Красавицы рожденные принадлежать Чудовищу

Она вздохнула, вспыхнула, смутилась,
Шепнула: «Ни за что!» — и... согласилась!

                                                          --  Джордж Гордон Байрон. Сатирическая поэма «Дон Жуан» (Цитата)

Глава седьмая (Фрагмент )

XVII.
«Увидеть барской дом нельзя ли?» —
Спросила Таня. Поскорей
К Анисье дети побежали
У ней ключи взять от сеней;
Анисья тотчас к ней явилась,
И дверь пред ними отворилась,
И Таня входит в дом пустой,
Где жил недавно наш герой.
Она глядит: забытый в зале
Кий на бильярде отдыхал,
На смятом канапе лежал
Манежный хлыстик. Таня дале;
Старушка ей: «А вот камин;
Здесь барин сиживал один.

XVIII.
Здесь с ним обедывал зимою
Покойный Ленский, наш сосед.
Сюда пожалуйте, за мною.
Вот это барский кабинет;
Здесь почивал он, кофей кушал,
Приказчика доклады слушал
И книжку поутру читал...
И старый барин здесь живал;
Со мной, бывало, в воскресенье,
Здесь под окном, надев очки,
Играть изволил в дурачки.
Дай бог душе его спасенье,
А косточкам его покой
В могиле, в мать - земле сырой!»

XIX.
Татьяна взором умилённым
Вокруг себя на всё глядит,
И всё ей кажется бесценным,
Всё душу томную живит
Полумучительной отрадой:
И стол с померкшею лампадой,
И груда книг, и под окном
Кровать, покрытая ковром,
И вид в окно сквозь сумрак лунный,
И этот бледный полусвет,
И лорда Байрона портрет,
И столбик с куклою чугунной
Под шляпой с пасмурным челом,
С руками, сжатыми крестом.

                                                — из романа в стихах Александра Сергеевича Пушкина - «Евгений Онегин»

( кадр из фильма «Красавица для чудовища» 2017 )

Души: За мой светлый хвостик (©)

Словно тихий ребёнок, обласканный тьмой,
С бесконечным томленьем в блуждающем взоре,
Ты застыл у окна. В коридоре
Чей-то шаг торопливый — не мой!
Дверь открылась… Морозного ветра струя…
Запах свежести, счастья… Забыты тревоги…
Миг молчанья, и вот на пороге
Кто-то слабо смеётся — не я!
Тень трамваев, как прежде, бежит по стене,
Шум оркестра внизу осторожней и глуше…
— «Пусть сольются без слов наши души!»
Ты взволнованно шепчешь — не мне!
— «Сколько книг!.. Мне казалось… Не надо огня:
Так уютней… Забыла сейчас все слова я»…
Видят беглые тени трамвая
На диване с тобой — не меня!

                                                                                              Так будет
                                                                                   Автор: Марина Цветаева

Слёзы ( Фрагмент )

Дыхание перехватывает от слёз.

Ах, эти слёзы! С ними мы рождаемся и с ними уходим.

А почему?

Разве наша жизнь не суета сует и томление духа?

Но наши горячие слёзы не согласны с этим.

Они льются из сердца, и сердце болит.

Оно живое и такое же горячее, как эти слёзы.

И его боль и радость придают смысл бессмысленному и превращают существование в жизнь!

А томление духа—в его горение!

Звезда горит и сияет, и пульсирует, как наше горячее сердце. Скажи звезде, что её сияние не имеет смысла!

А если наша жизнь лишь суета и томление духа, то почему эти слова говорятся с такой скорбью, с таким противоречием, с таким страстным желанием опровергнуть самих себя?

О чём я? Ах да, дыхание перехватывает от слёз.

Это кто, я? Ребёнок, забившийся под кровать?

Маленькая девочка. Очень худенькая.

Под глазами синяки.

В детстве я сильно болела и не ходила в садик. Потому что не вылезала из больницы.

Из-под кровати меня пытается достать толстая тётка в белом халате.

Я просилась к маме и, видимо, надоела ей, потому что мне было убедительно сказано басом:

«Твоя мама оставила тебя здесь навсегда. Она больше никогда не придёт за тобой!»

До сих пор помню чувство леденящего ужаса и одиночества. За мной больше не придут.

И я навсегда останусь здесь, в этой холодной палате, окна которой закрашены отчего-то в ядовито - синий цвет, на этой железной скрипучей кровати.

Совсем одна.

Без своего медвежонка. Без потёртого чемоданчика полного сокровищ. Без мамы.

Горе так велико, что я забиваюсь под кровать в самый угол.

Закрываю глаза, я не здесь. Я спряталась.

Разгневанная тётка с трудом забирается под кровать.

Мне нужно ставить капельницу, а достать меня оттуда — всё равно, что поймать мышонка.

Тоненькие ручонки выскальзывают из её потной пятерни.

Наконец меня ухитряются схватить за длинные волосы.

Так за мой светлый хвостик и вытаскивают на белый свет.

                                                                                              -- из сборника повестей и рассказов - «Тесный путь. Рассказы для души»

( кадр из фильма «Последняя сказка Риты» 2012 )

Под вызревшим лимоным солнцем

О родина, я вижу колоннады,
Ворота, гермы, статуи, ограды
И башни наших дедов,
Но я не вижу славы, лавров, стали,
Что наших древних предков отягчали.
Ты стала безоружна,
Обнажены чело твоё и стан.
Какая бледность! кровь! о, сколько ран!
Какой тебя я вижу,
Прекраснейшая женщина! Ответа
У неба, у всего прошу я света:
Скажите мне, скажите,
Кто сделал так? Невыносимы муки
От злых цепей, терзающих ей руки;
И вот без покрывала,
Простоволосая, в колени пряча
Лицо, она сидит, безмолвно плача.
Плачь, плачь! Но побеждать
Всегда — пускай наперекор судьбе, —
Италия моя, дано тебе!

                                                                 К Италии (отрывок)
                                                            Автор: Джакомо Леопарди

Он вытащил из-под стола чемоданчик и сумку и направился к выходу, но вдруг вспомнил, что в сумке лежат чудесные лимоны, купленные перед отъездом для Терезины.

– Ох, посмотрите, тётушка Марта! – сказал он.

Развязав сумку и одной рукой придерживая её, Микуччо высыпал на стол налитые ароматные плоды, потом добавил:

– А не запустить ли мне ими в головы вон тех благородных господ?

– Ради бога! – простонала старушка, всё ещё плача, и жестом снова попросила его замолчать.

– Ну, ну, успокойтесь, – горько посмеиваясь, сказал Микуччо и спрятал пустую сумку в карман.

– Я привёз их в подарок ей, но сейчас оставляю вам одной, тётушка Марта.

– Он выбрал лимон и поднёс его к носу старухи.

– Понюхайте, тётушка Марта, понюхайте, как пахнет наша родина. Подумать только, я ведь даже пошлину за них заплатил!.. Ладно. Но помните, вам одной. А ей от моего имени скажите:

«Желаю удачной карьеры!»

Подхватил с пола чемоданчик и ушёл.

Но на лестнице вдруг пал духом: один  - одинёшенек ночью в огромном чужом городе, так далеко от родных мест, обманутый, униженный, опозоренный…

Он вышел на крыльцо – дождь лил как из ведра.

У него не хватило мужества пуститься в путь по незнакомым улицам под таким проливнем.

На цыпочках Микуччо вернулся, поднялся по лестнице на один марш, сел на верхнюю ступеньку, облокотился о колени, обхватил голову руками и беззвучно заплакал.

Когда все отужинали, Сина Марнис снова зашла в каморку.

Её мать тоже заливалась слезами в одиночестве, меж тем как из зала доносились весёлые голоса и смех гостей.

– Он что, уже ушёл? – удивлённо спросила она.

Не поднимая на неё глаз, тётушка Марта кивнула головой.

Сина постояла, задумчиво уставившись в пространство, потом вздохнула:

– Бедняга…

И тут же, без перехода, улыбнулась.

– Погляди, – сказала её мать, уже не утирая слёз салфеткой, – какие он привёз тебе лимоны.
– Ой, какие дивные! – подпрыгнув, воскликнула Сина.

Прижав руку к груди, она другой рукой стала накладывать на неё лимоны.

– Не надо, слышишь, не надо! – возмущённо запротестовала мать.

Но Сина, пожав плечами, бегом бросилась в зал, выкрикивая:

– Сицилийские лимоны! Сицилийские лимоны!

                                                                                                            -- из рассказа Луиджи Пиранделло - «Сицилийские лимоны»

( кадр из фильма «Малена» 2000 )

Я знала, ты всегда со мной

Порою мне видятся сны -
Мы вновь молодые как прежде,
И дни наши счастья полны
И радости, и надежды.

Весь мир красотою согрет,
От нежной зари и восхода
Нам льётся серебряный свет
С лазурного небосвода.

И лица родные кругом -
Все самые близкие с нами,
И полнится светом наш дом
И детскими голосами.

Но это лишь сон, наяву -
Виски побелили метели,
Былым и ушедшим живу,
И внуки уже повзрослели.

Нет, годы промчались не зря,
Нас вдаль уносила дорога,
И рядом шагали друзья.
Мы вместе сумели так много!

И все эти годы со мной
Ты рядом и в зной, и в ненастье.
Я вижу счастливые сны,
И сны добавляют мне счастья.

                                                                 Счастливые сны
                                                          Автор: Владимир Сыров

1 ( Фрагмент )

— Прежде чем примете решение о кремировании или захоронении вашей бабушки, позвольте предложить вам третий инновационный вариант проводов её в последний путь, — загадочно произнёс агент ритуальных услуг господин Крамер.

— Вы говорите о химическом продолжении жизни? — спросила Юлия, внучка покойной, не отрываясь от своего телефона.
— Оу! Вы уже знаете о научном подходе?

— Да, сейчас, — она сделала паузу, пролистывая страницу веб - браузера, — вот! Так - так - так, «…извлекается мозг покойного…. если не пострадал… и помещается в специальный раствор… эндорфин, дофамин, окситоцин, серотонин…. насыщенный положительными человеческими гормонами. Сознание человека при этом не умирает, а продолжает жить в блаженстве и счастье. Таким образом, душа попадает в химический рай…» Верно?

— Пока, да, — улыбаясь, ответил Крамер.

— «… родственники могут наблюдать за состоянием мозга по непрерывной электроэнцефалограмме…», — Юлия опустила телефон и с досадой посмотрела на агента. — Всё это напоминает девяностые прошлого века, когда по ладони с помощью тестера ставили сложнейшие диагнозы прямо на улице у Кропоткинской. И многие покупаются? Процедура стоит как чугунный мост, а мы получим только графики с цифрами, которые даже проверить не сможем!

— Абсолютно с вами согласен, — чуть ли не по слогам произнёс Крамер. — Не нужно платить деньги за кота в мешке, ну или за безжизненный мозг в банке.
— Тогда что же именно вы предлагаете, господин Крамер? — спросил сын усопшей Владимир Сергеевич. — Доказательства жизни после смерти в химическом раю?

— В том числе! Я предлагаю видеть и слышать этот рай!
— По телевизору?

— Да! На большом экране! Со стереозвуком! Химический рай с ЭЭГ появился два года назад. С тех пор мы сильно продвинулись научно и смогли усовершенствовать его. Мы научились распознавать электрические импульсы нейросети настолько подробно, что можем извлечь самые мелкие детали сцен химического гиперсна.

— Мы сможем видеть бабушкин рай? — спросила Юлия.
— Видеть и слышать его! Глазами и ушами бабушки!
— Вы сказали гиперсон. Это как сон, только навечно, да?

— Именно так. Когда сознание отрезано от рецепторов, то есть, когда сознание не способно видеть слышать, нюхать, осязать и чувствовать вкус, но мозг получает достаточно питания для жизнедеятельности, сознание начинает создавать образы, сцены, события, ситуации, помещая само себя в них. Иногда черпая счастливые моменты из памяти. Дальше сознание действует как режиссёр, актёр и зритель одновременно. Этот процесс каждый из нас переживает каждые сутки. Это и есть сон. Но сны бывают разными, скажете вы! Бывают хорошие, нейтральные, плохие и даже кошмарные сны. Это явление называется Эмоциональным Качеством Сна. И ЭКС напрямую зависит от эмоции, в которой пребывает пользователь. А эмоция всегда обусловлена гормонами, которые мы контролируем.

— То есть, моя мама будет всегда видеть счастливые сны? — спросил Владимир Сергеевич.
— Ваша мама будет всегда жить в счастливом сне, не догадываясь об этом. Это и есть рай! А вы всё это будете видеть на отдельном экране, либо по вашему основному телевизору на отдельном канале.

— Очень заманчиво, — произнёс сын покойной, — а мама сможет видеть или слышать нас? Будет ли у неё обратная связь?
— Мы сейчас работаем и над этим, — ответил Крамер. — И всё это не смотря на то, что демонстрация гиперсна появилась только недавно!

— Недавно? Значит технология совсем сырая? — возмутилась внучка.
— Ну конечно сырая. Должны пройти годы анализов, сборы статистических данных, прежде чем разработчики получат нобелевскую.
— И вы хотите сырую технологию применить на моей бабуле?

— А что вы теряете? Материал у вас останется. Не понравится, мы вернём деньги, похороните или кремируете свою бабушку. К тому же я вам сейчас предлагаю спец - цену. Это даже не скидка, это просто наши затраты на организацию химического рая с онлайн демонстрацией. Без прибыли. Соглашайтесь! Мы набираем фокус - группу, и количество мест в ней ограничено. При этом вы в любой момент сможете прервать процесс. А учитывая, что нам нужна лишь малая часть мозга, где содержится сознание и память, остальная бабуля останется при вас. Соглашайтесь! Это разумно!

— Вы же понимаете, что нам придётся потратить все накопления Ирины Степановны? — не сдавался сын.
— Но, папа, это же моя бабулечка! — возмутилась Юлия. — Если она будет жить, то никаких денег не жалко.

— А если не будет жить?
— Если тебе так нужны её деньги, я сама могу всё оплатить, — отрезала внучка.

— Не нужно жертв, — мягко подвел черту господин Крамер. — Если ничего не получится, мы вернём всё до копейки. Уже в среду вы вновь увидите свою любимую бабушку, Юлия Владимировна. А вы, Владимир Сергеевич, свою дорогую маму.

Через несколько дней к ним лично приехал господин Крамер и передал конверт.

— В конверте QR - код. Сканируйте его и попадёте на канал Ирины Степановны. — Он передал конверт Юлии и с демонстративным трепетом начал наблюдать за распаковкой и сканированием. — Обожаю этот момент, — воскликнул он и затряс кулачками в воздухе.

На экране телевизора медленно проявилось изображение их же квартиры.

                                                                           — из сборника из 31 рассказа автора Евгения Номака - «Социальная сеть мёртвых»

( кадр из фильма «Три дня в Москве» 1974 )

Романс о доме 13

Я вижу дом под номером тринадцать,
Свет фонарей ласкает кожу стен.
В нём люди спят, им нужно просыпаться,
Чтоб ощущать наброски перемен.
Но дом не спит, глазами своих окон
Он созерцает улицу в ночи.
Вот ветер треплет у берёзы локон,
И птица дико вдалеке кричит.
Крадётся кот проворно за добычей,
Дом, пристально взглянув, промолвил «Эй!».
И мне вдруг показалось, будто личность
Он прячет в неподвижности своей.
Век замечать людей идущих тени,
Молчать, покорно мокнуть под дождём.
И не расти как тысячи растений –
Лишь только мокнуть, мокнуть, а потом
Лучами солнца греться, в лапах лени
Терпеть каприз природы – ну и что ж.
От частых ссор жильцов и их сомнений
Его бросало в каменную дрожь.
Встречать рассветы, провожать закаты,
Бездействуя, быть частью бытия.
Но он привык быть одиноким. Даты -
Веснушки на лице календаря.
Усталый дом под номером тринадцать
Годами слышал, как звенят ключи.
Он так хотел мечтать и улыбаться,
Но мог лишь ждать, чего-то ждать в ночи.

                                                                                        Дом №13
                                                                        Автор: Заутренникова Елена

О вреде табака». Сцена - монолог в одном действии.

Автор: Антон Павлович Чехов

***

Сюжет: Действие происходит в одном из провинциальных клубов, куда на эстраду выходит Иван Иванович Нюхин, «муж своей жены, содержательницы музыкальной школы и женского пансиона». Жена велела прочесть лекцию «о вреде табака». Ослушаться Нюхин не смеет, но жалуется, что вынужден читать «сухую, научную лекцию», и это при том, что сам — страстный курильщик. Едва начав разговор о табаке, он сбивается на рефлексивное повествование о взаимоотношениях с женой, с дочерьми, о своих мечтаниях и наступившей старости.Надо вам заметить, жена моя содержит музыкальную школу и частный пансион, то есть не то чтобы пансион, а так, нечто вроде. Между нами говоря, жена любит пожаловаться на недостатки, но у неё кое - что припрятано, этак тысяч сорок или пятьдесят, у меня же ни копейки за душой, ни гроша — ну, да что толковать!И скоро начинает говорить о себе и своей загубленной жизни. Бежать, бросить всё и бежать без оглядки… куда? Всё равно куда… лишь бы бежать от этой дрянной, пошлой, дешёвенькой жизни, превратившей меня в старого, жалкого дурака, старого, жалкого идиота, бежать от этой глупой, мелкой, злой, злой, злой скряги, от моей жены, которая мучила меня тридцать три года, бежать от музыки, от кухни, от жениных денег, от всех этих пустяков и пошлостей… В порыве отчаяния он срывает с себя фрак, который надевал ещё тридцать лет назад, когда венчался, и топчет его ногами. Он жаждет только покоя. Заметив стоящую за кулисами жену, он быстро завершает лекцию несколькими словами о вреде табака. Его последняя фраза — Dixi et animam levavi /  «Сказал и душу облегчил!» (латынь) /.
__________________________________________________________________________________________________________________________

Действующее лицо

Иван Иванович Нюхин, муж своей жены, содержательницы музыкальной школы и женского пансиона.
__________________________________________________________________________________________________________________________

Сцена представляет эстраду одного из провинциальных клубов.

Нюхин (с длинными бакенами, без усов, в старом поношенном фраке, величественно входит, кланяется и поправляет жилетку) ...  ввиду недостатка времени, не станем отклоняться от предмета лекции.

Надо вам заметить, жена моя содержит музыкальную школу и частный пансион, то есть не то чтобы пансион, а так, нечто вроде.

Между нами говоря, жена любит пожаловаться на недостатки, но у неё кое - что припрятано, этак тысяч сорок или пятьдесят, у меня же ни копейки за душой, ни гроша — ну, да что толковать!

В пансионе я состою заведующим хозяйственною частью.

Я закупаю провизию, проверяю прислугу, записываю расходы, шью тетрадки, вывожу клопов, прогуливаю женину собачку, ловлю мышей...

Вчера вечером на моей обязанности лежало выдать кухарке муку и масло, так как предполагались блины.

Ну-с, одним словом, сегодня, когда блины были уже испечены, моя жена пришла на кухню сказать, что три воспитанницы не будут кушать блинов, так как у них распухли гланды.

Таким образом оказалось, что мы испекли несколько лишних блинов.

Куда прикажете девать их?

Жена сначала велела отнести их на погреб, а потом подумала, подумала и говорит:

«Ешь эти блины сам, чучело».

Она, когда бывает не в духе, зовёт меня так: чучело, или аспид, или сатана.

А какой я сатана?

Она всегда не в духе.

И я не съел, а проглотил, не жевавши, так как всегда бываю голоден.

Вчера, например, она не дала мне обедать.

«Тебя, говорит, чучело, кормить не для чего...»

Но, однако (смотрит на часы), мы заболтались и несколько уклонились от темы. Будем продолжать.

Хотя, конечно, вы охотнее прослушали бы теперь романс, или какую - нибудь этакую симфонию, или арию... (Запевает.)

«Мы не моргнём в пылу сраженья глазом...»

Не помню уж, откуда это...

Между прочим, я забыл сказать вам, что в музыкальной школе моей жены, кроме заведования хозяйством, на мне лежит ещё преподавание математики, физики, химии, географии, истории, сольфеджио, литературы и прочее.

За танцы, пение и рисование жена берёт особую плату, хотя танцы и пение преподаю тоже я.

Наше музыкальное училище находится в Пятисобачьем переулке, в доме № 13.

Вот потому-то, вероятно, и жизнь моя такая неудачная, что живём мы в доме № 13.

                                                                                                   — из сцены - монолога  Антона Павловича Чехова - «О вреде табака»