делом смотрели, что творится с теми, кто вошёл раньше, поднимали на смех пугливых

— девчонок и особенно мальчишек — и, когда подходила наша очередь, протягивали руку и отворачивались.

Через несколько дней была проверка результата.

Тогда-то и начались мои мучения.

Первый раз меня застали врасплох.

Я уже и думать забыл про какую-то там прививочку.

Вот та, что делали в ногу, была жуткая, на другой день болела нещадно, так что ногу не согнёшь, к тому же все остальные норовили пнуть тебя в больное место, стоило только зазеваться.

По сравнению с той эта была пустяком.

Медсестра вошла в класс и начала проверку с первой парты.

Я, хоть и самый мелкий из мальчиков, сидел на последней парте с второгодником по имени Пуйка Йон, который был в два раза крупнее меня и которого я должен был якобы наставить на путь истинный.

Этот Пуйка был остолоп, каких мало.

На уроке чтения, когда его вызвали читать тот самый стишок, где старушка поскользнулась зимой на льдышке и упала, а дети помогли ей подняться, он читал по слогам: «ста - руш - ка ско - луп - нулась».

Просто катастрофа.

Вот этот-то Пуйка и увидел первым моё манту, дня через два после того как его сделали.

Я сравнил моё и его, и меня обуял страх.

У него чуть - чуть розовело вокруг укола, а у меня, на моей тоненькой ручке с полупрозрачной кожей и синими венами, расплылось огромное, как блюдце, багровое пятно.

«Зараза, — сказал Пуйка, — я не буду сидеть с чахоточным за одной партой!»

Ребята сгрудились вокруг меня и принялись скандировать: «За - ра - за! За - ра - за!»

От этого словечка (а оно прилипло ко мне потом на несколько лет так же, как «чахоточный») меня просто покорёжило.

В первый момент пришли на ум оторвы из нашего двора — их часто кликали «заразами».

На первом месте была Лумпа, на втором месте — Симфония до мажор.

При чём тут я?

Медсестра ещё не дошла до моей парты, а ребята уже силой держали над крышкой мою руку, которую я хотел спрятать.

«Товарищ медсестра! Товарищ медсестра! Посмотрите на этого мальчика!»

Медсестра, минуя остальных, направилась прямиком к последней парте.

И вот я стою в центре всеобщего внимания.

Помню, как у меня дрожали коленки.

Все ученики смеялись и корчили мне рожи.

Медсестра смерила пятно у меня на руке вдоль и поперёк пластмассовой линейкой и покачала головой.

Шёпотом переговорила с учительницей. Потом нас отпустили на переменку.

Через некоторое время мне повторили манту, мне одному, втайне от одноклассников.

Вышло то же самое. Когда я увидел снова расползающееся пятно, я чуть не сгорел со стыда.

Меня мучила теперь не только травля — травили меня всем классом, целый месяц перевирая слова стихов и песенок, чтобы бросить мне в лицо постыдные слова.

Как повяжешь галстук,
Чахоточный ты наш,
Береги его,
Чахоточный ты наш,
Он с твоим манту,
Чахоточный ты наш,
Цвета одного!
Чахоточный ты наш,

— пели они, пихаясь и дыша мне в лицо.

А когда мы по родной речи проходили стишок «Преда Бузеску» (*), они его переиначили так:

Чахоточный-то наш:
секиру он хватает
и Преде он несчастному
щит тут же пробивает!

Так вот, ещё больше мучило меня само это красное пятно, которое расползалось изо дня в день, и я не мог его остановить, не мог ничего поделать.

Как будто мне на лоб поставили клеймо калёным железом — так я себя чувствовал.

Я делал себе компрессы, я лизал его чуть не по полчаса — вдруг спадёт — но увы!

Я был чахоточный, и мне грозил профилакторий, как шёпотом, но громким, сказала медсестра учительнице, а класс услышал, и после, голосочками из мультфильмов, распевал мне вслед:

«Профилакто - о - орий! Профилакто - о - орий!»

                                                      — из сборника рассказов румынского писателя Мирчи Кэртэреску - «За что мы любим женщин»
__________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) А когда мы по родной речи проходили стишок «Преда Бузеску» - Преда Бузеску — героический персонаж одноименного стихотворения Димитрие Болинтиняну (1825 – 1872), румынского поэта и политического деятеля. Примечание редактора.
__________________________________________________________________________________________________________________________________________

( художник Ари Шеффер, картина «Смерть Жерико» )

Гуманоид в небе мчится и кричит: „Кончай учиться!"

«Гуманоид в небе мчится и кричит: „Кончай учиться!“» — фраза из фантастической комедии «Если верить Лопотухину...» ( 1983 )

! Дорогие ребята, не надо так уж буквально понимать заголовок данного поста. Впереди экзамены и прочие встречи с преподавательским составом вашей школы.

Днём в окно смотрел,
Видел и сразу обалдел,
НЛО мимо пролетел,
Удивлённо очень я смотрел.

Видел я в окне,
Жизнь кипит везде,
Словно на природе,
В этой красоте.

Не смотрю в окно,
Надоело мне оно,
Время быстро пролетело,
И не сделал я дело.

                                                Я смотрю в окно (отрывок)
                                                     Автор: Виктор Металлин

Большое круглое поле, турники, футбольная площадка.

У меня красивая школа, большая, самая большая.

Все работают: девочки подметают и белят деревья, мальчики копают, сажают маленькие кусты.

Моя лучшая подруга в длинной юбке и с хвостиками машет мне и продолжает мести.

Учитель - ворчун смотрит на меня, щурит хитрые глаза и качает головой.

Его квадратная голова движется из стороны в сторону, мы тихо смеёмся.

Мы уважали и любили его. Он был хорошим учителем и хорошим человеком.

Пыльные дорожки касаются рыжего веника, крупинки пыли бьют в лицо.

Моя любимая обувь становится грязной.

Мальчики громко хохочут, делая вид, что копают.

Коты дерутся, мы бросаем всё и замираем.

Рыжий кот сильнее.

Я хочу разнять, но одноклассник с кривым носом и высоким лбом останавливает меня:

— Давай поспорим, кто победит.

Закатываю глаза и иду дальше. И так ясно, рыжий.

Учитель зовёт нас обратно к работе и смотрит на нас, как на провинившихся цыплят.

Громко цокает языком.

Серый костюм и белая рубашка совсем не подходят для субботника, а лакированные туфли делают из него почти буржуа, не хватает только шляпы.

Мы работаем усердно, пока мальчики смеются. Учитель уже стоит у них за спиной, а они не замечают.

Искра, буря… — смеёмся уже мы, показывая языки.

Потом играем: в классики, в резинки, в футбол.

Впереди каникулы. В груди что-то щемит, грустно. Буду скучать.

Холодная вода из-под крана освежает, но внутри всё равно сжимается: три месяца, целых три месяца без школы.

Учитель - ворчун смотрит на нас грустными глазами и говорит:

— Вы можете быть не умными, не гениальными… но хорошими людьми быть обязаны.

Мы молча смотрим на него. Морщины в уголках глаз дрожат.

Мы киваем. Мы согласны.

Уже обед, пора домой. Запах земли и краски.

Я прощаюсь со всеми и вдруг понимаю, как больно прощаться.

Потому что они моя вторая семья.

Не просто одноклассники.
                                                                                                                                                      Школьный субботник (отрывок)
                                                                                                                                                                  Автор: Руми Белис

Страной он признанный поэт

Вы ищете, мой друг, на ком жениться?
Певицу не советую - глупа!
Актриса - задавала и блудница,
Танцовщица - с любым на пару па!
Модель - недополучите по весу,
К тому же, легкомысленна она!
Возьмите лучше замуж поэтессу!
Вот это будет верная жена!
Порядочна, ответственна, ведома -
В отличие от бестии шальной,
А раз ночует где - нибудь не дома -
Так значит, просто пишет под луной!
Хоть сплетни бесконечно хороводят,
Но все они беспочвенны, увы!
Метафоры из космоса приходят,
А образы берёт из головы...

                                                                Возьмите замуж поэтессу! (отрывок)
                                                                             Автор: Алина Серёгина

«Нет. Это невозможно», - усевшись на кресло, которое было прицеплено ещё к четырём подобным сидениям, устало подумал Кирилл Данилович.

Уже битый час он путешествовал от одного окна к другому.

Но нужных документов получить так и не удалось.

То где-то начинался получасовой перерыв, то дама в окне исчезала «припудрить носик»,

то ему твердили, что он не там поставил подпись или написал не тот код, то нужно было пропустить старичка, который едва стоял, опираясь на тросточку, а потом оказывалось, что у него проблема почти на сорок минут.

Терпение мужчины подходило к концу, а проблема оставалась на том же месте.

Он решил ещё раз просмотреть всё на сотый раз, неужели правда код не тот.

И вот же…

Оказалось, когда девушка вернула ему бумаги, он порезал палец о край листа.

«Даже не заметил», - с досадой подумал Кирилл.

Едва он, достав платок, промокнул каплю крови, которая, к счастью, оказалась единственной, порез был не слишком глубоким, как увидел в кресле рядом кучерявого молодого человека в джинсах и чёрной кофте с капюшоном, который старательно ему подмигивал.

Кирилл Данилович оглянулся, вдруг позади него сидит молодая девушка или знакомый странного парня, но нет, сидение за его спиной оказалось пустым.

Меж тем кучерявый продолжал панибратски ему улыбаться, сияя ровными острыми и совершенно белоснежными зубами, словно на рекламном плакате.

- Простите, мы знакомы? – удивлённо спросил Кирилл.

Сил грубить уже не было, да и зачем, вдруг это племянник каких - нибудь знакомых, бывший ребёнком, когда он видел это кудрявое чудо в последний раз, а теперь вырос.

Он - то его, судя по всему, узнал.

- Пока нет, - ответил парень, - но, очень надеюсь, познакомимся, вы ведь меня вызвали. Я составлю договор, а начальство пришлёт исполнителя. Дело минутное. Вы чего бы очень хотели? Денег, власти, славы? А может быть женщин? – он снова мерзенько подмигнул.

- Минутку, это какой-то розыгрыш? – начиная вскипать, спросил Кирилл.
- Нет, что вы. Никаких шуток, всё верно. Вы изобразили пентаграмму и замкнули её кровью.

- Ничего я такого не делал, - возмутился мужчина и грозно глянул на кучерявого. – Вы вообще кто?
- С вашего позволения, я - работник канцелярии.

- Местной или небесной? – почти зашипел, пытаясь едко пошутить, Кирилл Данилович, он едва держался, чтобы не сорваться на глупом чудикее.

Ещё хотел добавить про то, что этот оболтус наелся тухлых яиц (витал в воздухе странный ароматец), но решил, что возможно этот запах и не от него.

Парень даже ухом не повёл на этот выпад, а спокойно ответил:

- Нет, не местной, конечно же, но и к небесам никакого отношения не имею. Я с противоположной стороны. Если вам будет так понятнее…

Он поднял руку и щёлкнул пальцами.

В одно мгновение гул голосов в помещении прекратился, а люди замерли в неестественных позах.

- Я – чёрт, если вам так будет угодно. - Он сказал это громко, не опасаясь быть услышанным. - У нас с вами есть несколько минут, чтобы поговорить. Позвольте, я всё объясню подробно.

Непонятно откуда, словно из воздуха, в его руках появился альбом для рисования, какой мамы покупают детям в школу, и остро заточенный карандаш.

- Вы отошли от первого окна, то есть отсюда. Обозначим эту точку буквой «А».

Потом прошли вот сюда, обозначим буквой «Б».

Здесь пропустили дедушку, это у нас буква «В», а тут у вас потребовали исправить код записи, это «Г».

Окно у входа обозначим буковкой «Д».

И, наконец, вы снова вернулись к первому окну, где и замкнули круг с помощью собственной крови, которую потом промокнули платком.

Теперь соединим все буквы и, вуаля! Прекрасная пентаграмма, вот, убедитесь сами.

Он протянул Кириллу альбом.

На листе и впрямь красовалась пятиконечная звезда.

- И? Что теперь?
- Теперь просите, что вашей душе угодно, в обмен на неё же, само собой. Извиняюсь, за каламбур.

Парень снова обнажил свои острые зубы в улыбке, которая теперь больше напоминала оскал.

                                                                                                                                                                                       Чёрт ногу сломит! (отрывок)
                                                                                                                                                                               Автор: @ Лана Лэнц  "По ту сторону"

( кадр из фильма  «Покровские ворота» 1983 )

Нуждается в льготах и в значительных послаблениях

Или, да таких в "Чебурашку", да на Ханкалу !

Я вчера закрыл больничный,
Снова годен к строевой!
Только жаль, что в жизни личной
Перспективы никакой!

На пять лет помолодел
Так как предпенсионер!
Ещё б скинуть дюжину…
Вновь кому-то нужен? Ну!

                                                  Частушки предпенсионерские (отрывок)
                                                                       Автор: Семёныч

В госпитале не было замков на дверях.

Отделение открытого типа и все больные могли в любое время совершать прогулки по территории госпиталя и посещать общую столовую.

На трёхметровом бетонном заборе колючая проволока, перед забором натянута проволока - путанка МЗП (малозаметное препятствие), обмазанная мазутом, территорию госпиталя патрулируют солдаты - автоматчики.

На КПП также автоматчик и дополнительная охрана.

Вокруг гарнизона сплошь минные поля да блок - посты.

Выбраться на Большую землю без документов, практически не возможно.

За три года работы отделения – был всего один побег, но какой.

Капитан Аленичев поступил по направлению командира из Борзойского гарнизона.

С его слов, много работал, мало отдыхал, не был в отпуске полтора года, друг подорвался на мине, командир части лишил премии, мало закрывают боевых.

Будет подавать на него в суд, - отсуживать боевые и неотгулянные отпуска.

Типичная история, для типичного чеченского невротика.

Поместили его в офицерскую палату.

Сообщили, что завтра первой Чебурашкой (*) полетит на Владикавказ, и в этот же день Скальпелем (**) перелетит в окружной госпиталь Ростова - на - Дону, где в психиатрическом отделении пройдёт военно - врачебную комиссию.

И капитан Аленичев согласился.

«Заодно и жалобу на командира в окружную прокуратуру подам…» - размышлял он вслух.

Но попросил разрешить ему ночью дописать текст жалобы.

- Пожалуйста, пишите, но только до полуночи.

Утром на пятиминутке во время смены дежурств доклад от медсестры.

- Капитан Аленичев всю ночь писал жалобы. Был возбуждён, ходил по коридору. Говорил, что не даст сделать из него психически больного человека…
- Феназепам с димедролом делали?

- Нет! От всех инъекций он категорически отказался!
- Ну, ладно, на десять утра дали борт на Гизель, готовьте больных, истории болезни. Саида, полетите сопровождать вчерашнего параноика.

В ординаторскую забегает Мафуржат (дежурная младшая мед. сестра).

- Вячеслав Иванович, Аленичев угрожал мне охотничьим ножом, забрал свою сумку с вещами и сбежал из отделения.
- На КПП звонили? Срочно пусть перекроют выход!

Но оказалось поздно.

Там он, испугал солдата - автоматчика тем же ножом.

Да и как не испугаться. Офицер всё - таки. А тут ещё нож.

Пьяный с утра, подумал солдат.

А дежуривший по КПП – старший прапорщик, начальник столовой заявил просто:
_____________________________________________________________________________________________________________

«Мне до пенсии три месяца.

У меня жена, сына скоро женю, а вы хотите, чтобы я своим животом рисковал.

Да мало ли таких сумасшедших и тех, кому не поставили диагноз, по Ханкале шастают.

Так они не только ножом угрожают.

Вон в полковой столовой устроили автоматную стрельбу два взвода.

Весь кафель разбили. И там что ли нужно было перехватывать.

Вот вы психиатр, вот и занимайтесь своими больными!»
_______________________________________________________________________________________________________________

- Ничего, товарищ прапорщик, без вас разберёмся. Для начала напишите объяснительную, как и почему пропустили больного через КПП, не проверив его удостоверение личности, не спросив пропуск. Вы обязанности, наверное, свои плохо знаете? Вот до вечера изучайте! Доложите, а будете плохо знать, - повторно через день на ремень заступите (***) .

- Так тогда в столовой есть нечего будет.
- Там и так есть нечего. Разворовали всё. Такие, как вы и вам подобные.

- Что вы такое говорите? Вы видели?
- Я не видел, так там и увидеть ничего нельзя! Пишите объяснительную!

                                                                                                                                                                  Побег из госпиталя (отрывок)
                                                                                                                                                                      Автор: Вячеслав Дегтяренко
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Сообщили, что завтра первой Чебурашкой полетит на Владикавказ - «Чебурашкой» называют самолёт АН - 72 / 74. Называют так за двигатели, расположенные сверху крыла.

(**) и в этот же день Скальпелем перелетит в окружной госпиталь -  ИЛ - 76 МД «Скальпель - МТ». Самолёт - госпиталь. Переоборудованная  версия транспортного самолёта Ил - 76 МД.

(***) а будете плохо знать, - повторно через день на ремень заступите - Через день - на ремень - хождение в караул, часовым или пом. начальника караула через день. Тяжёлый режим службы.

Не хватит. Подожди.. Он женится

Даже нельзя себе представить, до каких необузданных фантазий доходила иногда его пресыщенная, праздная душа ...
                    -- Ф. М. Достоевский. Сатирическая повесть «Село Степанчиково и его обитатели». (Оборванная цитата)

Задумалась о чём-то, о своём,
Не понимаю, чем ему обязана?
Не далеко мы вроде - бы живём,
А с ним, все мои мысли связаны!

Он почему-то больше не такой,
И почему, мне объяснить не хочет...
Наверно, я была ему игрой,
Которая должна была наскучить!

А я ему не стану докучать,
Уйду, и навсегда его забуду,
Мне надоело целый год мечтать,
Я больше делать этого не буду!

                                                              Задумалась о чём-то... (отрывок)
                                                                          Автор: Нина Ковалёва

Хватит.

Она пыталась удержать в руках эти фотографии, но они картами разлетались в разные стороны и каждая становилась на своё место в её жизни, заполняя пробелы и объясняя несостыковки:

его постоянные задержки на работе, его спокойное отношение к её отказам в близости, его отсутствие интереса к каким бы то ни было развлечениям…

Зачем?!!!

Ведь всё это не нужно, когда каждый день у тебя бьёт ключом, кипит, бурлит параллельная жизнь, полная волнений, переживаний, страстей.

Какие ещё развлечения нужны?

Наоборот, дома хочется абсолютного покоя: почитать газету, заперевшись в туалете, полежать перед телевизором, задремать в комнате под детскую воркотню…

Господи! Какой же надо было быть слепой дурой, чтобы не видеть этого! Или видеть и не понимать!

А она смотрела на угасающую страсть и думала:

"Да, у всех проходит.  Ну, и что. Зато муж и отец моих детей. Не пьёт, не бьёт.

Ну, и что, что нет уже той любви.

Ведь он нормально ко мне относится, безропотно переносит присутствие тёщи и тестя, хотя очевидно, что стремится меньше бывать дома.

Но это ещё и работа у него такая".

Боже! Ну, какой же нужно было быть дурой!

…

– Вера, что ты…? – незаконченный вопрос мужа повис за её спиной.

Казалось, что она целую вечность поворачивается к нему, чтобы посмотреть ему в лицо, заглянуть в глаза, вырвать из него правду – ту правду, которая всё объяснит и позволит ей дальше хоть как-то жить.

Она хотела что-то сказать и задохнулась.

Горло окаменело. Глаза жгло. Грудь разрывалась.

Непереносимо. Ещё миг – и всё прошло.

Интересно, я умерла?
…

Она смотрела откуда-то сверху на мужчину, краснеющего, потеющего, вяло открывающего рот, то ли в попытке оправдаться, то ли в попытке возразить,

видела бесконечно сменявшие друг друга выражения стыда, досады и беспокойства на его лице, и ничего не чувствовала, не слышала, зато отчётливо всё понимала.

Теперь всё понимала.

Перевела взгляд на женщину рядом с ним – грустное зрелище – маленькая, сморщенная, лысеющая.

Лицо женщины было жутко некрасивым, его как будто сводили судороги, в глазах лопнули капилляры, белки налились кровью, кожа пошла бурыми пятнами.

Женщина, видимо, что-то безостановочно кричала.

Но Вера ничего не слышала, смотрела на разыгрывающуюся сцену со стороны – как зритель немого кино, отстранённый, эмоционально не вовлечённый в происходящее.

Или, может быть, как критик, которому нужно оценить картину?

Нет, чисто по-человечески этих двоих стоило пожалеть.

А она всегда считала себя сочувствующим и сопереживающим человеком.

Но почему-то сейчас ничего не отзывалось в душе.

"Да, нет. Играют хорошо. Правдоподобно. Фальши нет.

Но, видимо, у меня настроение не то, чтобы принимать близко к сердцу чужую боль.

Чужую?"
                                                                                                                                                                                                 Хватит (отрывок)
                                                                                                                                                                                           Автор: Татьяна Ларина