Мечтал идти вперёд, но видно будет так
Опять поспешный ход, опять всё невпопад.
Хотел идти вперёд, а повернул назад.
Удача пронеслась, мне, помахав рукой.
И снова беспокойство, а я хотел покой.
И снова круговерть ненужных мне проблем.
На месте я топчусь, а мог бы ведь лететь.
Зачем я поспешил? Скажите мне, зачем?
Хоть промедленье смерть, поспешность - тоже смерть.
Осталось подождать всего какой-то миг,
Но нет, я не стерпел, соблазн успеть велик.
И всё же сделал шаг, хоть и кричали стой.
И снова беспокойство, а я хотел покой.
Поспешный ход
Автор: Роман Пызгорев
Он не хотел подлаживаться и заниматься лакировкой, но, ощущая в Пшеничном протестующую силу, чувствовал тревогу.
Бросая вызов его представлениям о безоблачном будущем, Устинов рисковал лишиться единственной поддержки, ещё к тому же неопределённой, лишь формирующейся.
Однако Устинов не боялся.
Он привык к различным выражениям скепсиса и неверия, сопутствующим его работе, у таких, как Пшеничный, грозных вчерашних руководителей.
Правда, тогда за ним стоял секретарь столичного райкома Евгеньев, который пригласил Устинова заниматься внедрением «человеческого фактора» на предприятиях района, а сейчас за ним никого не было.
Никого, кроме его времени. Но это тоже соратник.
Устинов сказал, что является членом райкома и руководит специальным социологическим исследованием.
Его слова прозвучали официально.
И перешёл к наболевшему: человеческим взаимоотношениям, надеждам, сомнениям.
Он показал Пшеничному — вот, смотри!
Суровые директора с больными сердцами властно держали свои штурвалы и думали только о выполнении плана, словно выпуск продукции был оправданием их самоотверженной, но узкой жизни.
Десятки лет они ощущали себя ломовыми лошадьми общества, гордились собой, не умели жить по-другому.
Смотри, товарищ Пшеничный!
Эта жизнь для песни, для легенды, для тяжёлых времён.
Но миллионы людей уже успели вырасти и стать отцами с той поры тяжёлых времён.
Их воспитали образованными и самостоятельными.
Они помнят послевоенные годы как эпоху народной победы, они ощущают жизнь как доброе и хорошее дело.
Они работают не ради одного хлеба насущного. Это первое поколение, выросшее без войны.
И Устинов сделал то, чего в реальной жизни никогда не могло случиться: он выстроил одно поколение напротив другого.
Одно — требовательное и грозное, другое — ожидающее обновления.
Они стояли друг против друга, пока наконец между ними не возникла объединяющая сила, похожая на электрический разряд.
В устиновской картине не было завершённости. Видно, ещё предстояла долгая многолетняя работа.
— Чего же вы хотите? — разочарованно спросил Пшеничный. — Наш бог — будущее державы. А ваш? Куда ты меня зовёшь?
— Куда зову? Прежде всего говорить человеку «вы». — Устинов понял, что после его рассказа всё остаётся по-прежнему, а может быть, и хуже, так как собеседник задет за живое.
— Так. Какими вас вырастили нежными! — насмешливо улыбнулся Пшеничный, сморщив курносый нос. — Говорить вам «вы», не приказывать, не мешать наслаждаться? От твоих россказней веет интеллегентской размягчённостью. Это на руку вашим врагам, а они спят и видят, как ослабить наше монолитное единство. Нет, с такими взглядами ты здесь вреден. Оба вредны!
Пшеничный снял трубку, стал рывками набирать номер.
— Надо смываться, — шепнул Ивановский.
— Куда? — спросил Устинов.
— Меня Наталья ждёт. Что я ей скажу?
Устинов засмеялся:
— Ты ей позвони, что задерживаешься.
Ивановский вытаращился на него, потом тоже засмеялся и, спохватившись, прикрыл рот кулаком.
Пшеничный покачал головой и сказал в трубку, что направляет двух человек, одного инженера, второго без специальности, что их надо принять на работу.
— Посылаю вас в гущу, — буркнул он. — Ничего другого предложить не могу. И зарубите на носу: забудьте, кто вы и откуда. Говорите, что выполняли специальное задание в одном закрытом районе.
— Испытывали атомную бомбу, — предложил Ивановский. — Всё равно об этом скоро в газетах объявят.
— Брось дурить! Выполняли спецзадание. Всё. Трудовые книжки вам выпишут.
-- фрагмент из фантастической повести Святослава Юрьевича Рыбаса - «Зеркало для героя»
( кадр из фильма «Завод» 2018 )
